Чтение онлайн

ли, та в бешенстве, на тебя взъелась. Мне полчаса выедала мозги

за этот проект: «Ты лично несешь за все ответственность», — пе-

рекривил он ее. Скажи, там насколько плохо? — так аккуратно

спросил он, не желая знать ответ.

— Плюс 200 тысяч за проект…

— Сколько? Я в шоке! Это… просто… вопиющее удорожание!

Хорошее получилось улучшение — ничего не скажешь. Вроде как

плюс, а на самом деле… Так, я пойду к Мымриной и скажу, что

весь спор из-за отделения, если мы его хотим надо платить 200

тысяч… Скажет делать — будешь делать, и меня не интересует как.

У тебя же нет 200 тысяч или ты скрываешь что-то от меня?

— Нет. Я все сделаю. Прости Игорь.

— В дальнейшем — без самодеятельности, используй его, он на

себе многое может вытянуть, закручивай его по полной! Дирек-

тор — ты, помни об этом, а он так всего лишь неудачник. У тебя

другое предназначение. Поняла? Не реви, ну чего ты. Все будет

хорошо.

42

ГЛАВА 7

На эту неделю баталий было достаточно, закончилась она на

удивление спокойно и без происшествий. Все взяли передышку

для подготовки к новым стычкам. Жизнь в банке, как борьба за

выживание: миграция между слоями управления и подчинения, важно не попасть под нагибание.

— Привет, ты где?

— Еду.

— Так, где ты?

— В машине. Ты что, специально? Я знаю, что ты в машине. Где

сейчас?

Проезжаю голубые озера. Скоро буду.

— О-о, это ты только через полчаса будешь, давай поскорей!

— Ира, мне что, выйти и пойти пешком? Так быстрее будет?

— Нет. Не злись, просто я очень жду тебя, кушать тебе приго-

товила.

Приехал. Постучал в дверь. Никто не ответил. Как обычно. До-

стал ключи от своей квартиры и открыл дверь.

Милая, привет! Вот так всегда, по дороге за тобой скучают, до-

нимают звонками: «поскорее»… «не задерживайся»… «давай бы-

стрее». По приезду в чувствах наступает тишь. Что же происхо-

дит в эти полчаса — час? Для меня — загадка. Может, в это время

«поскорее, побыстрее» говорят кому-то другому?

— Ира-а-а… Ты где?

43

Нахим Угоден

На кухне — нет, в зале — тихо, в спальне… Открыв дверь, я уви-

дел, Иру. Она лежала на кровати, в домашних шортиках и фут-

болке, представляя собой влекущее зрелище, томно дыша, она

была вся в… вся в… Вся Вконтакте! Одно и то же.

— У вас парень приехал, — крикнул я. — Срочно поменяйте ста-

тус.

— Ой, привет, а я не слышала, как ты вошел.

— Мне кажется, заберись я на тебя — ты и тогда не сразу соо-

бразила бы, что происходит.

— Да ладно тебе, я только зашла пару минуток назад с девчон-

ками попереписыватся. Фотки посмотреть да лайки поставить.

— А знаешь, я Люську видела в такой шубке, просто отпад!

— У тебя же есть шубка, дорогая, и месяц назад ты говорила,

что она тоже отпад. Меня пугает твое не постоянство или это толь-

ко с шубами. — Я повесил костюм в шкаф и одел халат.

— Шутишь, но она серьезно не такая, там такие кармашки, во-

ротничек здесь вот-так и помпончики, такие милые, — всплеснула

она руками и закатила глазки.

— Как ты сказала, помпончики? Слушай, бери свои помпончи-

ки и пошли ужинать.

— Мы пошли на кухню. Ноутбук, Вконтакте и шуба пошли

вместе с нами.

— Что есть?

— Пельмешки твои любимые.

— Ты это серьезно?

— А что? Ты же любишь пельмени?

— Ира, поверь мне, пельмешки нельзя любить пять дней под-

ряд. Может, это слишком, но дома я хочу домашнее.

— И что же вам хочется?

— Суп.

— Суп? Так просто, но я не знаю рецепта и как приготовить, у

нас всегда мама этим занималась.

— Но ты же тоже будущая мама. Вот тебе простой рецепт: вода,

картошка, тертая морковь, целый лук, гречка, подсолнечное мас-

ло, соль. Готовим: почистили, помыли и бросили все в воду, прова-

рили, подавать горячим.

44

Банковская тайна: игра в людей

— Я не смогу, Матвейчик. Давай ты будешь делать, а я учиться

и все-все запоминать, — любимый.

— Готовка — это не мое.

Согласился больше со своим желудком, чем с ней. Я чистил

картофель. Ира меня просвещала:

— Тебе не нравится Вконтакте, а межу прочим, люди в нем жи-

вут, популярность приобретают, а главное, настоящую любовь на-

ходят, — и вздохнула.

Когда я голодный — я злой, и отвлекаю себя от еды мыслями

о вечном, в результате получается злой философ. Так и завелся:

— Неужели? Значит, когда в живую, человек как есть перед

тобою, — это не настоящая, устаревшая любовь? Правильно? А

сидеть перед компьютером, как гусь, в ожидании лайков — это

по-новому, в ритме жизни, по-настоящему! По мне это любовь из-

за угла, любовь наигранности, по большему вранья и выдумок, нет в ней натуральности.

Неужели простоватая строчка «я хочу зафрендить тебя» мо-

жет сравниться с признанием в любви. Не как в фильмах, а так,

по-простому, как на душе лежит. Ведь у всех же было, так зачем

отвергать, зачем себя стыдится? Я не верю, что можно всерьез

расстраиваться по поводу лайков, ведь все это не всерьез, приду-

манное от комплексов. Мне вообще кажется, что сети правильное

определение, они затягивают и проявляют в людях все самое худ-

шее — «показуху». Чем больше человек стремится понравиться,

выделиться, тем больше жажда признания выворачивает его и

оставляет человека без сути, без своего, собственного. Он ве-

рит, что получает возможность исправить ошибки в себе, кото-

рые были в его начале. В сети это другой человек, — созданный