Чтение онлайн

– Хорошо, очень хорошо… – словно наслаждаясь, произнесла гадалка, – Ну, а теперь моя очередь… – почти пропела та и начала раскрывать карты одну за другой.

Лукка внимательно смотрела на действия женщины, пытаясь уловить суть. Она никогда не верила в таро, гадания на кофейной гуще и прочую чепуху, но сейчас ей стало очень интересно. Все–таки, последние события заставили Лукку слегка пересмотреть свои взгляды на жизнь… и смерть.

– Не могу понять… – вдруг сказала гадалка чуть громче, чем обычно.

– В смысле? – удивилась такому поведению Лукка.

– Я не могу понять, почему ты до сих пор жива? – резко спросила та и уставилась на гостью.

Лукка расслабленно выдохнула.

– Так это не страшно – сегодня все удивляются, что я живая, – рассмеялась та.

– Да нет… Ты то живая. Но должна быть мертвой.

– Да, но меня привел Фрай… то есть Харон. Короче говоря, сделали исключение. Не знаю, почему именно я, но… и на том спасибо – это было веселое приключение, – все также продолжала как ни в чем не бывало объяснять Спенсер.

– Да подожди ты! – вскинула руки гадалка и показала девушке карту «Смерть», – Как ты не понимаешь: сегодняшний вечер по–настоящему должен был стать твоим последним. Но потом, что–то пошло не так, и ты явилась в бар живая!

– Что–то я.… – наконец начала соображать Лукка.

– Вот я о том же, девочка! – вскрикнула Мадам Гала и кинула карты на стол, – Кто–то оставил тебя в живых не просто так. Вопрос, зачем?

У Лукки закружилась голова. Она вспомнила свою первую встречу с Фраем. До нее начало доходить: ведь они встретились не случайно, так? Он специально ее ждал там, у «Центрального парка»? Она должна была умереть, и он пришел именно за ней. Но… тогда почему она осталась в живых?

– Я же сказал, что у меня выходной… – произнес голос за спиной. Лукка обернулась. Харон стоял у стены, облокотившись на секретер. В руках он держал пакетик с чипсами, – Будешь?

– Фрай, что это было? Или… простите, так мы не знакомы, Харон? – зло кинула Лукка, выбегая из кабинета гадалки.

– Так, полегче! – спокойно ответил Харон, засовывая в рот чипсинку.

– Давай на чистоту, даже если это сон, хотя я уже и сама не знаю… Я должна была умереть? Ты пришел за мной, но передумал? Что, вообще, черт возьми, происходит? – Лукка встряхнула руками, словно пытаясь разогнать морок, собравшийся вокруг нее невидимым туманом.

– Пойдем, присядем… – Харон взял испуганную Лукку за рукав пальто и потянул за собой. Девушка не сопротивлялась – слишком много всего было сказано и слишком много всего ей следовало переварить прямо сейчас. Словно податливая болонка, она поплелась за Фраем. Они прошли весь бар, а затем свернули за угол. Подойдя к не приметной двери, Харон повернул ручку и зашел внутрь. Еще один кабинет. Только, в отличии от комнаты гадалки, был аккуратно прибран. Письменный стол, стул, куча одинаковых папок, разложенных по многочисленным полкам, словно в какой–то неплохой юридической конторе. На полу лежал турецкий ковер, а на стенах висело несколько совершенно офисных картин в стиле «дизайнерская мазня». На углу стола стоял одинокий цветок в горшке. Не хватало вывески «Харон и партнёры». Лукка хихикнула. Это нервное – она всегда по–дурацки хихикала, когда нервничала.

– Твой кабинет? – спросила та, оглядывая владения Харона любопытным взглядом.

– Ага, – кивнул тот и расположился за рабочим столом, закинув ноги на столешницу, – Разве что у меня есть ощущение, что в моем столе кто–то рылся… Пора менять замки, – недовольно пробурчал Фрай, оглядывая верхний ящик стола, в котором рядком лежали тонкие папки с документами.

– Что за документы? – хмыкнула Лукка. Сравнивая с тем бардаком, что творился в архивах ее компании, ровные рядочки бумаг в столе Харона вызывали искреннюю зависть.

– Контракты, конечно, личные дела, рыбы договоров, – буднично ответил тот и захлопнул ящик, – Ладно, потом разберусь с тем, кто так нагло ворвался в мой порядок.

– В общем то, твой кабинет не выглядит так, словно принадлежит тому, кто переправляет людей в Загробный, – промолвила Лукка, проводя пальцем по полке – она была чиста. Ни намека на пыль.

– Всю эту чепуху про устрашающих мертвецов, скелетов и дребезжащую от старости лодку на реке Стикс придумали вы – люди. Полагаю, фантазии хватило на такую скучную жуть лишь потому, что жизнь у людей, как правило, тоже очень скучная, – устало произнес Фрай.

– То есть, ты считаешь, что мертвецы и лодки на реке Стикс – это скучно. А.… офис в стиле сериала «Хорошая жена» – это не скучно? – удивилась Лукка, располагаясь на стуле напротив.

– Ну… да, – ухмыльнулся тот и изучающе посмотрел на Лукку, – Так ты хотела меня о чем–то спросить?

За дверью кабинета происходила какая–то кутерьма, что ненадолго отвлекло девушку от разговора. Та прислушалась.

– Скоро утро, нам нужно поторопиться, Лукка, – привел девушку в чувства Харон.

– А, точно…

Лукка задумчиво уставилась на свои пальцы. Они уже не дрожали.

– Послушай, ты не подумай, что я наезжаю. Я, конечно, благодарна за то, что я все еще жива. Хотя, теперь я не совсем уверена… Тут все так нереально, что можно подумать, что и жизнь то тоже в прошлом осталась… – начала Лукка.

– Ты жива, успокойся, – словно в последний раз напомнил Харон, устало прикрывая глаза.

– Так вот, о чем я.… – продолжила та, – Гадалка сказала правду или она очередная шарлатанка?

Фрай открыл глаза и развернулся к Лукке. Он выглядел так, будто бы невероятно устал от ее простых человеческих желаний выяснить правду.

– Ну, если быть откровенным, то ты должна была умереть, но… у меня выходной, как я уже пояснил ранее. И, я решил дать тебе отсрочку.

– Так… – спокойно прошептала Лукка, – И… Что же за смерть такая меня ждала? – уточнила девушка.

– Да самая обычная. Смерть как смерть. Чик и все, – как ни в чем не бывало, ответил Харон.

– Насильственная или по естественным причинам? Ну, например… сердечный приступ, разрыв аорты… Я вот перебарщиваю с кофе порой… О боже, а вдруг остановка сердца от передоза кофеина? – Лукка округлила глаза, начав перечислять в своей голове способы умереть внезапно. Она вдруг осознала, что смерть – нечто более реальное, чем что–то, что обычно происходит с другими людьми.

Ведь, именно так это и бывает – живешь себе спокойно. Злоупотребляешь или не злоупотребляешь. Ходишь на йогу или на вечеринки. Или посещаешь и то, и другое. Занимаешься собой, своей жизнью или же направляешь все силы на то, чтобы заняться жизнями других людей. Ведешь себя хорошо или нет… Где–то там происходит смерть и кажется, будто она чья–то чужая, не касающаяся ни тебя, ни твоих родных. Словно и не коснется никогда. Ну и пусть себе помирают где–то там подальше.

Я бессмертна и буду жить вечно. Или нет, не так: я умру, когда–нибудь. Но это будет не скоро, и я ничего не почувствую.