Чтение онлайн

– Чего грустная такая? Не заболела? Подбросить, может?

Я на минутку задумалась, знает ли он, где живёт Алекс,и как отреагирует, если попрошу отвезти меня туда?.. Хотя, зачем туда?

– Слушай, а подбрось!

Мишка отвёз меня к Дашкиному дому, при этом долго ругая себя за излишнюю доброту. Шутка ли - по пробкам час почти добирались . Поблагодарив его поцелуем в щеку и обещанием обязательно когда-нибудь отплатить добром за добро, я отправилась к подруге за своими вещами. Третий день подряд являться на работу в одной и той же блузке и юбке мне казалось слишком подозрительным, да и просто хотелось сменить белье и влезть в любимую пижаму.

Дашка в квартиру меня не пустила. Пошикав что–то в трубку в ответ на моё “Я пришла, открой”, появилась спустя пять минут и, сунув чемодан в щелку, закрылась, шипя : “Ну ты и паливо. Бери, пока мой в душе.”

Потом было метро и долгая дорога к дому, через два супермаркета. Купив продуктов и несколько бутылок дорогого вкусного вина, я расплатилась - естественно - карточкой лекса и поползла к нему домой. К счастью, по пути мне никто не встретился, а квартира встретила темнотой и тишиной.

Где–то в глубине души заелозило разочарование, нo я быстро утопила его на дне бокала с вином, лежа в полной ванне и подпевая любимой группе, рвущей глотку из динамика телефона. Однако стоило мне начать искренне наслаждаться покоем, как шеф напомнил о себе. Прислал эcэмэс : “Юлька, я занят, хорош названивать .”

– Юлька, - повторила я имя уже неавистной мне незнакомки. Потом подумала и добавила : - Сволочь. Вот с кого справки требовать нужно.

Как-то на автомате я оказалась на кухне и начала мыть и безжалостно шинковать овощи, вымещая на них всю свою злость и обиду. Спустя час, забравшись на широкий подоконник, я смотрела в окно, ела на удивление вкусное рагу и думала… Думала много, в основном о том, ак жесток этот мир к таким безнадежным идиоткам.

Но долго расстраиваться я никогда не умела, поэтому, допив и доев свою норму (хотя, скорее, чуть больше нормы) и включив вечернее ток-шоу, погрузилась в пучину звездных скандалов,тайн и интриг. Как задремала - не заметила, но проснулась резко, не понимая, что именно меня разбудило. Через секунду поняла - тишина. Телевизор уже не работал, квартира была пoгружена в темноту, освещаемую лишь блеклым светом луны, пробивающимся в окнo. А на моём животе обнаружилась волосатая мужская рука, запястье которой обрамляли часы с крупным серебряным ремешком.

– Проснулась? – наигранно-удивленно спросил практически полностью обнаженный Алекс, обдавая меня запахом перегара.

Обижаться я не стала - от меня тоже не фиалками пахло: бутылка вина в одно лицо - это вам не шутки. Кроме того, алкоголь всё еще бушевал в крови и сильно давил на эрогенные зоны, сволочь. Хотелось приключений, ага. Но,конечно, как истинная женщина, я даже под пытками не собиралась признаваться в своем влечении к этому негодяю.

– Что вы здесь делаете? – как можно более недовольно спросила я, укладываясь на бок и не обращая внимания на слишком задравшуюся футболку.
– Сколько сейчас времени?

– Счастливые чаcов не замечают, - улыбнулся, Алекс, жадно поглядывая на мой голый живот и спускаясь взглядом ниже, к коротеньким шелковым шортикам.

Я закатила глаза и, цокнув языком, снова легла на спину, заложив руку за голову:

– Спокойной ночи, Алесей Викторович, - проговорила, делая вид, что собираюсь заснуть .

– Анечка, - в его голосе слышна была улыбка, - позвольте вас укрыть . Холодно же.

Я распахнула глаза. Что? Укрыть?! Он серьезно? А как же?..

И тут Алекс оказался сверху. Уже полностью готовый к сексуальным подвигам и лишенный последних трусов. В смысле, последней одежды, что скрывала хоть чуточку его прекрасно сложенного, тренированного тела.

Его руки принялись за своё порочное дело, а с моих губ сорвался тихий поощрительный вздох, как вдруг запоздалая мысль отрезвила захмелевший мозг!

– А как же Юля?
– спросила я у Алекса, упираяcь в его широкие плечи и напрасно пытаясь столкнуть шефа с себя. И надо же мне было позабыть о злополучном сообщении!

– Что? – опешил он, совершенно не понимая, чего я хочу и о чём толкую.

– Юля!
– крикнула ему в лицо,теперь уже не собираясь сдавать своё тело наглому бабнику.

– А причём здесь она? – моргнуло начальство, не двинувшись даже на миллиметр.

– Она же будет переживать, где вы, и с кем!

– С чего бы это?
– нахмурился шеф.
– Она давно спит.

Я даже обалдела от такой наглoсти. У него, что любовниц коллекция целая что ли? Пока одна спит, он ублажает вторую?!

– А не разоритесь всем нам карточки раздавать?
– злo прошипела я, раздумывая, за какую часть тела его укусить,чтобы получить свободу.

Алекс нехотя шевельнулся, задумчиво прищурился, посмотрел на мою грудь, на шею, остановился на губах, облизнулся и, наконец, ответил:

– Давай потом мне объяснишь, чего хотела,и причём здесь моя сестра. А сейчас нам нужно закончить начатое. Как говорится, не оставляй на завтра то, что можно сделать сегодня.

Мои губы опалил требовательный страстный поцелуй; запястья были захвачены в плен сильных длинных пальцев, подняты над головой и прижаты к изголовью кровати. А в голове молнией пронеслась единственная мысль: “Юлька – это его сестра, тупица!”

И так стало хорошо, так волшебно и немного смешно за свою глупую реакцию на перспективу делить шефа с другой. Собственно, какая мне разница? У нас же только секс,и ничего роме...

Пока я глупо улыбалась, лекс ласкал нежную кожу моей шеи поцелуями, продолжая удерживать руки за запястья и упираясь между ног твёрдым возбужденным членом. Однако стоило мне опомниться и попробовать освободить плененные запястья, чтобы коснуться его в ответ, он недовольно рыкнул и шепнул в самые губы:

– Тише, девочка. Давай поиграем.

Моё сердце на миг замерло, а затем начало биться гoраздо сильнее прежнего. Что за игру он предложит?

– Я…

– Тсс.
– Меня поцеловали в губы.
– Я не люблю повторяться, милая. Ты молчишь,и не шевелишься, пока я не разрешу. Такая игра. Будешь слушаться - получишь приз…

го зубы прикусили мою нежную кожу, влажный язык прошелся вдоль шеи к ложбинке груди. Происходящее безумно возбуждало и, хотя я все еще сомневаюсь, нужно ли следовать навязанным правилам, чувствовала, как тело предавало свою хозяйку.