Чтение онлайн

Дима насупился, принимая решение, но в итоге махнул рукой и пошёл обратно к столу.

— Дыши на здоровье, — буркнул он через плечо.

С тех пор, как Дима заткнул Витю, тот почти ни звука не проронил, зато смотрел на своего подельника так, будто хотел прирезать. В моменты, когда тот его не видел, конечно. В этот раз они сели лицом ко мне, спиной к двери.

Ещё раз огляделся. Несмотря на то, что помещение было явным подвалом, обставлено оно было вполне недурно: старинная мебель, небольшой камин, приятная отделка… Бардак и пыль вокруг подсказывали мне, что здесь редко бывали гости. Может, заброшенный домик за городом, или любая другая глухая местность. Это объясняло, почему мои новые друзья не торопились затыкать мне рот.

Похитители, к слову, вели себя довольно буднично, не проявляя агрессии. Сидят, пьют пиво, рубятся в картишки. Можно было подумать, что и вовсе обо мне забыли, но нет — я регулярно ловил на себе их взгляды.

Димон — явно непростой кадр. Держится ровно, видно выправку, но не армейскую, другого рода. Движения скупые, взгляд пронзительный — точно боец. Уверен, с ним нужно ухо востро.

Второй же, Витя — обычная шпана низкоранговая. И по внешнему виду, и по повадкам. Чем больше я смотрел на эту парочку, тем меньше понимал, как они вообще могли оказаться в одной команде.

Прошло минут двадцать, когда я краем глаза заметил мимолётное движение справа. Точно не показалось. Присмотрелся: на улице темно, но в окне я различил силуэт человека, прижавшегося к стене рядом с окном. Когда наши взгляды встретились, незнакомец кивнул мне и едва заметно помахал мечом, после чего медленно отступил в темноту. Это друг? Хотелось бы верить. И если так, то похоже, скоро будет штурм.

В ушах зашумело от нарастающего напряжения. Нужно отвлечь внимание похитителей. Я попытался потянуться, издав характерный громкий стон:

— Парни! Руки уже сводит от этих верёвок! Развязывайте меня давайте, в картишки перекинемся…

Подвал едва ли не затрясся от хохота посетителей. Дима в маске кабана шумно поднялся со стула. Подойдя вплотную к дивану, он присел напротив меня. В лицо пахнуло перегаром.

— И вправду, Ян Борисович! — голос снова сменился на приторно-ласковый, с ноткой издёвки. — Давай-ка мы тебя сейчас развяжем, отмоем, покормим и отцу твоему уважаемому с извинениями передадим. Что скажешь, Витёк?

Витёк ответить не успел. Массивная деревянная дверь вылетела с петель, будто от взрыва, и ударила сидящего в спину. Размытая тень влетела в помещение, и маска волка покатилась по столу вместе с головой.

По моему телу пошла волна мурашек. Охренеть, это что?! Где я, вашу мать? Не может человек двигаться настолько быстро, но это был явно он. Из тени вынырнул крупный мужчина и молниеносно скользнул ко второму похитителю, с лёгкостью держа одной рукой полуторный чёрный меч.

С момента его появления прошло от силы пару секунд, но этого хватило, чтобы Димон исполнил свой последний номер. Он ткнул рукой в мою сторону и кислотно-яркая вспышка ударила мне в грудь.

В глазах помутнело. Следом меня оросило волной горячих брызг — второй похититель распрощался с жизнью.

Я сосредоточил расплывающийся взгляд на внезапном госте. Стоял он прямо, тяжело дыша. Меч выскользнул из его руки, с оглушительным звоном упав на пол. Вытянутое, побледневшее лицо, с застывшим выражением ужаса, не предвещало хороших вестей.

Почему я знаю его? Это… Паша! Не говоря ни слова, мой спаситель спешно, но осторожно подхватил меня на руки, как пушинку, и вынес на улицу. Сознание покидало меня, но я отчётливо услышал: «Даже не вздумай так просто помереть, мелкий засранец!».

Имение Залесовых, той же ночью.

— Ты сказал, что всё под контролем, ты…! — Глава рода Залесовых осёкся и сбавил тон, перейдя на озлобленный шёпот. — А что в итоге? Твой человек списан в утиль, а отпрыск Брониных вернулся домой!

Собеседник сидел напротив со скучающим видом. Со стороны можно было подумать, что ему всё равно, но на деле его забавляла эта ситуация. Перед ним стоял среднего роста худой мужчина «за пятьдесят», брюнет с пятнистой сединой. Залесов-старший был на другой ступени эволюции, абсолютно слабейшим созданием, которому никак не дотянуться до уровня могущества столь древнего существа.

Отставив в сторону бокал с виски, гость поднялся и сделал шаг вперёд. В тишине скрипнула половица. Гость смотрел на Алексея Геннадьевича свысока, будто прикидывая, стоит ли спустить с него шкуру за подобную дерзость. Залесов мигом остыл и инстинктивно съёжился, вжимаясь в кресло.

— Не забывайся, барон, — с презрением произнёс гость. — Паренька отравили. Выживет он или нет — Бронины в любом случае объявят войну, а я помогу тебе одержать в ней победу.

— Хорошо бы так…

От былого запала главы рода не осталось и следа. Он понимал, что крупно влип, пойдя на поводу этой твари. От одной только мысли о нём у Алексея Геннадьевича начинали подрагивать колени. Хотя бы потому, что он не мог запомнить ни его имени, ни лица. Да это и неважно. Ему обещали процветание рода, а всё переросло в грядущую войну с его бывшим товарищем. Залесов уже и не помнил, как именно ввязался в эту авантюру.

Гость попрощался и покинул кабинет барона. Тот же, в свою очередь, в яростном бессилии сжал ручки своего кресла, отчего те жалобно затрещали.

— Ничего, — пробормотал под нос Залесов, отрешённо уставившись в одну точку. — Скоро род Брониных канет в Лету, а мы наконец восстанем из этой лужи дерьма…

Я начал приходить в сознание, но тело не слушалось, будто весило тонну. Сил не было даже пошевелиться. В темноте, где-то совсем близко, мама напевала песню, как в детстве.

'Баю-бай, закрой глаза,

Ворон в небе кружит раз,

Тихий голос в ночь летит —

Тени знают все пути…

За окном стоит беда,

Чья-то тень скользит туда,

Не смотри, не говори —

Тени знают все пути… '

Я не мог в это поверить. Этот голос, эта песня… Я ещё сплю? С трудом открыл глаза и повернул голову на звук. Зрение было где-то в расфокусе, но знакомый силуэт я узнал сразу. Тело покрылось мурашками от осознания: это была моя мама! Та, что всю мою жизнь приходила ко мне во снах! Мы в моей спальне! Я помню эту комнату отчётливо, будто прожил здесь всю жизнь…

Мама сидела чуть поодаль в кресле, что-то вязала крючком и продолжала напевать фамильную колыбельную. На вид ей было чуть за сорок, фигура стройная, весьма высокая. Тёмно-каштановые волосы были собраны в массивную косу, переброшенную через плечо. Сидела она ровно, как и положено аристократке.

Мама уже закончила и, видимо, собралась уходить, когда я тихо продолжил:

'Конь по снегу мчит, как дым,

Старый лес стоит немым,

Не шагни в его тени —

Тени знают все пути…'