Чтение онлайн

— Откуда вы черпали базу? — допрос продолжался.

— У себя из головы, — я показательно постучала по виску пальцем.

Юрий Степанович пристально на меня посмотрел, и я почувствовала слабое давление на лоб. Опаньки, он тоже маг Разума! Вон как беситься, потому что ложь не чувствует. Интересно, насколько законно применение магии в обычной жизни?

Я коснулась пальцем виска и следом отрицательно помотала головой. Мужчина встрепенулся, понял, что я заметила воздействие и явно не ожидал этого.

— Вы не можете этого знать, здесь очень глубокие знания по биологии, некоторые аспекты только начали обсуждать. Откуда у вас доступ… — профессор продолжал наезжать меня.

— Знаете, уважаемый, прежде чем обвинять — докажите! Попытайтесь найти труды по этой теме, расшибите голову. И не найдя доказательств, приезжайте ко мне в поместье и посмотрите на всё своими глазами! — хотелось ответить грубей, намного грубей, поэтому пришлось подбирать слова, от этого я буквально процедила слова.

Юрий Степанович запыхтел. А те, кто за нами наблюдал, сидели с вытянутыми лицами. У нас и так был напряжённый разговор, а сейчас грозил перейти в перепалку. Но, как ни странно, мне доставило удовольствие прилюдно поставить на место профессора. И главное, не я напросилась на разговор.

Мужчина ничего не ответил, потому что нечего. Он, скорей всего пытался вспомнить хоть одного деятеля с трудами по подобной теме, но не преуспел. Поэтому вернулся к изучению бумаг.

— Так, на чём мы остановились. Ах да… — я села поудобней и обратилась к Тимофею Андреевичу. — Вероника, записывай, — тронула рукой застывшую компаньонку.

Она дёрнулась и, судорожно поправив планшетку с листами, взяла ручку.

— Я заметила, когда токи земли приближаются к владениям другой стихии, в данном случае берём воду, то они не проникают вглубь, а огибают. Спора не должно быть, скорей строгое разграничение, может частичное взаимодействие. Но как раз это и позволяет видеть зоны, через которые можно управлять процессом, — я говорила, а сама боковым зрение смотрела на профессора, у него смешно дёргалось ухо, и я едва сдержалась, чтобы не засмеяться.

— Чтобы не было спора, должно быть равновесие, — верификатор сделал уточнение.

Я и так об этом знала, что все дары имеют одинаковый вес. Есть, конечно, нюансы, но в них мы не будем лезть.

— В нашем деле это пока не имеет значения, но уточнение важное, — я хитро улыбнулась. — Так вот, по форме возникших полостей я и увидела резервуар с водой и препятствия.

— Вот к тому, как вы видите у меня больше всего вопросов…

Юрий Степанович устал разрываться между текстом и нашим разговором и, сжав губы, посмотрел на верификатора. Видно умение слушать и читать не входит в его сильные стороны. Это в наше время человек не мыслит себя за одним делом. Себя помню, когда ещё в школе делала уроки под музыку или какой-нибудь фильм.

— Ну вы же чувствуете потоки? — спросила я, Тимофей Андреевич кивнул. — Картина же возникает перед глазами? Расстояние можете определить, объём воздушной массы, которую захватываете?

— Да.

— Всё, я поняла в чём причина! Отсутствовало практическое применение. Даже если были какие-то наработки, их просто игнорировали, — я перевела взгляд на Юрия Семёновича, у него был очень говорящий взгляд. Недоверие, сомнение… Он сморщил лоб и ушёл в себя. Через пару секунд он открыл рот.

— Да, есть такая теория, вы правы, не нашла поддержки из-за отсутствия практического применения.

Ой, как трудно ему было осознавать, что его обвинения с самого начала были абсурдны. Во взгляде читался интерес к моей персоне.

— Только не нужно говорить, что я и к этим материалам имела доступ… Продолжим, — я кивнула Веронике. — Давайте опустим пользу для повседневной жизни, сделаем уклон на развитие. Вот стакан, — я поставила перед ним пустой сосуд. — Закройте глаза и направьте на него поток. Следите за изгибами, как меняется скорость, по всем мелким нюансам мозг научится строить картинки.

Тимофей Андреевич выставил правую руку по направлению к посуде. Повеяло ветерком. Лицо у него было очень сосредоточенное. Напряжение, досада и вот победная улыбка.

Мужчина начал пальцем левой руки вырисовывать в воздухе контур стакана.

— Отлично! — похвалила я. — Глаза не открывайте…

Я взяла стакан и налила немного воды из графина. Могло показаться, что я хочу провести эксперимент с другой стихией, но это был обман. Мне хотелось ввести в заблуждение его мозг, ведь он готовится увидеть стакан с водой, а я ему подсуну другое. Тихо взяв свой ридикюль, я поставила его на стол.

Даже Юрий Степанович оценил выходку и улыбнулся мне, да и с соседних сидений уже не стесняясь глазели на нас.

Дав команду, я стала следить, как меняются эмоции на лице верификатора. Он явно не понимал, что происходит, и сильно расстраивался.

Помотал с досадой головой и, сжав, губы стал водить пальцем, вырисовывая форму прямоугольника, а в довершение мазнул в сторону, туда, где лежал ремешок от сумочки.

— Браво! — я аж в ладоши прихлопнула, а Тимофей Андреевич открыл глаза и увидев, что на столе, рассмеялся.

— Ох и выдумщица вы, Екатерина Фёдоровна! Я ещё с прошлой игрушкой не наигрался, но эта явно в ближайшее время займёт много времени. Незабываемые ощущения!

— А что за прошлый опыт? — профессор спросил требовательно, видно по-другому не мог разговаривать.

— Там всё есть, — я указала на папку.

— Но вы же не дадите мне её в работу? — взгляд на верификатора.

— Нет. Но могу сделать копию, с разрешения Екатерины Фёдоровны.

Хотелось заставить профессора извиниться прилюдно, но это меня ещё больше унизит, как ни странно. Великодушие же, напротив, покажет меня зрелой личностью.

— Я не против, если мои наработки помогут развитию магического общества. С одним условием, их никто не должен присваивать.

— Я прослежу за этим, Екатерина Фёдоровна!

В итоге мы расстались в добрых отношениях. Да, стену, между нами, Юрий Степанович и не думал убирать, где он, а где я, но интерес я возбудила. Наш новый знакомец оказался доцентом Саратовского Университета. Уж повезло так повезло. Что я говорила, не собираюсь привлекать внимание? А мне кажется, я только этим и занимаюсь. Надеюсь, повышенный интерес мне не аукнется!