Чтение онлайн

– Она не из таких.

– Тогда подари ей заколку или красивый гребешок...

– Это отличная идея, мам! Спасибо.

Она грустно вздохнула и попрощалась, напоследок заставив меня повторить обещание, что я обязательно вернусь в семью.

Прекрасный гребешок нашёлся на одном из первых прилавков Хеджи. Металлический, украшенный эмалью - на верхней части была изображена птичка с оранжевой грудью в цветах.

– Это малиновка, - сказал продавец, по-доброму блестя хитрыми глазками из-под кустистых седых бровей.
– Певчая птичка...

Идеально!

– Отлично, - отозвался я.
– Сколько стоит?

Мы со стариком сторговались на вполне божескую цену, и я уже рисовал в своём воображении сладостные картины того, как моя возлюбленная будет расчёсывать этим гребешком свои восхитительные волосы, в моём присутствии...

Вечером того дня долго не мог уснуть, без конца перебирая в памяти нашу с Лайлой встречу, сожалея, что мы так мало успели обсудить, но ведь и прикосновениями и поцелуями я не успел насытиться! Непонятно вообще, возможно ли это в принципе. Однако факт в том, что когда наша полоса препятствий закончится и мы воссоединимся окончательно, я не буду выпускать свою любимую из рук очень долго. Стану с нею спать, мыться и принимать пищу, не снимая её с колен. Минимум, месяца два подряд. Только так получится хоть немного утолить иссушающую меня жажду.

Утром в понедельник моё измученное сознание пробудилось ни свет ни заря и стало ждать сообщения от Евы. Я проверял телефон каждые пять минут, боясь, что пропустил звуковой сигнал и не в состоянии сосредоточиться ни на чём другом. Оно пришло в десять, когда от моей нервной системы остались одни ошмётки:

"Сегодня в 14ч. Там же. Пожалуйста, будьте благоразумны"

Что это значит? Я слишком напирал в прошлый раз? Лайла пожаловалась мачехе на меня?.. Я не решился уточнить, но твердо вознамерился быть осторожнее и предупредительнее.

Немного успокоившись, я заставил себя сесть и поработать, а в 12 отправился в душ и повторил все позавчерашние манипуляции. Только надушился поменьше. В голову пришла разумная мысль: тиская Лайлу, я обильно снабжаю её своим запахом, и это вполне может смущать Еву так, что она делает мне замечания.

Фарид принялся уговаривать меня пообедать с ним, но терпения на это я не имел. Весь горел изнутри и разрывался на мелкие части. Лучше буду сидеть в машине там, возле дома Лайлы, и не пропущу ни секунды её появления.

На этот раз она появилась на горизонте вовремя и ни минутой раньше, и я уже достиг наивысшей точки волнения. Всё тело ходило ходуном, а сердце бухало, как очумелое. Лайла была всё в том же костюме служанки: серое платье с белым передником, серый платок, маленькие серые туфельки без каблуков. Но глаза её сияли, как звёзды, и улыбались, и излучали неподдельную радость, которая была для меня очевидна, хоть моя птичка и поджимала губки.

Я опять выбежал ей навстречу, но уже не замирал столбом, а сразу взял любимую за руку и повёл её в машину, твердя про себя: "Будь спокойнее, не напирай!"

Лайла шла легко, торопливо, не выражая излишнего смущения или напряжения. Впорхнула внутрь невесомо, как птичка, и замерла в ожидании. Большие, умопомрачительно красивые глаза широко распахнуты, сладкие нежные губы приоткрыты - как же остро мне хотелось их поцеловать! Но я сдержал себя и взял любимую за руки. Выдохнул:

– Здравствуй, Лайла.

– Здравствуй, Гаяр, - ответила она несколько растерянно. Сияние в глазах стало более приглушённым, там появился вопрос.

– Скажи, я вчера не был слишком... напорист? Я не обидел, не испугал тебя своими... чересчур жадными поцелуями и объятиями?

Она вспыхнула, опустила глаза и покачала головой:

– Нет... я не знаю... Я ведь не разбираюсь в таких вещах... Но ты точно не обидел меня, Гаяр!..

Она подняла на меня взгляд, и её щёчки заалели ещё чуть сильнее. Со вздохом облегчения я привлёк её к себе и прижался губами к точёной скуле.

– Я... просто голову вчера потерял, - прошептал, не отрываясь от нежной благоухающей кожи, - и подумал, а вдруг я был слишком... несдержан.

Прикрыв глаза, Лайла легонько потёрлась щекой о мою щеку, а потом вдруг повернула голову и прижалась губами к моим губам. И так замерла. А у меня замерло сердце. Она сама меня целует! Сама! Есть ли на свете большее счастье, чем вот так понимать, что тебя любят?

Я не выдержал этой неподвижности и раздвинул её губы своими. Скользнул языком внутрь. Добрался до её сладкого горячего дрожащего язычка и принялся наслаждаться им, как любимым лакомством. И тут Лайла издала какой-то грудной звук. Не жалобный и не сладострастный - скорее нежный. Всё же засомневавшись - вдруг что-то делаю не так?
– я чуть отклонился и заглянул в глаза возлюбленной:

– Всё в порядке?

Она кивнула, не переставая пылать:

– Само как-то вырвалось. Прости. Меня так переполняют эмоции, я никогда ничего подобного не испытывала...

– Тебе не за что извиняться. Знала бы ты, как они меня переполняют...

– Я думаю...
– осторожно начала она.
– Мне кажется... это ведь, наверное, не первая твоя влюбленность...

Я хотел ответить, что влюблённость, может, и не первая, а любовь - точно, да. Но Лайла не дала мне ничего сказать, сразу принявшись оправдываться:

– У меня есть старший брат твоего возраста, поэтому я знаю, что юноши ведут более... свободный образ жизни. А я всю жизнь просидела дома и не общалась ни с кем, кроме подруг...

– И посетителей в клубе, - напомнил я, чем снова смутил её.

– О нет! Там мою честь берёг Хасан. Первое время его клиенты пытались заговорить со мной, пригласить за свой столик, но он так сурово пресекал любые попытки, что скоро все поняли: на меня можно только смотреть и слушать. Не приближаясь. Так что я была в полной безопасности. До твоего появления.

– Я злостный нарушитель!
– улыбаюсь.
– Но с самого первого раза, как я тебя услышал, ты покорила меня окончательно и бесповоротно.

Всё время разговора я не выпускаю её рук - нежно поглаживаю маленькие ладошки и тонкие пальчики, сходя с ума от получаемых ощущений.

– Разве голос что-нибудь говорит о самом человеке?

– Для меня - да! И многое. И чем ближе я тебя узнаю, тем сильнее убеждаюсь, что не ошибся. Даже наоборот - ты ещё прекраснее, чем я себе представлял.