Чтение онлайн

Чёрт, а ведь Эрик прав. За наставление по системному анализу я ещё не садился, да и вряд ли когда-нибудь соберусь. Ну, разве что в глубокой старости, если доживу, а не уйду на следующее перерождение. Но люди здесь и без того не глупые. Да, могли и так рассуждать. Логично. И, главное, мне очень-очень в это захотелось поверить. Только вот всё равно сегодня же поставлю задачу Ангелиному жениху, искать не только вражеских лазутчиков или потенциальных мятежников, но и слишком языкастых в моём окружении. Не знаю, что сделаю с такими, если вдруг обнаружатся, однако как минимум хороший втык устрою. Мало не покажется.

Через полторы мили после того, как мы свернули с тракта, дорога заметно пошла в гору, лес становился всё реже и вскоре сменился на заросшие кустарником ирги и дикой смородины холмы, с вершины одного из которых я и увидел поселение, цель своей поездки. Люблю всё знать, особенно то, чем владею и управляю.

А рудник на ближайшие три года принадлежит обители за смехотворную плату — полторы тысячи драхм в год. Хотя, нет, цену я посчитал не корректно. Ещё ж нужно учесть два с половиной часа моей жизни, потраченных на омоложение моей двоюродной тётушки графини Глории.

Она хоть и не из Неллеров, просто моя бабка по отцу и её отец родные брат и сестра, однако всё время напоминает мне о нашем родстве, называя дорогим племянником. Что ж, потому забесплатно и стала выглядеть моложе сорока, когда я, что называется, со всей дури жахнул по ней самым мощным из омолаживающих плетений. Да, стоимость такой огромной услуги не озвучивалась, тем не менее, по умолчанию учлась в качестве скидки.

И ещё я вполне выгодно скупил складские запасы олова графа Олега. Боюсь, правда, когда брат Алекс узнает, во сколько это обошлось, моего жадину удар хватит. Ладно, исцелю.

— А он стал больше, чем четыре года назад, — сказал Эрик.

— Ого, ты и здесь успел побывать? — спрашиваю.

— Да, был заказ на устройство побега одного типа, — кивнул лейтенант. — Сложностей особо не встретили. Тут основной упор в предотвращении бегства — дерьмовая кормёжка, от которой очень быстро каторжане начинают еле ноги волочить, куда уж бежать-то. Так что мы просто погрузили нужного человечка на лошадь, переехали Медвежью гору, а там по дороге нас уже и не догнать было с таким отрывом.

Поселение оказалось действительно довольно крупным, десятков на пять строений. Четверть посёлка было огорожено достаточно высокой стеной из заострённых брёвен. Внутри этого периметра располагались четыре вытянутых одноэтажных барака под крышами из дранки и двухэтажный бревенчатый дом под черепицей. Ну, тут всё понятно. Это территория, где живут каторжане и их охрана с надзирателями. Ворота в стене были сейчас открыты нараспашку, обе створки, и там стояли трое вояк со щитами и копьями, о чём-то оживлённо беседуя и жестикулируя.

Оставшиеся три четверти поселения представляли одноэтажные дома, хозяйственные постройки и различные склады. Имелся здесь и трактир, расположенный на единственной площади, которую из-за маленького размера проще было бы назвать лобным местом, на котором традиционно возвышались столб для наказания и П-образная виселица, сейчас, вижу, не задействованные. Болтаются две петли, но без висельников в них. Напротив кабака вытянутый дом, тоже покрытый черепицей. Наверняка там управа.

Дальше за околицей выпасы с овцами, а правее — плавильные печи, аж четыре штуки, на данный момент не работающие, в смысле, не дымящиеся. Думаю, из-за забитости складов, временно слабого сбыта работы печей пока приостановлены. Справа от них огромные отвалы шлака, слева груды дров и кучи угля.

Понятно. Это добываемые куприт и азурит привозят к нам в обитель телегами, где в плавильнях мы из них добываем медь. Сырьё богатое — от половины до восьмидесяти процентов в нём металла. Олово же тоже предпочитаем выплавлять на месте. Касситерит, оловянную руду, куда-то тащить на переплавку не очень выгодно, хотя случается, потом мучаемся с вывозом шлака. А тут на руднике делают проще, отправляют сразу готовый металл. Удачная покупка. Приятный бонус, о котором я даже не догадывался. Думал, приеду, а тут холмы испещрённые штольнями как лучший сыр брата Афанасия дырками. Так нет, здесь целое металлургическое производство.

— Сергий, — оборачиваюсь к помощнику, разговаривающему о чём-то со штаб-капралом и почтенной Ромм. — Напомни по приезде, чтобы поговорить с преднастоятелем. Нам нужно сделать, как у умных владетелей, — показываю хлыстом в сторону печей.

— Напомню, ваше преподобие, — почему-то смутился он.

В поселении при нашем появлении поднялась суматоха, явно вызванная любопытством, а не страхом. Чего им здесь боятся?

Тут на сменяемом раз в месяц карауле находится целый взвод графского пехотного полка, а ещё десяток конных егерей, не говоря уж о том, что и надсмотрщики вооружены. С такой охраной рудника ни одна разбойничья шайка не рискнёт связываться. Да и брать-то здесь нечего, нет смысла рисковать. Олово ведь не золото, даже не медь. Куда его потом девать?

Здание управы оказалось заодно и жилым домом здешнего управляющего, крупного молодого мужчины лет тридцати пяти. У него явно килограмм тридцать лишнего веса, но при его росте в пару ярдов это смотрится не так уж критично.

Как выяснилось, он без жены, умершей ещё три года назад, воспитывает двух дочерей, восьми и пяти лет, немного нагловатых — или смелых, как посмотреть — часто с любопытством заглядывавших в главную комнату дома, пока я с их отцом говорил о делах за кружками разбавленного вина. Третьим с нами сидел Сергий, двое вояк топтались в коридорчике, остальные остались снаружи дома.

Передал управляющему одну из копий договора аренды, предупредив, что вскоре к нему приедет брат Алекс для сверки данных, которые я получил в замке с реальными. Но Грег, управляющий, меня сразу же обрадовал в кавычках. Сведения он подаёт раз в месяц и за прошедшие с момента его последнего доклада две недели количество каторжан уменьшилось на восемь, хотя по моим бумагам их должно было бы быть сто семьдесят один.

Мрут как мухи. Первый год выживают в лучшем случае две трети поступивших, зато те, кто выжил, потом умудряются протянуть и три, и пять и даже оставшиеся до максимальной десятки лет. Ну, последние — это те, кто активно сотрудничает с администрацией рудника либо настолько авторитетен в преступном мире, что даже в здешних нечеловеческих условиях может подкармливаться за счёт других кандальников.

Кормят, как я понял, здесь похлёбкой из бобовых или батата. На ужин дают ещё кусок лепёшки с луковицей или сушёным яблоком. Не густо, но во многих деревнях крепостные крестьяне по весне, питающиеся тёртыми желудями или корой, и о таком могут только мечтать.

— Пока добычу руды остановили, — докладывает управляющий. — Распоряжение из замка. Я пока на это время приказал новые штольни прорубать. В старых выработка ещё не истощилась, но, подумал, пусть будет запас шахт, если вдруг где произойдёт обвал.