Чтение онлайн

Радует, что не мне одному, а всем высокородным приходится так страдать, просто местные о своих муках не догадываются, воспринимая их как должное. Всё королевское семейство проживает на последнем этаже, третьем.

Главная часть королевской резиденции кишит людьми будто муравейник. Перед нами, прошедшими через огромный зал и поднимающимися по лестнице, понятно, все придворные расступаются, а королевские гвардейцы браво вытягиваются. И те, и другие получают от его высокопреосвященства благословение.

На меня бросают любопытные взгляды, но без особого пиетета, не понимают, что в облачении аббата перед ними выдающийся маг и целитель. Ну и пусть теперь с этим живут.

Нет, это просто ужас сплошной. Уж на что вокруг меня постоянно кто-то рядом находится, и оказаться в одиночестве за счастье, но каково приходится венценосным особам жить среди толпы придворных и слуг, даже не представляю. Бедняги.

Нет, представляю, в Неллерском замке тоже немало народа, но всё-таки дворец моей мачехи по сравнению с королевским, всё равно, что глухая деревня перед мегаполисом.

Не хочу тут обитать. Ни за какие коврижки. Даже окажись сейчас Хельга Еленой Прекрасной и Василисой Премудрой в одном лице, то всё равно, ну её к чёрту. А если вдруг интересы рода потребуют? Что ж, брошусь в ноги к мачехе и попрошу не губить. Может сжалится.

Апартаменты принцессы начинались с огромной приёмной, уставленной диванами, пуфиками, креслами, столиками и увешанной гобеленами со сценами великосветских балов, сельских танцев и охоты. На любой вкус.

Два десятка девушек в дорогих платьях, с огромным количеством украшений и пять, нет, шесть, таких же разряженных юношей учтиво поклонились при появлении кардинала, сразу получив от него благословение.

— Степ, подожди здесь. — сказал его высокопреосвященство, почему-то недовольно посмотрев на моего вассала. — Недолго. Скоро тебя позовут.

Ну, значит, подожду, благо, мест в большой приёмной — или это гостиная? — полным полно. Наверное, правильней всё же второе. Делами-то государственными или управленческими принцесса не занимается. А тут, кажется, сейчас её фрейлины и кавалеры. Всем лет от четырнадцати-пятнадцати до восемнадцати-девятнадцати, от подростков до молодёжи, не старше и не младше.

Девушки посматривают на меня с интересом, о чём-то перешёптываются и хихикают. В общем, интересничают, как говорила моя Даша. Ведут себя будто школьницы, хотя поди здесь сплошь маркизы на виконтессах сидят и баронетами погоняют. Младшие естественно. Наследники предпочитают быть первыми в своих дворцах и замках, а не составлять свиты при дворах сюзеренов.

Молодые аристократы отнеслись ко мне вполне равнодушно, лишь с ноткой любопытства, не более. Сутана вывела меня из-под подозрений в возможной конкуренции за внимание принцессы или её фрейлин. Вот зря вы так думаете, парни.

— На кой ты этот булыжник сам схватил? — киваю на ходики в руках Карла, когда устроился с ним на коротком диване у самого входа. Мы скромные. — Пока я буду у Хельги, ты бы договорился о приёме у королевы-матери, ну, и узнал, где мой дядя Курт здесь сейчас. тебе пропуск на вас с Джессикой нужен?

— Нужен, — подтвердил приятель, также в полголоса. — Но подарок мне не помеха. Если позволишь, я прямо сейчас пойду.

— И оставишь на растерзание этим муренам? — морщусь. — Видишь, как они меня обсуждают. И те, что слева кучкуются, и те, что возле окон собрались.

— Откуда знаешь, что тебя? Создал подслушивающее плетение?

— Когда бы я успел? — мотаю головой. — Я могучий маг, но не всемогущий. Просто догадываюсь. О чём им ещё-то говорить? Ладно, ты, и правда, иди, не будем терять время, а я, если что, отобьюсь. С виргийцами как-то справлялся, и здесь надеюсь устоять.

— С теми было намного проще. — засмеялся Карл и поднялся.

Я остался сидеть, придав лицу безучастное выражение. Злосчастные прыщи меня уж с месяц как перестали доставать, то ли алхимия Юлианина помогла, то ли взрослею. Вроде неплохо выгляжу, как миимум, симпатичный.

Из-за портьеры, за которой скрывалась дверка, появились пара слуг и пара служанок с кувшинами, подносами и одним кубком, как понимаю, для меня. Да, так и есть. Откуда узнали, если тройка гвардейцев кардинала оставила нас на площадке этажа? Глазок тут где-то имеется, к гадалке не ходи. Осматриваюсь и, естественно, ничего не обнаруживаю.

А ведь посуда-то бронзовая. Это что же выходит, наш род богаче королевского? Похоже на то.

— Спа… — чуть не ляпнул благодарность служанке, вот бы все здесь посмеялись. — Хватит половины. — останавливаю поток вина из кувшина.

Ко мне никто не подходит, ни о чём не спрашивает, не представляется. Не больно-то и надо.

Кардинальское «недолго» затянулось почти на полчаса. Ничего себе, принцесса исповедуется. Неужели успела за неделю много нагрешить? Нет, думаю, там другое. Его высокопреосвященство наверняка наставляет и убеждает Хельгу отнестись ко мне со всей возможной благожелательностью.

— Ваше преподобие милорд Степ Неллерский! — громко обратился появившийся лакей, похожий статями на гренадера. — Вас ожидает принцесса!

Ого, а моё имя-то во дворце известно. Присутствующие дёрнулись, будто их электричеством ударило. А вы чего думали? Аббатом в таком возрасте мог простой деревенский паренёк стать? Или вы много про других юных настоятелей слышали? Нет, мальчишки-девчонки, не учил вас никто элементарному анализу имеющейся информации, иначе сейчас бы не пучили глаза и не открывали в изумлении рты.

За дверью гостиной началась длинная анфилада комнат, сквозь которую я иду вслед за лакеем мимо кланяющихся слуг и служанок, кстати, ни на ком из них нет ошейников. Просторно живёт принцесса, с размахом. И чему я удивляюсь? Так и должно быть.

Кардинал со своей воспитанницей встретили меня в большом будуаре, увешанном синими драпировками. Кресла и диван были обиты тканью такого же цвета.

— А вот и его преподобие Степ, Хельга. Познакомься. — со скупой улыбкой на устах представил меня стоявший возле окна Марк Праведный сидящей в кресле у столика молодой девушке.

Действительно моя ровесница. И да, не уродка, вполне миловидна. Вот только не пойму, что промелькнуло в её глазах. Насмешка? Презрение? Интерес? Не успел разобрать, как взгляд принцессы и её лицо приняли выражение вежливой доброжелательности.