Чтение онлайн

— Ven-Mul-Riik! — никто так и не заметил, как лагерь стал накрывать непроглядный туман.

Дозорный пират устало вглядывался в ночную тьму, идущие ему навстречу тени сперва показались наваждением, словно он уснул на посту и вот-вот должен был проснуться, но чем ближе они приближались, тем в равной мере казались всё более реальными и сказочными.

Грациозной походкой они выходили на свет. Высокие, почти два с половиной метра в рост женские фигуры, словно созданные из дерева. Лицо существа застыло в одновременно красивой и жуткой дружелюбной улыбке, глаза светились ярко-зелёным. Его голову украшала пара небольших оленьих рогов, а из плеч, локтей и коленей торчали небольшие ветви, образуя острые шипы. На ладонях были ярко выражены длинные когтистые пальцы, а довершали картину насекомые, что роились вокруг силуэтов. Осы, светлячки и бабочки летали вокруг туловища и головы, остальные насекомые облюбовали само тело, перебираясь по нему с одного конца на другой.

«Духи леса и курганов!», в панике подумал дозорный, но всё же нашёл в себе силы, чтобы натянуть тетиву. В грудь ближайшего чудища вонзилась стрела, то замерло, с интересом наблюдая за посторонним предметом, торчащим из его тела. Со стрелы упало оперение, словно следуя собственной воле, она вошла глубже в грудь, и на глазах начала обрастать листьями. Вскоре стрела превратилась в ветку, которая словно всегда была частью существа. Оно медленно открыло рот, сплюнув на землю железный наконечник, его лицо стало недовольным.

Глаза дозорного расширились от ужаса, его оружие не смогло убить противника, он побледнел, парализованный собственным страхом, а существо уже стояло напротив. Замах рукой, и железнорождённый падает наземь. Три глубоких пореза когтистыми пальцами фактически изрубили его голову на части, лишь чудом та не развалилась на куски. Спригганы вошли в лагерь.

Одна из корабельных команд, обсуждавшая у костра, как побыстрее перебраться через стены замка, завидев среди шатров постороннего, подняла тревогу и бросилась на лесного духа с оружием наголо. Раскинув руки в стороны, существо наклонилось, посылая вперед ядовитую дымку и рой насекомых. Дюжина ближайших пиратов, словно скошенная мором, упала наземь, хватаясь за горло, они стали лёгкой жертвой отравы лесного духа.

Пираты, что находились чуть дальше, инстинктивно прикрыли рот руками, но всё равно не смогли избежать пагубного действия магии. Яд сприггана влияет на восприятие, делает окружающую действительность размытой, искажает цвета. Трудно не то что отличить врага от друга, а даже нормально контролировать собственное тело. В бой опять пошли когтистые руки, минута, и полторы дюжины дезориентированных островитян были изорваны в клочья поалевшими от крови живыми деревьями.

Поднятая тревога, звук предсмертного визга, крики раненных и отравленных, пробудили ото сна почти весь лагерь. Железнорождённые в исподнем выбегали из шатров и палаток лишь для того, чтобы увидеть, как чудища голыми руками разрывают их товарищей на куски.

— Старый Стаут не лгал! — в панике закричал один из железнорождённых.

— Мы прогневали лесных духов! — вторил ему другой.

— Лес ожил и напал на нас! — кричал уже третий.

На фоне тумана, который не позволял видеть дальше двадцати шагов, казалось, что кровавая мясорубка накрыла весь лагерь, хотя по факту происходила всего в четырех местах. Попытки организовать оборону или защититься особых результат не давали. Духи спокойно выдерживали удары топоров, мечей, копий и булав, даже не уклоняясь от них, а их когти спокойно разрезали кольчуги и стёганки вместе с плотью.

Один из пиратских капитанов выстроил два десятка людей в стену щитов, чем собрал их в одном месте. Спригган вскинул руку вперёд и рой ос кинулся на пиратов. Щиты не спасали от насекомых, равно как и отчаянные взмахи оружием, пираты начали кататься по земле, пытаясь сбить с себя мерзких жуков, но их судьба уже была предрешена, яд насекомых начал действовать. Ослабленных и лишившихся строя пиратов рвали на куски сразу два лесных существа. Чем больше островитян собиралось в одном месте, тем сильнее росли их потери.

— Это всего лишь деревья! — орал один из пытавшихся организовать людей капитанов. — Так сожжем их! То, что мертво, умереть не может!

— То, что мертво, умереть не может! — поддержали его пираты, начав хвататься за факелы и горшки с маслом.

Одного из спригганов удалось окружить и бросить в него сразу три керамических кувшина. Лазающие по деревянному телу насекомые в панике заметались, прилипнув к духу, после чего на тварь опрокинули жаровню. Дерево загорелось, но на первых порах казалось, что это никак не сказывается на её боеспособности, пока под её ноги не начали падать сгоревшие насекомые. Существо опустило голову вниз, замерев на несколько мгновений, улыбающееся лицо стало печальным. Тварь яростно взвыла и бросилась на железнорождённых сквозь шатры и строй в отчаянной попытке отомстить за своих подопечных.

Дерево сильнее плоти, но огонь сильнее дерева. Чем дольше спригган горел, тем слабее становилась его оболочка. И вот, окружённый со всех сторон дух пал под натиском пиратов с секирами и абордажными топорами. Выкрикивая проклятия и отборную ругань, железнорождённые изрубили духа на куски.

Вторженцы гибли десятками, но таки смогли найти способ одолеть лесных тварей. Битва, больше напоминающая натуральную бойню, со временем должна была закончиться победой островитян, ещё две твари загорелись от масла и метких выстрелов горящими стрелами. Хотя от некоторых выстрелов из тумана начинали загораться шатры.

Три ещё живых сприггана метались по лагерю, истязая одного разбойника за другим, те, кому не посчастливилось попасть им под руку, не проживали дольше нескольких секунд. Одолеваемые страхом и отчаяньем пираты бросались либо наутёк, либо в самоубийственные атаки. Получасовое сражение унесло жизни почти четырёх сотен детей Железных островов, ещё около сотни людей было в разной степени ранено и покалечено, но главное достижение духов было не в этом.

Лагерь пылал, в нем не осталось почти ни одного целого шатра и не потерявшего товарища пирата. Люди были в панике, Старые боги оказались настоящими, как и их гнев. Вскоре в живых осталось всего одно едва живое существо, которое будет сниться выжившим в ночных кошмарах. Казалось, битва закончится и вот-вот лагерь накроют триумфальные возгласы, но вместо этого раздался волчий вой. Из тумана начали выходить северяне.

…

Мост

Пытающиеся убежать к лагерю Виктариона пираты остановились около переправы. Огромный белый лютоволк с красными глазами перегородил им путь. Шерсть злобно рычащего зверя встала дыбом, шестеро пиратов замерли в нерешительности, смельчаков бросить вызов очередной магической твари не нашлось.

Волк завыл, первый пират упал, хватаясь за пронзённое стрелой горло. Остальные пираты в отчаянье завертели головами, вскоре вылетевшая из-за тумана стрела пробила грудь ещё одному, мигом позже наземь упали ещё трое. Последнему выжившему стрела угодила в бедро, заставив того опереться на меч, чтобы удержать равновесие, однако радость, что он всё ещё был жив, долго не продлилась. Лютоволчья челюсть быстро отделила голову от туловища.

Вскоре из тумана вышла дюжина копьеносиц клана Уайтлинг. Женщины, облачённые в кольчуги да белые плащи, быстро добили раненых, подобрали стрелы и оттащили в стороны тела пиратов. Вель погладила зверя за ушком, мол, «хороший мальчик», на что тот радостно гавкнул и лизнул ей ладонь.

Восточная окраина лагеря

Удар Великана Тома размозжил голову ближайшего к нему железнорождённого, превратив ту в кровавое месиво. После лесных духов закованный в латы гигант выглядел гораздо более привычно и приземлённо, что всё равно не давало повода бояться его меньше.