ЖАНРЫ

Базар, вокзал, милиция
Шрифт:

Инженер посмотрел на меня и спросил:

– А ты кто по званию?

– Да что ты его слушаешь?
– я был готов пристрелить Бориса, - какой я мент? Ты посмотри на меня внимательно. Я похож на мента?

Инженер встал, подошел ко мне вплотную и стал вглядываться в мое лицо как в старую фотокарточку.

– Похож!
– заключил он, - Да какая разница? Мент тоже человек и тоже хочет выпить. Правильно?

– Если кент оказался мент, - запел Борис на манер Высоцкого - "Если друг оказался вдруг".

– Садись, полковник, - пригласил инженер.

Все летело к черту! Вся разработка! Уже было не важно - смогу ли я убедить инженера в том, что всего лишь "шофер" или не смогу. Он был пьян и пьян здорово, но соображалка у него не отключалась. Ментовский мотив засел в его голове как дурная пуля, которую без сложнейшей операции не удалить.

Лицо Галки стало похожим на абстрактную картину. Тушь расползлась причудливыми фигурами. Она как будто прислушивалась к нашим словам, но было не ясно - доходит ли до нее смысл?

И вдруг мне сделалось смешно! Так смешно, что я начал посмеиваться... Сначала пытаясь сдерживаться. Но чем больше для этого требовалось усилий, тем сильней меня распирало! В конце концов я заржал как клоун на арене цирка! Только что из глаз не стреляли две упругие струи...

– Наливай, инженер! Не из горла же...
– выдавил я сквозь смех. "Да пропадай все пропадом! Раз пошла такая пьянка - режь последний огурец! Сейчас мы хапнем и я его прямо тут и расколю. А что делать? Или меня загнали в неподвижную схему? Так нет таких схем... В нашем деле нет точно!"

Борька затих, откинувшись в старинном плетеном кресле словно притомившийся дачник. Соломенной шляпы не хватало... Его подружка дрыхла на тахте. А Галка сидела с нами за столом, но к спиртному не притрагивалась. Пили мы вдвоем с инженером. Правда, я - по полной (рюмки все-таки извлекли на свет Божий), а он - по глоточку.

– Халтуришь инженер!
– попытался я его подстегнуть.

– Дай передохнуть, полковник! Не то вырублюсь. С кем тогда пить будешь?

– Да не полковник я...

А похож...

– Какой полковник? Лейтенант он, - равнодушно сказала Галка.

– А ты?
– поинтересовался инженер тут же.

– Какая разница? Может и полковник...

– Обложили, однако... Со всех сторон...

Примерно, через час картина выглядела также. Все оставались в тех же позах. Единственное изменение внесла Галка. Выждав с полчаса, она присоединилась к нам, но пила осторожно, небольшими глоточками. Мы с инженером щупали друг друга почти в открытую и продвигались к цели. Каждый к своей. Мне не терпелось расколоть его и выудить изюминку в системе хищений. Ему не терпелось внушить мне, что он - честный парень!

– Да нам в принципе все известно, - блефовал я.

– Тогда какого черта мы притащились сюда?

Не дурак он был, этот инженер. Не дурак.

– Скоро Вашей компании кранты... Кое-какие мелочи не мешало бы уточнить... Решили выдернуть одного из Вас из дела. Ты помогаешь нам сейчас, а мы тебе поможем чуть позже. Или тебе в тюрьму охота?

– Чудак ты, полковник!
– он никак не хотел понижать меня в звании. Его бы начальником кадров Министерства, так с его легкой руки стал бы я полковником милиции. Чем хуже пожарного полковника?
– Кто ж в тюрьму хочет? Ну что мне сочинить что-нибудь специально для тебя?

– А сочини, - согласился я. Может он решил в такой игривой форме подарочек мне сделать?

– Так хоть подскажи - в каком направлении сочинять?

– Да ты Ваньку-то не валяй! Понятно же, что речь о полистироле идет.

– Ах, об этом! Так тут все просто. Заезжает на склад фура, загружается и вперед.

– Но ведь со всеми документами...? С накладными и прочее?

– Конечно.

– А что потом?

– А что? Ничего.

– Тогда давай выпьем!

– Давай!

Время топталось на месте точно также как мы с инженером в нашем движении к цели. Пошел снег. Он возникал из темноты и скользил по оконному стеклу словно стараясь просочиться внутрь. "Провалил я дело окончательно и бесповоротно. А мне еще доверили общее руководство".

– Будет кто-нибудь в конце концов любить меня или нет? Спать я могла бы и дома.

С тахты на нас глядела ненасытная мордашка Борькиной подружки. Честно говоря, вместо "любить" она употребила другой термин. Тот, который имеет единственное значение и таким образом сокращает расстояние от произнесенного слова до смысла как прямая между двумя точками.

– Тебя как звать, дурочка?
– спросила Галка.

– Наталья.

– Так буди своего грозного е.....я, Наталья и принимайтесь за дело!

Борькина подружка двигалась как пушинка на сквозняке. Тем не менее попутный ветерок вынес ее прямо на любовника. Может она всегда так будит спящих, но в тот раз она без раздумий размахнулась и въехала Борьке по физиономии. Оказалось, что способ результативный. Борька проснулся.

– Что за .....?
– последовал сплошной непечатный текст.

– Ты собираешься меня любить?
– (на самом деле тот же термин).

– Я пьяница, а не е...ь!
– почти гордо объявил Борька и в доказательство поднялся, подошел к столу, плеснул в рюмку водку и заглотил ее со страстью. Это была та самая страсть, которую пыталась поймать Наталья с той же безуспешностью, с какой можно пытаться догнать зайца.

Сквознячок подогнал ее к столу и опустил на стул. Все только начиналось!

"Хорошо бы, чтоб весь ваш бардак закончился пьяной групповухой" - вспомнил я напутствие шефа.

Удивительно то, что это пожелание руководства мы исполнили с точностью, как исполняли приказы солдаты вермахта. И с таким же цинизмом.

Водка эффектно устранила все наши разногласия. Водка вполне может заменить парочку дипломатов и скорее привести к согласию, чем нудные и бестолковые переговоры за круглым столом.

А утром... Нездоровая зимняя бледность висела за окном и отражалась на наших лицах, делая нас похожими на пациентов туберкулезного диспансера.

– Состояние предстоящего "бардачка" занимательней, чем сам "бардачок". Еще есть надежда, что выпьешь в меру, что веселье будет остроумным, что постель окажется сказочной, что наутро тебя не будет выворачивать и не придется сутулиться, протягивая дрожащие пальцы к похмельной рюмочке, - сказал я, припомнив вчерашние мысли и сутулясь, протянул дрожащую руку к бутылке.

Поделиться с друзьями: