Чтение онлайн

— Приложу все силы, сэр, — пообещал Клайв. Как только он допишет сегодняшний отчет, он немедленно отправится в Кингз-корт и попробует раздобыть фотографию. По крайней мере, у них дома должен быть свадебный снимок Марты.

— Кстати, как далеко забралась наша героиня сегодня?

— В Нантвич. Завтра она направляется в местечко под названием Дрейтон в Шропшире.

— Отличная работа, Клайв, старина; продолжай в том же духе. — В трубке послышался звук, напоминающий тиканье часов — это редактор постукивал карандашом по зубам, что он проделывал крайне редко, только когда размышлял об открывающихся перспективах. — Чуть не забыл, теперь ты можешь не возвращаться каждый вечер в офис. Вы с репортером из «Гардиан», его зовут Алекс Скотт, можете писать отчеты по очереди. Он будет отправлять их в Манчестер, а они оттуда перешлют их нам. Устраивает тебя такой вариант?

— Да, сэр. Благодарю вас. — Клайву не понравилось, что у него отобрали пальму первенства, но спорить было бесполезно. Чем дальше от офисов «Ланкашир пост» он будет находиться, тем труднее ему будет передавать свои отчеты, ведь в отличие от «Гардиан», у них не было корреспондентских пунктов, разбросанных по всей стране.

Эдгар Гендерсон положил трубку. Клайв пододвинул к себе пишущую машинку и вверху страницы напечатал: «Дорога Марты. День второй». Руки молодого человека замерли над клавишами, и он принялся обдумывать, как описать сегодняшний день Марты. Вдруг, к своему ужасу, он понял, что не знает, о чем писать. Ведь ничего особенного не произошло. Он и догнал-то Марту только к обеду, после чего всего лишь отвез ее в Нантвич и купил ей пару дорогих кожаных сапожек, которые, как она уверяла, пришлись ей впору, да еще бинт, йод, вату и маникюрные ножницы, чтобы было чем резать бинт.

Клайв хотел поселить Марту в приличной гостинице, но она настояла на том, чтобы найти «что-нибудь подешевле», дабы она могла расплатиться за комнату сама, поскольку, дескать, денег у нее достаточно. Он высадил ее возле обшарпанной ночлежки, которая даже снаружи выглядела грязной.

Клайв похолодел, пальцы, замершие на клавишах, задрожали. «Не смей раскисать, — сказал он себе. — Ты репортер. Если не знаешь, о чем писать, — придумай».

«…Вчера утром в небе ярко светил бледно-лимонный диск солнца, когда Марта с молитвой на устах и легкостью в сердце покинула Честер. Она спала крепко и без сновидений, так что чувствовала себя отдохнувшей и посвежевшей. Приближаясь к живописной деревушке Уэйвертон, своему следующему пункту назначения, она думала о своем погибшем сыне Джо и маленьких детях, которых оставила дома на попечение отца-инвалида.

Постепенно ее походка утратила легкость, а шаг замедлился. Все-таки ей уже исполнилось тридцать семь, да еще и под сердцем она носила шестого ребенка. Мужественная женщина, Марта обладала пылким сердцем, но плоть, как известно, слаба. И когда рядом остановилась повозка и возница предложил подвезти ее, Марте ничего не оставалось, как согласиться.

Ваш покорный слуга встретился с нею в Халтон-Хит и там вдруг заметил, что ноги ее покрыты кровоточащими мозолями — к вчерашним ранам Марты добавились новые. Я отвез ее в Нантвич, где она выбрала себе обувь, более подходящую для завтрашнего путешествия в Дрейтон.

Я оставил ее в обветшалом пансионе, в котором она пожелала остановиться.

— Доброй ночи, Марта, — прошептал я, уходя. — Приятных вам сновидений.

Продолжение следует.»

Клайв перечитывал законченную статью. На его взгляд, она получилась чересчур сентиментальной и слащавой, а журналистику такого рода он искренне презирал и даже ненавидел. Эдгару статья понравится, но Клайв беспокоился, не пожалеют ли в «Гардиан», прочтя его опус, что решили печатать отчеты о путешествии Марты. И тут он вспомнил, что ему предстоит еще съездить в Кингз-корт, где он рассчитывал раздобыть фотографию Марты.

К своему невероятному удивлению, Клайв застал там Кейт, играющую в карты с младшими детьми Марты, которых, как оказалось, зовут Лили и Джорджи. Ребятишки выглядели бледными и худенькими — они явно недоедали, а вот одежда на них была теплой, пусть даже и не слишком чистой. Знакомясь, они чинно пожали ему руку. Комната, в которой они сидели, казалась голой и унылой.

— Привет, Клайв. — Кейт, похоже, была очень рада его видеть, как, впрочем, и он ее. — Я заглянула к ним, чтобы проверить, нормально ли они питаются. Карло, муж Марты, управляется просто замечательно. Сейчас он отлучился ненадолго, чтобы выпить кружку пива. Когда он вернется, я пойду домой. Вы видели Марту? — поинтересовалась она. Лили и Джорджи в тревоге уставились на него, ожидая ответа.

— Да, видел, с ней все в порядке, — ответил Клайв, не будучи полностью уверенным, правда это или ложь. — Собственно говоря, о вашей матери пишут две газеты, «Ланкашир пост» и «Манчестер гардиан». И я приехал, — продолжал он, — чтобы попросить у вас ее фотографию, например свадебную, на которой она с вашим отцом.

— У нас есть свадебная фотография, и мама на ней выглядит замечательно, — торжественно провозгласила Лили. — И папа тоже ничего. Она лежит в ящике буфета. — Девочка вскочила на ноги. — Я сейчас принесу ее.

Какой же Марта была красавицей в молодости! Клайв поднес фотографию к свету. Какая у нее чудесная улыбка; она совершенно, до неузнаваемости, преображала лицо женщины. И пожалуй, дело не в том, что Марта постарела; нет, сейчас в ней заметны усталость и разочарование, а еще боль потерь. Этой утратой является не только Джо, но еще и несбывшиеся надежды и мечтания, которые, должно быть, переполняли ее в день свадьбы. Однако ничто не могло сломить эту женщину, ее волю к жизни и стремление сражаться за свою семью.

— Ваш папа был очень красив в молодости, — заметила Кейт.

— Он и сейчас красивый, когда надевает свой выходной костюм, — заверила ее Лили.

— И побреется, — добавил Джорджи, — и пострижется, и почистит зубы.

Интересно, подумал Клайв, а сохранил ли Карло свою жгучую кудрявую шевелюру? Он машинально пригладил ладонью собственные прямые волосы; его не покидало беспокойство, что когда-нибудь он облысеет, как и его отец.

Клайв отказался от чая, сославшись на необходимость съездить в Блэкпул, чтобы отвезти в редакцию фотографию Марты.

Кейт проводила его до двери.

— Можно мне как-нибудь съездить с вами в Блэкпул? — робко спросила она. — Мне так хочется побывать в редакции настоящей газеты. В конце концов, — с важностью добавила она, — я ведь скоро тоже буду репортером.

— С радостью приглашаю. — Клайв жалел, что девушка не может поехать с ним прямо сейчас. Ему не помешала бы веселая компания по пути в Блэкпул и обратно. А по возвращении в Ливерпуль он мог бы отвезти ее куда-нибудь поужинать, например, в тот же «Адельфи».

Увы, его мечтам не суждено было сбыться.

— До встречи, детвора, — крикнул он на прощание.

— До свидания, мистер Декстер, — прокричали они в ответ.

Марта, с трудом переставляя ноги, устало тащилась в местечко под названием Дрейтон в графстве, о котором она никогда не слышала. Она даже не знала, что Англия разделена на области, которые именуются графствами, до тех пор пока Мистер не просветил ее на этот счет. Как бы то ни было, графство, в которое она направлялась, носило название Шропшир, а то, пределы которого она должна была покинуть, — Чешир.