Чтение онлайн

Я неловко переминалась с ноги на ногу. Мне захотелось убраться подальше от этой неприятной свары. Но поскольку кому-то следовало держаться поблизости, дабы растащить их, если начнется драка, пришлось остаться.

– А не слишком ли серьезно вы все воспринимаете, ваше величество? – сказала Хэвишем, всегда сохранявшая должное уважение к царственной особе. – В конце концов, это ведь всего лишь издание Фаркитт!

– Подарочное издание! – холодно отрезала Красная Королева. – Ты нарочно перехватила подарок, который я намеревалась поднести моему возлюбленному супругу! И знаешь почему?

Хэвишем поджала губы и промолчала.

– Потому что мой счастливый брак тебе глаза колет!

– Чушь! – сердито ответила Хэвишем. – Мы победили вас в честном бою!

– Леди и, гм, ваше величество, прошу вас! – примирительно сказала я. – Неужели мы станем ссориться здесь, в Норленд-парке?

– Конечно, станем! – сказала Красная Королева. – Знаешь, почему мы выбрали «Разум и чувство»? Почему мисс Хэвишем настояла на этом?

– Не верь ей, – шепнула моя наставница. – Все это пустая болтовня. Ее величество – глагол без предложения.

– Я скажу тебе почему, – гневно продолжала Червонная Дама. – Потому, что в «Разуме и чувстве» нет образов сильных и властных отцов или мужей!

Мисс Хэвишем промолчала.

– Взгляни в лицо фактам, Хэвишем. Ни у барышень Дэшвуд, ни у девиц Стил, ни у братьев Ферраре, ни у Элизы Брэндон или Уиллоби нет отцов, их некому наставлять! Неужели твоя ненависть к мужчинам зашла так далеко?

– Врешь, – ответила Хэвишем и после короткой паузы добавила: – Ладно, ваше величество, коль скоро мы тут задаем каверзные вопросы, ответьте, чем же вы на самом деле правите?

Красная Королева стала пунцовой – это было непросто, ведь она и так была красной – и вытащила из кармана маленький дуэльный пистолет. Хэвишем тоже выхватила оружие, и они замерли, трясясь от злости и целясь друг в друга. К счастью, их отвлек звон колокольчика, и обе опустили пистолеты.

– Глашатай! – прошептала мисс Хэвишем, схватив меня за руку и подталкивая к стоявшему на возвышении человеку в костюме городского вестника. – Начинается!

Вокруг Глашатая собралась небольшая толпа. Красная Королева и мисс Хэвишем стояли плечом к плечу, вроде бы позабыв о ссоре. Я рассматривала пестрое собрание персонажей и гадала, что я тут, собственно, делаю. Но чтобы научиться путешествовать по книгам, мне еще многое предстояло усвоить. Я внимательно прислушалась.

Глашатай положил колокольчик на стол и пробежал глазами по списку.

– Все здесь? Где Кот?

– Я тут, – промурлыкал Кот, кое-как устроившись на золоченой раме зеркала.

– Хорошо. Ладно, кого еще нет?

– Шелли ушел кататься на лодке, – сказал кто-то в заднем ряду. – Через час вернется, если погода не подведет [29] .

– Хо-ро-шо, – протянул Глашатай. – Итак, заседание беллетриции номер сорок тысяч триста одиннадцать объявляю открытым.

Он снова позвонил в колокольчик, откашлялся и сверился со своими записями.

– Пунктом первым, боюсь, будут дурные новости.

Народ сдержанно зашептался. Председатель собрания выдержал паузу и продолжил, тщательно подбирая слова:

– Думаю, все мы должны смириться с тем, что Дэвид и Катриона не вернутся. Уже прошло восемнадцать заседаний, и нам придется признать, что их… убуджумили.

Последовала многозначительная пауза.

– Мы запомним Дэвида и Катриону Бальфур [30] как друзей, коллег, достойных членов нашей организации, главных героев «Похищенного» и «Катрионы» и навеки будем благодарны им за все книгошествия – особенно за открытый ими путь в «Барчестерские башни» [31] {18} . Прошу минуту молчания. За Бальфуров!

– За Бальфуров! – откликнулись все и умолкли, склонив головы.

Когда минута прошла, Глашатай снова заговорил:

– Итак, не хочу показаться непочтительным, но, по-моему, отсюда мы должны извлечь урок: надо всегда отмечать, в какие книги мы отправляемся, особенно если идем по новым маршрутам. О номерах ISBN [32] тоже не забывайте, они ведь не только для каталогизации введены. Возможно, картам мистера Брэдшоу и присуще очарование традиционности… {19}

– Кто такой Брэдшоу? – шепотом спросила я.

– Командор Брэдшоу, – объяснила Хэвишем. – Теперь он в отставке, но персонаж замечательный – именно он проложил львиную долю первых маршрутов для книгошественников.

– …но они устарели и полны ошибок, – продолжал Глашатай. – Пора внедрять новые технологии, ребята. Все, кто хочет пройти курс по применению ISBN в межкнижных путешествиях, могут обратиться за подробностями к Коту.

Председатель сурово обвел зал взглядом, словно призывая всех к порядку, потом развернул лист бумаги и поправил очки.

– Ладно. Пункт номер два. Новый стажер. Четверг Нонетот?

Собравшиеся оперативники прозоресурса озирались по сторонам, пока я не помахала рукой.

– А, вот вы где. Четверг назначена стажером к мисс Хэвишем. Уверен, все вы приветствуете появление Четверг Нонетот в нашем тесном сообществе.

– Значит, вам не понравился финал «Джен Эйр»? – неприязненно произнес кто-то у меня за спиной.

Все обернулись, а человек средних лет встал и направился к помосту Глашатая. Воцарилось молчание.

– Это кто? – прошептала я.

– Харрис Твид [33] , – ответила Хэвишем. – Опасный и надменный, но очень умный – для мужчины.

– Кто утвердил ее заявление? – спросил Твид.

– Она не подавала заявления, Харрис, – ответил Глашатай. – Ей давно было предназначено стать одной из нас. Кроме того, ее работа по устранению этого мерзкого Аида в «Джен Эйр», на мой взгляд, может служить достаточным подтверждением профпригодности.

– Но она изменила сюжет! – сердито вскричал Твид. – Кто поручится, что ей не захочется повторения?

– Я действовала, руководствуясь высшей целью, – громко сказала я, чувствуя необходимость защититься от Твида.

Он опешил. Похоже, никто прежде не осмеливался ему возразить.

– Если бы не Четверг, мы вообще потеряли бы эту книгу, – заметил председатель. – Целый роман с другим финалом лучше, чем половина неизвестно чего.

– А по закону выходит не так, Глашатай.

К моему великому облегчению, в дискуссию вступила мисс Хэвишем:

– По-настоящему высокопрофессиональные литтективы столь же редки, сколь и верные мужчины, мистер Твид. Вы сами видите ее способности не хуже меня. Может, вы опасаетесь, как бы кто-нибудь вас не обошел?