ЖАНРЫ

Беги, Четверг, беги, или Жесткий переплет
Шрифт:

– Еще чего, – запротестовал Твид. – Но что, если она явилась сюда по совершенно иной причине?

– Я поручусь за нее! – громоподобным голосом изрекла мисс Хэвишем. – Призываю вас проголосовать. Если большинство сочтет мой выбор неудачным, поднимите руки, и я отправлю ее туда, откуда она явилась!

Она произнесла эти слова с такой яростью, что я засомневалась, поднимет ли кто-нибудь вообще руку. Одна рука все же поднялась – самого Твида, но он, оценив ситуацию, решил, что изобразить благосклонность – лучший путь к отступлению.

Он выдавил кривую полуулыбку, поклонился и произнес:

– Я снимаю свои возражения.

Я облегченно вздохнула, а Хэвишем ткнула меня в бок и подмигнула.

Хорошо, – подытожил Глашатай, когда Твид вернулся за свой стол. – Как я уже сказал, мы приветствуем мисс Нонетот в рядах беллетриции и не будем над ней подшучивать, как всегда подшучиваем над новичками, ладно?

Он окинул комнату суровым взором, прежде чем вернуться к списку.

– Пункт третий. Книгобежец из Шекспира, ситуация чрезвычайная. Имя преступника – Фесте, работал шутом в «Двенадцатой ночи». Сбежал после ночного дебоша с сэром Тоби. Кто отправится за ним?

Поднялась рука.

– Фабьен [34] ? Спасибо. Возможно, вам придется на время подменить Фесте. Возьмите с собой Фальстафа, но прошу вас, сэр Джон, держитесь в тени. Вам разрешено оставаться в «Виндзорских насмешницах», но не испытывайте судьбу.

Фальстаф встал, неуклюже поклонился, рыгнул и снова сел.

– Пункт третий. Нарушитель в рассказах о Шерлоке Холмсе. Имя преступника – Майкрофт, неожиданно появился в «Случае с переводчиком» и утверждает, будто он брат Шерлока. Кто-нибудь что-нибудь об этом знает?

34

Пилот Фабьен – один из героев «Ночного полета» Экзюпери.

Я пригнулась, надеясь, что никто ничего толком не знает о моем мире и потому не подозревает, что мы состоим в родстве. Коварный старый лис! Значит, он все-таки восстановил Прозопортал! Я прикрыла рот ладонью, чтобы никто не заметил моей улыбки.

– Нет? – продолжал Глашатай. – Ладно, Шерлок вроде бы считает его своим братом, и вреда от него пока никакого, но мне кажется, это удачный повод проникнуть в рассказы о Шерлоке Холмсе. Предложения есть?

– Через «Убийство на улице Морг»? – предложил Твид под общий смех и улюлюканье.

– Тишина! Пожалуйста, разумные предложения! Эдгар По вне наших полномочий, ничего не поделаешь. Через «Убийство на улице Морг» можно проложить путь во все детективы, появившиеся после него, но я никогда не дам разрешения на такие рискованные предприятия. Итак, есть еще предложения?

– Через «Затерянный мир»?

Кто-то хихикнул, но смех быстро прекратился: на сей раз Твид говорил серьезно.

– Может, удастся найти какую-то связь между рассказами о Шерлоке Холмсе и другими произведениями Конан-Дойля, – весомо добавил он. – В «Затерянный мир» попасть можно, я знаю. Мне просто нужно выяснить, как выйти за его пределы.

Повисла неловкая пауза, во время которой агенты беллетриции перешептывались между собой.

– В чем дело? – шепотом спросила я.

– Проникновение в приключенческие романы всегда сопряжено с большим риском для тех, кто прокладывает новые пути, – прошептала в ответ мисс Хэвишем. – В любовных романах или примитивных пособиях по домоводству рискуешь получить в худшем случае пощечину или банальный ожог. А вот поиск пути в «Копи царя Соломона» стоил жизни двум агентам.

Глашатай снова заговорил:

– Последнего книгошественника, который забрел в «Затерянный мир», застрелил лорд Рокстон.

– Гомес был любителем, – возразил Твид. – А я профессионал и способен о себе позаботиться.

Председатель подумал, взвесил все за и против и вздохнул:

– Ладно. Но я требую, чтобы вы посылали отчеты каждые десять страниц, понятно? Хорошо. Пункт четвертый…

Двое младших членов беллетриции над чем-то рассмеялись.

– Эй, послушайте, ребята! Я не ради себя стараюсь!

Они затихли.

– Хорошо. Пункт четвертый. Нестандартное правописание. Поступили сообщения о случаях неверного правописания в текстах девятнадцатого и двадцатого веков, так что будьте настороже. Может, просто наборщики поразвлекались, а может, снова появился очепяточный вирус.

У агентов вырвался стон.

– Ладно-ладно, спокойно, я ведь сказал «может быть». Словарь Сэмюэля Джонсона [35] истребил его после вспышки тысяча семьсот сорок четвертого года, а Лавиния-Уэбстер [36] и Оксфордский не дают ему разгуляться, но будьте осторожны с любой странной формой, встреченной впервые. Я понимаю, это утомительно, но настаиваю, чтобы вы докладывали Коту обо всех грамматических ошибках. Он передаст ваши отчеты Либрису в Главное текстонадзорное управление.

35

Сэмюэль Джонсон (1709-1784) – английский писатель, критик, языковед. Автор словаря английского языка.

36

Первое издание Американского словаря английского языка Ноя Уэбстера вышло в 1828 г. Лавиния Уэбстер – борец за сохранение и развитие индейского языка онейда.

Для пущего эффекта он выдержал паузу и строго посмотрел на нас.

– Мы не имеем права выпустить вирус из-под контроля. Ладно. Пункт пятый. В чосеровских «Кентерберийских рассказах» тридцать один паломник, а историй только двадцать четыре. Миссис Кэвендиш [37] , вы не присмотрите за этим?

– Мы всю неделю наблюдали за «Кентерберийскими рассказами», – откликнулась дама в чрезвычайно экстравагантном наряде. – И каждый раз стоило нам отвернуться, как очередной рассказ буджумился! Кто-то пробрался туда и уничтожает их изнутри.

37

Маргарет Кэвендиш, герцогиня Ньюкасл (1623-1673) – английская писательница, литературный псевдоним – Поликрита. Будучи знатной женщиной, начала писать, что послужило поводом для скандала.

– Дин? У вас есть идеи по поводу того, кто может за этим стоять?

Романтический герой Дафны Фаркитт встал и сверился с записями.

– Мне кажется, постепенно вырисовывается некая схема, – сказал он. – Первым пропал «Рассказ жены торговца», потом «Рассказ швеи», «Уд бродячего торговца», «Месть рогоносца», «Дивная девичья попка» и совсем недавно «Состязание во бздении». «Рассказ повара» уже исчез наполовину. Впечатление такое, что у злоумышленника вызывает неприязнь здоровая грубость чосеровского текста.

– Значит, – мрачно изрек Глашатай, – сдается мне, за дело снова взялась активная ячейка выхоластов. На очереди – «Рассказ мельника». Я требую постоянного, неусыпного наблюдения. Кроме того, запустим кого-нибудь внутрь. Добровольцы есть?

– Я пойду, – вызвался Дин. – Подменю хозяина – он не против.

– Хорошо. Держите меня в курсе.

– Минуточку! – поднял руку Острей Ньюхен.

– В чем дело, Ньюхен?

– Если вы будете вместо хозяина, Дин, может, попросите Чосера малость охолонуть на истории сэра Топаса? Сэр Топас выдвинул против нас обвинение в клевете, и, откровенно говоря, мы можем проиграть.

Поделиться с друзьями: