Чтение онлайн

— Можем ли мы остаться так навсегда? — спрашиваю я, прижимаясь щекой к его сердцебиению, чтобы поглотить ровный стук.

— Нет, — отвечает Талант, — У меня так много планов на нас, детка.

Два месяца назад будущее за пределами «Молчания» было неосязаемым. Я перехитрила приговор, вынесенный мне Крикет, когда она умерла, предполагая, что я преуспею, делая все на своих условиях и требуя определенного обращения. Последние десять лет моей жизни я потратила на то, чтобы опередить ее наследие, но на самом деле я выполнила его.

Талант изменил это.

Одна случайная встреча перевернула мой мир с ног на голову, и будущее, которого я не узнаю, становится в центре внимания, чем сильнее я влюбляюсь в него и в себя. Кто я, если не дочь Крикет Монтгомери или ценная эскортница Инес Риччи? Как я буду выглядеть, когда выйду из их тени? Могу ли я жить нормальной жизнью после пережитой травмы?

Раньше слишком боялась ответов, теперь я приветствую незнакомое.

Ценить жизнь вне той, в которой я родилась, стоит больше, чем деньги. Влюбленность в мужчину, который смотрит на меня так, будто я не могу сделать ничего плохого, дает мне прочную основу, с которой можно прыгать, но все остальное зависит от меня. Что я знаю на данный момент, так это то, что мне нравится смешанный ванильный кофе с карамелью, я собачница и не хочу больше быть одна. В моем городе так много прекрасного, в людях, которые вторглись в мою жизнь, и в возможности создать для себя будущее, не связанное с продажей своего тела.

— Поехали домой, — говорю я.

— Ты читаешь мои мысли, — говорит Талант. Он откидывает меня, как в старых романтических фильмах, и целует в горло.

Откинув голову назад, я хотела бы растянуть этот идеальный момент времени так, чтобы он никогда не заканчивался. Чувство влюбленности не похоже ни на что, что я когда-либо испытывала раньше, и я хотела бы исследовать его более тщательно. В постели. Только замерзшее озеро наконец трескается, и я проламываю лед, погружаюсь в холодные воды, прежде чем успеваю за что-нибудь ухватиться, и тону.

Это не заняло много времени, я мимолетно думаю про себя, пока мои вены холодеют.

Талант не сразу видит Филиппа и Наоми, потому что Талант не сводит с меня глаз. Я хватаюсь за его рубашку и выдыхаю его имя, выпрямляясь из провала. Он сразу понимает, что что-то не так, и следует за моей линией взгляда.

— Блять, — говорит он, действуя как защитная стена между ними и мной.

Вернувшись за наш стол, Дэвид и Уайлдер уже встали на ноги. Дэвид со смертоносным видом застегивает пиджак, а Уайлдер закатывает рукава рубашки.

— Лидия, — говорит Талант, стоя передо мной. Внезапно протрезвевший, его глаза пронзительно-умоляющие, — Помни, что ты доверяешь мне, хорошо. Запомни это.

Ритм моего сердцебиения не преодолевается пульсом музыки, вибрирующей во всем моем теле. Световое шоу внезапно получается неприятностью, и становится только хуже, когда дым-машина выпускает прохладный туман над танцполом, затуманивая мое зрение. Огненная ярость разморозила мои замерзшие вены, и я сказала Таланту, что я не девица в беде, которую нужно спасать. Мне есть за что бороться, и я не буду стоять в стороне и ждать, пока битва дойдет до меня.

Вырвавшись из хватки Таланта, я проталкиваюсь сквозь туман и направляюсь прямо к Наоми. Я сказала ей, что если она еще раз трахнет меня, я сломаю ей пальцы. Судя по самодовольному выражению ее лица, когда я подошла, она не приняла мое предупреждение близко к сердцу. Ее ошибка.

В двух шагах позади меня Талант выкрикивает мое имя, и боковым зрением я вижу, как Дэвид и Уайлдер направляются к нам.

— Кара, приятно видеть тебя здесь, — воркующим голосом говорит Наоми, когда я достаточно близко, чтобы ее услышать. Когда она понимает, что я не в настроении для разговора, улыбка с ее лица исчезает, и она делает шаг назад.

Одновременно я хватаю Наоми за горло и выбиваю напиток из ее рук, захватывая ее пальцы и сгибая их назад, пока не чувствую, как они трескаются. Она вскрикивает, и Филипп приходит ей на помощь, обвивая руками мою талию, чтобы оттолкнуть меня. У меня нет ни секунды, чтобы дать отпор, потому что, как будто я совсем ничего не вешу, Талант забирает меня у Филиппа и толкает меня к его отцу в ожидании.

— Сохраняй спокойствие, — предупреждает меня Дэвид Ридж успокаивающим голосом, — Они получат то, что им причитается.

Талант сбрасывает куртку и бросает ее на пол, готовясь к драке с Филиппом Фогелем. Уайлдер стоит сбоку от него, сжав руки в кулаки. Но когда вы находитесь в комнате с преступным кланом Копполы, оружие наготове, и любой, у кого нет его, уходит.

Если только ты не Талант Ридж.

Серые глаза Таланта становятся черными, и он протискивается мимо вооруженных людей. Меня отрезвляет не смелость Таланта растолкать нескольких вооруженных мужчин, а тот факт, что они позволили ему. Его кулак сталкивается с лицом Филиппа, чей нос взрывается кровавым месивом. Среди суматохи Наоми удается уйти.

— Я просто хочу поговорить, — Филипп протягивает руку, чтобы его снова не ударили.

— Слишком поздно для этого, — говорит Уайлдер, качая головой, — Тебе не следовало приходить сюда.

Талант хочет снова ударить Филиппа, но Джованни выходит вперед и говорит.

— Достаточно.

Он слегка похлопывает Таланта по груди и встает между ним и Филиппом Фогелем, защищая его. Филипп кажется маленьким под его взглядом и вздрагивает, как будто один только взгляд причиняет ему боль.

— Мой отец пытался связаться с вами, — говорит Филипп. Кровь течет по его губам, — Мы можем все исправить. Это была глупая ошибка.

— Кто-нибудь может принести этому человеку салфетку? Он весь в крови, — улыбается Джованни. — Думаю, будет лучше, если мы продолжим этот разговор в другой комнате. Кстати, это мой день рождения.

Талант поднимает с пола свою куртку и сразу идет за мной. Серьезным голосом он говорит.

— Пошли.

— Это она? — спрашивает Филипп, прежде чем мы успеваем уйти. Моя кровь превращается в бетон, когда я понимаю, что он имеет в виду меня, — Давай, Талант. Как давно мы дружим? Не позволяй этой чертовой шлюхе встать между нами.

На этот раз Уайлдер прыгает на мою защиту, но люди Джованни приближаются и берут Филиппа за руки, толкая его вперед. С лица Джованни исчезает любой след веселья, оставляя его выражение расчетливым и холодным.

Он одергивает свою рубашку и, проходя мимо нас, говорит.

— Пора с этим покончить.

Дэвид и Уайлдер сразу же следуют за Джованни и его людьми, как будто совершенно нормально следовать за криминальным авторитетом — как будто они принадлежат ему. Я не понимаю, что происходит, и мое самообладание ускользает все дальше и дальше, чем больше я пытаюсь собрать воедино кусочки.