Чтение онлайн

Шла девушка, ведя за собой обессиленного коня. На голове у неё был капюшон, лёгкая одежда, состоящая из дорогой ткани, чем-то походила на доспехи. Сапоги, стало быть, тоже были не из дешёвого материала. Один шов чего стоил. Он покрывал большую часть сапога позолоченной нитью, проходящей от колена до носка обуви.

Девушка перестала различать перед собой что-либо, а спустя ещё пару шагов она рухнула на землю. Жажда и слабость одержали вверх над королевой Крайхолла.

Когда же Кайлет очнулась, пробудившись от угрюмого сна, то заметила, что уже стемнело, рядом лежал бурдюк с водой, она взяла его жадно прильнула к горлышку и вдоволь напившись, стала оглядываться она заметила, что в паре шагов от неё тускло тлел костёр. От него исходил приятный запах, но королева не могла понять, чем, же все-таки пахло. Она ещё раз оглянулась вокруг, но поблизости никого не было, только у дерева лежали чьи-то оставленные вещи и самодельный лук в переплёте.

Кайлет медленно встала, она подошла к костру и, протирая глаза, словно не веря им, увидела на вертеле мясо.

Девушка набросилась на еду и жадно стала, есть, обжигаясь и кряхтя. Когда пришла в себя, – послышался чей-то женский голос за спиной. Кайлет испугалась и развернулась, увидела перед собой женщину, держащую в руках охапку дров. Она была высокого роста и сложена изящными формами своего тела. Одета была незнакомка в лёгкие доспехи, которым требовалась чистка и срочный ремонт.

– Простите, я просто…

– Нет, ты продолжай уплетать, – перебила женщина, бросив дрова на землю. – Тем более это твоё мясо.

– Простите, моё? – переспросила королева, прожёвывая очередной кусок.

– Ну, почти, – улыбнулась женщина. – Никогда бы не подумала, что конина настолько хороша.

– Хотите сказать, что это был мой конь? – с трудом проглатывая просила Кайлет. – Почему вы не сказали об этом сразу?

– Тебе ведь понравился собственный конь? – засмеялась женщина. – К тому же тебе нужно было поесть.

– Какая разница? Нужно было предупредить!

– Эй, красавица, не паясничай, – предупредила женщина, грозя палкой, которую она вскоре бросила в костёр. – И вообще, ты обязана мне за спасение.

– Правда? – удивилась Кайлет. – Ты съела моего коня, думаю, мы теперь в расчёте. Королева была немного шокирована наглостью и цензурной лексики незнакомки.

– А во-вторых? – немного смягчилась Кайлет.

– Что, во-вторых? – переспросила женщина, раздувая и подбрасывая в костёр дрова.

– Когда говорят, во-первых, то затем следует, во-вторых, или даже, в-третьих.

– Все правильно, – согласилась незнакомка. – Во-вторых, мы вместе съели твоего коня.

– Это ужасно, – выдохнула Кайлет.

– А в-третьих, меня зовут Стид, – протянула руку она. – А тебя как звать?

– Никак, – пробубнила королева, присев у дерева.

– Так и буду тебя называть – Ника.

– Причём тут Ника?

– Никак – значит Ника. Кайлет не стала спорить с заносчивой женщиной. Она лишний раз посмотрела на небо, где в своём призрачном очертании мерцали звезды.

– Кто этот Карл? – спросила Стид, подойдя к Кайлет. – Ты во сне бормотала о нем.

– Карл, – глаза стали злыми у королевы.

– Он твой мужик?

– Что? Нет, конечно! – слегка напряглась, ответила Кайлет.

– Если не мужик – значит враг.

– С чего ты взяла спросила Ника.

– Злишься, когда слышишь его имя сказала Стид, усаживаясь рядом.

Наступило молчание. Лишь древесина, с треском прогорая, нарушала тишину.

– У меня есть вопросы, – неожиданно сказала Кайлет.

– Какие?

– Кто ты? Как я очутилась в лесу? Куда ты держишь путь? И почему помогла мне?

– Знаешь, до этого момента ты казалась нормальной.

– И все же?

– Имя моё ты знаешь. Я подобрала тебя на дороге, по твоей одежде я сделала вывод, что ты из вельмож. Но обшарив твой кошель, я нашла лишь немного тэйнов. Поэтому мой путь сейчас зависит от тебя. Куда ты – туда и я!

– Думаешь, сопровождая меня, ты получишь награду?

– Убью, если скажешь, что я ошибаюсь! – предупредила Стид.

Кайлет выдержала паузу. – Стой, ты ограбила меня? – удивилась королева, вскочив с места.

– Слушай, у меня давно закончились тэйны, а на твои я купила воды и новые сапоги.

– Тэйн, за что ты так со мной? – взмолилась Кайлет.

– Думаешь, он тебя слышит?

– У меня нет денег, лошади, а до Эрлигаста ещё, наверное, целую вечность идти.

– Но идти не одной, а с этой…

– Тсс, – прикрыв рот Кайлет, прошипела Стид.

– Это повозка.

– Повозка? Здесь? Ночью? – удивилась королева. Внезапно шум колёс стих.

– Идём, – скомандовала Стид, потушив костёр землёй. Они спрятались в кусты недалеко от повозки, где могли слышать все и видеть.

С повозки тем временем слез старик, он обошёл сзади повозку и взобрался на неё. Приподняв тело, он начал трясти и бить по щекам, приговаривая ну давай просыпайся.

– Что это значит, старик? – возразил было я, оттолкнул старика от себя в попытке найти свои мечи.

– Иначе я не мог заставить тебя приехать сюда – спокойно отвечал бард, слезая с повозки.

– Как твоя голова?

– Ты ударил меня лопатой сзади! Как, по-твоему, моя голова? – Должно быть скверно.

– Зачем мы здесь, бард? – спросил я, спрыгнув с повозки, – Где мы вообще?

– Это лес, – улыбнулся старик.

– Да, что ты? – отряхнулся я.

– Мы почти на месте, осталось пару шагов.

– Пару шагов? О чём ты? Старик обошёл повозку и вернулся ко мне.

– Я дам тебе выбор, – сообщил он, протянув левую руку, в которой находились мои мечи, – Если хочешь, убей бедного старика за дерзость, – Затем он протянул правую руку, в которой находилась лопата. – Или ты будешь слушаться меня, и тогда получишь ответы.

– Тут все просто, – ответил я, взяв из рук старика лопату.

– Что происходит, – шёпотом спросила Кайлет

– Пока не знаю, – отрицательно помотала головой Стид.

Старик указал место, где я должен был начать копать.

– Надеюсь, эту яму я рою не для себя? – с улыбкой спросил я. Однако ухмылка с моего лица пропала, когда я взглянул на старика, он в свою очередь глядел на звёзды, деревья, траву. Такого взгляда мне не приходилось видеть, что не могло его не тревожить.

Старик улыбался ветру, который взобрался в его седую бороду, он улыбался этой луне, что трепетной лаской смотрела на него. Бард был счастлив в этот момент, как может быть счастлив ребёнок, получивший желаемую сладость. Но даже счастье всех детей не могло пересилить счастье бедного старика, который словно прощался со всем, что видел.