Чтение онлайн

И главное, впереди меня ждала моя первая охота. Как много я знала теоретически, но, ни как не могла представить себя в роли убийцы. Я ко всем приставала с расспросами, но по велению Гаюса, все к кому я обращалась, виновато улыбались и исчезали в противоположном от меня направлении.

Наконец к жажде знаний прибавилось чувство голода. Я попыталась съесть свой любимый печеночный пирог, но он не полез ко мне в желудок, было такое ощущение, как будто жую кору дерева или пучок сухой травы. Вся человеческая пища тут же была удалена из замка.

Я становилась все беспокойней. Желудок сводило спазмами, во рту ощущался вкус какого-то лекарства, как потом оказалось яда, в висках стучало, и глаза заволакивала чернота, кожа на затылке была натянута, и если бы на ней росла шерсть, то она стояла бы дыбом. Наступил момент, когда я ворвалась в кабинет к Гаюсу и заорала:

– Я хочу есть!

Отец довольно потер руки:

– Аякс, мы отправляемся. Девочка, моя, тебе нужно переодеться.

– К черту переодевания, мы не в гости едем!

В кабинете появилась Шарлотта:

– Дели, одежда готова, тебе будет неудобно в таком платье.

Я понеслась в комнату, расшвыривая всех, кто попадался у меня на пути, хорошо, что у вампиров крепкие кости и способность к регенерации. А то бы в замке недосчитались нескольких слуг и, по-моему, Гийома, которого я сшибла с лестницы, когда летела вниз в черном развивающемся наряде, к ожидавшим меня в холле Гаюсу и Аяксу.

Я неслась, как ураган, не признающий ни какие преграды и оставляющий за собой только перепаханную исковерканную землю, с некогда бывшими на ней полями, лесами и человеческими поселениями. Голод гнал меня, и мир вокруг был пропитан запахами, яркими насыщенными, приятными и не очень. Но сейчас меня интересовал только один запах, запах пищи, запах крови. Мое, когда-то человеческое, сердце билось, не перекачивая кровь, а как метроном, точный часовой механизм в сухом теле. И стук отдавался в желудке, голове, мешая думать, о чем-либо корме еды, кроме крови. Обитатели леса затаились, ощущая надвигающуюся угрозу. Лишь одна неразумная птаха решила перепрятаться и перепорхнуть с ветки на … Долететь она не успела, ее нежные косточки хрустнули в моем кулаке, и брызнули во все стороны капельки, похожие на алые ягодки клюквы. От запаха птичьей крови у меня перед глазами поплыл багровый туман. Мощный рывок, чуть не оторвал мне руку, лишив вожделенной пищи. Злость захлестнула меня, высвобождая остатки энергии, и я бросилась на Гаюса.

Уступая мне в скорости и силе, он прекрасно владел приемами ментальной защиты, и, закрываясь от моих атак, твердил:

– Дельфина, остановись! Первой должна быть только человеческая кровь! Ты высшая! Соберись!

– Где? – я была готова броситься на Гаюса и пить его кровь. Подоспевший Аякс вмешался в схватку, закрывая собой господина, он пропахал внушительную борозду в кустарнике.

– Где? – Яд, заполнивший рот мешал говорить.

Гаюс показал на восток: – Не далеко.

И, правда, запах человеческого жилья, скота и среди них восхитительный запах человека. Желудок снова требовательно ожил и застучал молотками.

Скорее… Мы появились в деревне в середине ночи, люди уже спали. Я замерла перед дверью хижины, на которую указал Гаюс:

– Дельфина, просто зайди и поешь.

Меня не нужно было просить дважды, в голове моей давно стук сменился барабанным боем, а желудок затопило моим ядом вместо крови, пересохло горло, онемели десны, запульсировала кровь в висках, а кончики пальцев стали зудеть, посмотрев на них, я поразилась длине ногтей.

Я ворвалась как ураган, ничего не соображая, чувствуя только запах, от которого мучительно зачесались зубы, и все тело налилось мощью. И если бы передо мной сейчас была выстроена каменная стена, я в считанные секунды стерла бы ее в порошок. Кровь!

Молодой мужчина не успел даже проснуться, как я прокусила ему шею и ввела яд, который его мгновенно парализовал, и сразу набросилась на его подругу. У нее была нежная, чуть сладковатая кровь, выпив ее до капли (а Вампирский закон требовал забирать всю кровь у человека, если не планировалось увеличение числа вампиров) я снова принялась за мужчину. Его сильная, терпкая кровь наполнила меня до краев. Я начала постепенно приходить в себя, глядя на то, что несколько минут назад было живыми людьми. Обескровленные, они выглядели уставшими и бледными в свете луны, но все равно были мне симпатичны. И, что бы их тела не валялись на холодном полу, я положила их вместе на кровать, как и застала, когда ворвалась к ним. Теперь они лежали под старым одеялом спокойные и расслабленные, как будто продолжая свой сон.

– Благодарю, – я встала и вылетела в раскрытую дверь. Мои провожатые меня уже ждали и мы, молча, полетели домой.

Теперь я полностью стала вампиром. И не страдала по этому поводу, человеческая кровь грела меня, и в этой крови еще ждало меня воспоминание о любви этих двух людей, покоившихся сейчас на своем супружеском ложе. И ощущение этой любви я получила от них вместе с кровью, на правах вампира Высшего уровня. И пока их кровь питала меня, передо мной как в кино проходили эпизоды их взаимоотношений, первый взгляд, первый поцелуй, свадьба… А осознав это, я поняла силу «чистой крови», кровь жертвы – это информация, которую несет в себе человек, а владея информацией можно подчинить себе любого.

Вампиры с чистой кровью, это закрытая дверь, в которую ни кто не войдет без приглашения, но сам он может повелевать всеми в силу своего могущества и знаний, им же не может управлять ни кто! И чем дольше живет вампир, тем больше он питается, тем больше получает информации.

И тут я вспомнила свою инициацию и Филиппа, я пила его кровь и тут же во мне стали проявляться воспоминания от чужого лица, Ядвига смеющаяся на маленьким мальчиком, протягивающим ей цветок, Аарон в одежде другого века… Эти воспоминания не принадлежат мне, это жизнь Филиппа и я не имею права вторгаться в нее. О чем он думал, когда предлагал мне свою кровь! Хватит, мощным усилием я запечатала этот сосуд. Навсегда!

***

Начались мои вампирские будни. Днем я мало появлялась на улице, все больше ночью И питалась теперь вместе с семьей. Места для охоты назначали главы кланов по своим гастрономическим и экономическим предпочтениям. С разрешения Гаюса, мне достался дом в левой части деревни. Из дома пахло овсяными лепешками, молоком, а еще молодостью и силой. Сородичи еще окружали деревню, а я уже притаилась за стволом бука, оглядывая двор. Из дома вышел молодой мужчина. Я втянула воздух, то, что нужно, молодой, здоровый, много сильной крови, больше не понадобится ни кого убивать. В отличие от моего братца, который пил кровь только молодых женщин, я предпочитала молодых мужчин. Во-первых, они не визжат, если выйдет осечка или отвлечешься, во-вторых, у них кровь самая сильная, меньше эмоций, больше знаний. Особенно хороша кровь бродячих циркачей или эскулапов. Они постоянно на вершине своей профессии, в действии, в общении с другими людьми, а это дополнительные информация.

Сегодня мне повезло, попался молодой и очень сильный мужчина, крепкого телосложения. Мне хватит его одного.

Он вывел из конюшни кобылу и начал ее седлать. Одним прыжком очутилась у него за спиной. Высокий, немного сутулый, с крепкими руками, покрытыми золотистыми волосками, длинные желтоватые волосы заплетены в косицу, перевязаны тонким шнурком. Бреясь, он поранил кожу, и запах свежей крови тонкой ниточкой вился в воздухе, возбуждая мой и без того разыгравшийся аппетит. Он что-то нашептывал животному, затягивая под брюхом ремень.

Внешне я не была похожа на демона ночи, высокая, изящная блондинка, в бордовом платьице, с улыбкой скорее извиняющейся, чем с агрессивной. Кашлянула, чтобы привлечь его внимание.

Он удивленно повернулся и уставился на меня бледными серо-голубыми глазами:

– Ты кого-то ищешь, красавица? – он недоуменно оглядел двор, не понимая каким образом, гостья проникла сюда.

– Тебя, – прошептала я делая маленький шажок ему навстречу. Голод терзал меня, застилая глаза. Я облизнула губы, представляя, как мои клыки войдут в пульсирующую под напором крови, кожу у левого уха. Этот незагорелый участок кожи дразнил меня.