Чтение онлайн

– А я вас знаю!
– глянув на Кола, самым радостным тоном неожиданно воскликнул купец, приподнимая мягкую шляпу с маленькими полями.

– Очень сомневаюсь, - довольно недружелюбно ответил Кол, окидывая купца с головы до ног, но тоже приподнимая шляпу в приветствии.

– Да нет же! Точно знаю!
– купец лучился счастьем и даже чуть понукнул своего коня, приноравливая его к более быстрому шагу лошади Кола.
– Я видел вас в Золотом Шатре.

– Никогда там не был, - брякнул Кол, и лишь затем подумал, что, собственно, ничего криминального в том, что он бывал в столице Саррассы, в общем-то, и не было.

– Ну как же!
– словно бы даже обиделся купец.
– Вы были на той казни, когда казнили тех изменников! Помните? Вы сидели неподалёку от императора.

– А!
– Кол изо всех сил принуждал себя оставаться спокойным и любезным.
– Так это вы, наверное, видели не меня, а моего брата-близнеца!

– Да, - хитро подмигнул купец.
– И он сидел рядом с братом-близнецом того вон господина, - купец кивнул в сторону насупленного Каладиуса, который ехал шагах в сорока позади и напряжённо вглядывался в жизнерадостного купца.

– Точно, - кисло хмыкнул Кол.
– В нашей семье близнецы - не редкость. Семейное проклятие, знаете ли...

– Куда путь держите, позвольте полюбопытствовать?
– отсмеявшись не слишком смешной шутке Кола, вновь заговорил купец.

Кол оказался в затруднительном положении - с одной стороны, человек проявлял обычную дорожную вежливость насмерть заскучавшего путешественника, которому представилась возможность перекинуться словечком, поэтому, вроде как, грубить и скандалить повода не было. Более того, это могло вызвать ненужный шум и ненужное подозрение. С другой стороны, он ощущал себя словно пойманным с поличным вором, который точно не знает, что о нём известно стражникам, и оттого не знает - в чём признаться, а о чём умолчать.

– В Латион, - наконец буркнул он.

– Какое совпадение!
– возрадовался купец.
– Я тоже! Можем путешествовать вместе! Сэкономим на судне! Вы чем торгуете?

Озадаченный Кол пытался что-то ответить, как сзади вдруг раздался шум и проклятия. Обернувшись, он увидел, что у их фургона отвалилось колесо. Фургон, в общем-то, стоял и на трёх колёсах, но лошади, нагрузка на которых резко возросла, негодующе ржали и подседали на задние ноги.

– Рад был поболтать!
– с облегчением воскликнул Кол, вновь приподнимая шляпу.
– Приятного путешествия!

– Может быть, нужна помощь?
– купцу не хотелось терять приятную компанию, и он сделал ещё одну попытку остаться.

– Сами управимся!
– через плечо бросил Кол.
– Езжайте, не задерживайте движение!

Разочарованный купец отдал приказ остановившимся было возницам, и сам вновь пустил свою лошадь шагом. Он то и дело оборачивался, словно надеялся, что поломку вот-вот устранят, и видные попутчики, водящие дружбу с самим императором, вновь окажутся в сетях его лести.

– Что за фрукт?
– недовольно спросил Каладиус, слезая с козел. Подоспевшие уже Варан и Пашшан подняли колесо и прилаживали его на место.

– Саррассанский купец, - поморщившись, ответил Кол.
– Признал в нас почётных зрителей казни, сидевших рядом с императором, вот и решил, вероятно, сдружиться на всякий случай. Как удачно получилось, что у вас колесо соскочило!

– Если бы я ждал удачи, пришлось бы ждать очень долго, - ухмыльнулся Каладиус.
– Я понял, что вас пора выручать, вот и пришлось пойти на небольшие жертвы.

– Великолепно!
– просиял Кол.
– Вы не представляете, как мне помогли! Он застал меня врасплох, я не знал, что говорить...

– Да уж, - проговорил подъехавший в своих блистающих доспехах Бин.
– Как бы нам так застать тебя врасплох, чтобы ты во время привалов хоть на время бы затыкался?

– Ты всегда такой остряк, или только тогда, когда таскаешь на себе эти железки?
– не нашёлся с ответом Кол.

Бин весело рассмеялся, с удовольствием поглаживая свою бородку. Особенно ему стало приятно, когда он услыхал, как прыснула от смеха в фургоне Мэйлинн.

– Что будем делать с купцом?
– придерживая колесо, пока его прилаживал Пашшан, осведомился Варан.

– В каком смысле?
– не понял Кол.

– Он вас узнал. Может наболтать лишнего. А в городе вполне могут найтись люди, или лирры, которые сумеют сложить два и два.

– Ты что, собираешься убить мужика только за то, что он со мной поговорил?
– ошарашенно спросил Кол.

– Да зачем же убивать!
– поморщился Варан, словно услышал что-то оскорбительное.
– Уверен, мессир может что-нибудь придумать.

– Что же, например?
– ворчливо осведомился Каладиус.

– Ну, может быть, стереть ему память о нашей встрече. Или о том, что он видел вас во время казни.

– Это будет несколько негуманно, друг мой, - возразил маг.
– Вы, должно быть, представляете человеческую память в виде этакого скрученного свитка, куда воспоминания заносятся строка за строкой? Увы, на деле всё не так. Наша память больше похожа на косметический сундучок столичной кокетки - в ней также творится полный беспорядок, или, можно сказать, порядок, понятный лишь его хозяйке. Поэтому я не смогу уничтожить только те воспоминания, которые захочу. Мне придётся действовать, словно взводу лучников, палящих в темноту, в надежде, что хоть одна стрела попадёт в цель. При этом несчастный может забыть многое.

– И что же - мы просто так его отпустим?
– резко спросил Варан.

– Нет, давай лучше его убьём, а вместе с ним - ещё несколько десятков тысяч людей, что были на той треклятой площади!
– взорвался Кол.

– Спокойно!
– из фургона появилась голова Мэйлинн.
– Мы не будем никого убивать, не будем никому стирать память, и вообще пусть этот несчастный едет своей дорогой. Вероятность того, что мы увидимся, можно свести к минимуму, если мы обождём ещё часок тут, на обочине. А в самом Сеале мы уже и не встретимся. Нам ведь и в город-то заезжать незачем - обогнём его по окружной дороге, и двинемся сразу на Варс.

– Ваш голос, дорогая, как всегда - голос мудрости, - проговорил Каладиус, вновь влезая на козлы, чтобы отогнать фургон к обочине.
– Так мы и поступим!

Так они и поступили. Выждав для верности полтора часа, путешественники вновь отправлись в путь. Через час с небольшим они достигли Сеала. Небольшой городок, играющий столь важную роль в связи двух могущественных держав, Сеал не выглядел внушительно. Невысокие стены, невысокие дома, да и сам городок невелик. Когда-то, в незапамятные времена, здесь стояла простая рыбацкая деревушка, но после того, как в неё упёрлась знаменитая Великая дорога, судьба этой деревушки изменилась раз и навсегда.