Чтение онлайн

Серегил немного помолчал.

— Я видел, что тут произошло, с ребятишками. Я так и полагал, что поначалу вам придётся довольствоваться минимальной компанией.

— Ты правильно полагал, — Алек обхватил чашку обеими руками, вглядываясь в отражения облаков на молочной поверхности.

— Ну не принимай это так близко к сердцу, тали. Людям свойственно опекать своих детей.

Так же и я опекаю своего Себранна, подумалось Алеку. Однако он никакой не ребенок, следовательно, я вовсе не отец.

Эти мысли причиняли головную боль.

Сделав ещё один большой глоток, он поинтересовался:

— Так что там говорят старейшины?

— Да говорил в основном я. Некоторые из них вовсе не уверены в том, что держать его здесь безопасно.

Алек ещё больше упал духом. Накануне вечером ему показалось, что многие из родни Серегила приняли его, и он даже решил, что сможет завести здесь себе несколько друзей. Чуть попозже сегодня он собирался пойти пострелять вместе с Китой и остальными.

— Мне казалось, нам тут почти рады.

— Пока так оно и есть. Однако кое-какие слухи уже ползут.

Он показал на Себранна, который с завидным упорством снова пытался избавиться от одного из башмаков.

— Нам следует быть очень и очень осторожными. Чем лучше мы сумеем изобразить из него обычного ребенка, тем нам же проще.

— Обычного? Да он никогда не будет таким. Ни в жизни! Он всегда будет лишь таким, каков он есть на самом деле.

Серегил как-то странно посмотрел на него.

Алек поставил чашку в снег и завязал ботинок на ножке Себранна потуже. Рекаро не сопротивлялся, однако как только Алек покончил со шнурком, тотчас принялся за него снова.

— Нельзя! — строго сказал ему Алек. — Сиди спокойно.

Он поднял свою чашку и допил остатки молока, в котором добавка рассоса, обжигавшего горло и желудок, оказалась так кстати.

— А что Микам? Он же вроде как собирался вернуться домой, едва мы окажемся в каком-нибудь безопасном месте?

Серегил отхлебнул из своей кружки и сблизал капельки с верхней губы.

— Он пока молчит.

— В Скале скоро пойдёт снег. Ему следует уже принять какое-то решение.

— Относительно чего? — поинтересовался спустишийся к ним с пригорка Микам.

— Я весь тебя обыскался, Алек.

— А мы как раз вели речь о тебе, — отозвался Серегил, протянув ему чашку. — Мы тут. Мы в безопасности. Тебе нужно возвращаться домой.

— Позволь-ка мне самому решить этот вопрос, ага? Там, в доме, ждут вашу троицу. Адзриель послала меня за вами.

Серегил выпрямился и потянул Алека, помогая тому подняться.

— Не беспокойся, тали. Они всего лишь хотят на него глянуть.

В спальне они отряхнули свои полушубки и Серегил повел всех в ту часть дома, которую Алек ещё не видел. Когда они вошли в залитую солнцем комнату, он здорово напрягся, ожидая очутиться под пристальными взглядами строгого собрания, восседающего за длинным столом. Вместо этого он очутился в уютной комнатке из теплых сосновых панелей, с плюшевой мебелью светло-зеленого цвета и полированными чайными столиками. Две древних старушки и два столь же древних на вид старца, непринужденно склонившись к Адзриели и Сабану, попивали чай и вели негромкую беседу. Появление Алека с Себранном приковало к ним все взгляды и стёрло пару улыбок с лиц местных обитателей.

Адзриель поднялась и коснулась руки Алека.

— Представляю вам тали моего брата, Алека-и-Амасу из Керри, являющегося так же Хазадриельфейе. А это его рекаро, Себранн, предсказанный пророком из Сарикали.

— В подобных формальностях нет никакой нужды, — с лёгким укором проговорила одна из старушек. — Подойди-ка поближе, Алек Живущий за Двоих. Не заставляй подниматься старую женщину. Славный мальчик.

Она протянула ему свою руку, и после минутного колебания Алек подошёл и принял её.

— Я — Циллина-а-Сала, двоюродная бабка кирнари и этого семейства. Стало быть, это и есть Себранн? Можно дотронуться до него?

Себранн, цеплявшийся за край алекова подола, даже не пошевелился, когда Циллина провела рукой по его волосам и щеке.

— Ну что ж, — сказала она, усаживаясь на место и рассеянно потирая руки, — мне ясно виден дракон, заключенный внутри него.

Трое остальных подтвердили то же, хотя реакция у каждого была своя. Триллиус-и-Морин отдернул руку, будто обжегшись, Эла-а-Ихалина с улыбкой уткнулась носом в волосы Себранна, Онир-и-Салир только пожал плечами.

— Мне видится, что он весь состоит из цветов, — сказала Эла-а-Ихалина. — Можете показать нам, как это происходит?

Алек взял Себранна за палец и подставил кубок с водой, а затем сделал один из тёмных цветков лотоса. Рекаро тотчас же выловил его и отнёс Эле, положив его ей на колено. Цветок мгновенно впитался, пройдя сквозь ткань её туники и тонких брюк, и она невольно вскрикнула, пошевелив ногою:

— Клянусь Светом, это не ложь! Я почти не чую свои больные суставы!

Тем временем Себранн сделал новый цветок и положил ей на второе колено.

Она подвигала обеими ногами, затем нагнулась и поцеловала Себранна в макушку.

— Спасибо за твой чудесный подарок, драконье дитя цветов.

Она повернулась к остальным.

— В нём великая сила, хотя и великая опасность. Но в нём также и доброта. А судя по тому, о чём поведал нам здесь Серегил, он сам находит больных, чтобы их исцелять.

— Да, именно, — подтвердил Алек.

— Возможно, что и так, — с сомнением проворчал Триллиус-и-Морин, — но всё, что ощутил я — это смерть. И как ни верти, это магия крови.

— А я вообще ничего не почувствовал, — промолвил Онир-и-Талир, покачав головой.

— Возможно каждый чувствует то, что хочет почувствовать или то, что ожидает увидеть, — задумалась Циллина-а-Сала. — Я вижу дракона в его глазах. Но в то же время в драконе я вижу ребёнка. Никогда прежде не слышала ни о чём подобном. Не встречала ни в одном из писаний.

— Циллина — наш величайший ученый, — пояснила Адзриель. — Она обучалась в Сарикали, а также у катмийцев.