Белая змея
Шрифт:
– Можете не переживать, я буду рядом. Все равно новых клиентов пока не видно.
Ангел оглянулся: вокруг никого не было, только он и бармен. Также он заметил, что цветовая гамма и освещение похожи на его квартиру. Он не хотел спешить с выводами, поэтому решил дальше продолжить беседу, чтобы рассеять всего его сомнения. А стратегию он выбрал постепенной подводки к этой теме, чтобы не казаться прямым человеком.
– А знаете, – сразу сказал Ангел, – этот бар – это же моя квартира? – после этих слов Ангел ударил себя по лбу. Повезло, что хоть не бокалом, сделанного не из телепортиума, а из настоящего стекла, склонного быть весьма режущим цветком.
– Я могу уверить вас, что это не ваша квартира, – улыбнулся бармен. – Это мой бар.
– Да? – Ангел сделал еще глоток и прищурился. – Докажите тогда!
– Ну, во-первых, что есть в вашей квартире?
– Есть кровать, диван, столик… эм, телевизор. Открытое окно есть.
– Почему оно не закрыто?
– Жду призраков! – Ангел улыбнулся и отпил вина так, что в бокале осталось совсем немного.
– Скажите, видите ли вы здесь все это? – Ангел переглянулся.
– Не-а.
– Значит, это не ваша квартира. И вы находитесь в баре.
– Но как же цвета…
– Вы могли вполне позаимствовать их отсюда, ведь вы сюда часто приходите. Или может быть… – Бармен стал играть пальцами на стойке как на баяне, – вам все эти цвета кажутся.
– Что?
– Ну вам же тут приятно.
– Ага…
– И в квартире вам приятно.
– Да…
– Значит вы, бессознательно, смешиваете квартиру и бар. От квартиры вы видите цвета, а от бара – физические вещи, которые невозможно воссоздать. Ну, вы этот стол узнаете? – бармен указал на столик в дальнем углу.
– Не-а…
– Значит он существует на самом деле; он что-то новое. Не так ли?
– Я не понимаю ничего уже, такой сложный день… – Ангел допил вино и показал бармену пустой бокал. Тот кивнул и долил еще вина.
– Что же случилось?
– Я даже не знаю, как это пересказать. Это был… ад на земле.
– Так что же там такого было?
– Я увидел дьявола, самого настоящего… она убила… своего ребенка….
– Ужас…
– Да! Ужас! Слова не могут ЭТОГО описать! И поэтому я не могу понять… что мне делать с этим. Я действовал на эмоциях, как мой коллега и говорил… Если они узнают, что я сделал, меня… уволят… Я не хочу быть уволенным. Я столько сил вложил в это… Не хочу этого… – Ангел залпом выпил все, что находилось в бокале, и бармен тут же обновил его.
– Тяжело вам, наверное.
– Ага… Я могу даже фотографию показать. Того, что она сделала.
– Давайте.
– Предупреждаю, – Ангел сунул руку в карман, – это будет весьма неприятно. Ваш день, ваша неделя, месяц, год, жизнь могут быть испорчены после этого.
– Я готов, – кивнул бармен и пошлепал свои щеки.
– Вот она, – Ангел положил фотографию на стол, а сам отвернулся. Бармен стоял неподвижно, видимо пытаясь осознать фотографию и ее содержимое.
– А… Вы… вы сами видели, что на ней?
– Да, и я не хочу больше видеть это! Надо сжечь все эти копии, а оригинал отдать как улику, – Ангел несмотря смял копию и положил получившийся комок в карман. – Дома сожгу…
– Хм… Хм… Только смотрите – дом не сожгите, – бармен посмотрел с серьезным взглядом на Ангела, тот даже немного испугался и отпил вина, чтобы стать чуточку храбрым.
– Я в этом деле п-р-р-р-р-р-р-ро!
– А вы можете описать женщину? Что вы с ней сделали? Я понимаю… что она дьявол, но все же… из любопытства…
– Пфф, я же уже говорил, – Ангел посмотрел на бармена, сделал паузу и рассмеялся. – А, а-а-а-а-а! Я говорил самому себе, ха-ха, – бармен с тем же серьезным взглядом продолжал смотреть на клиента. – Она. Убила. Своего. Ребенка. О чем. Тут. Можно. Говорить?
– Как вы бы ее описали, внешне.
– Ну, у нее ужасный нос, ужасные глаза, ужасная кожа, ужасные волосы, ужасный голос, ужасно все! ВСЁ! ВС-ЙО-О-О-О-О!
– Понятно… Но должно же быть в ней что-то хорошее.
– Не-а, она дьяво… дь… дьявол во плоти. Человеческой плоти.
– А, я вижу вам тяжело уже говорить от вина.
– Что?! Да я свеж. Я все расскажу про нее, щас! – он допил бокал и выкинул его через плечо, образовав целую лужу осколков. Затем с широкими глазами посмотрел на бармена.
– Ничего, я приберу. Рассказываете.
– Она убила ребенка. Сделала то, что вы видели на фотографии. Следовательно, – она дьявол. Затем мы дали ей наркотик, чтобы ей стало приятно, чтобы она говорила правду.
– А что до этого она говорила?
– Да бред она несла… Ну плакала, делала вид, что не хотела этого. Мне еще ее голос показался знакомым, хмм… И я такой – так, подождите, давайте дадим ей новый, потрясающий, экспе… экспремин…. Блин, сложна!
– Экспериментальный.
– Ага. Мы ей дали это. Сразу другой человек. Сразу стала тем, кем является на самом деле.
– Допустим… Что она говорила?
– Она говорила, и несколько раз, прошу заметить, – Ангел провел двумя пальцами перед глазами бармена. – Она говорила, что ей это приносило удовольствие.
– Что именно?
– Убийство, что же еще. Насилие. Это чистейшее зло!
– Она так и говорила? Говорила, что ей понравилось убивать собственное дитя?
– Да! ДА! Понимаете?
– И вы это слышали?
– ДА! Своими собственными ушами! – Ангел невольно похлопал своими собственными ушами.
– Своими значит… Да, серьезный случай… с женщиной, разумеется.
– Ага, – Ангел зевнул и посмотрел на часы. Казалось, что стрелки так и не сдвинулись с места, а по центру можно было заметить широко открытый глаз. – Ладно, пойду. Нам нотисерам надо работать на износ.
– Нотисерам?
– Ага, от английского нотис – замечать. И я замечаю многие вещи.
– А, это так называется, интересно, – бармен впервые за долгое время расслабил свое лицо и улыбнулся. – Мой брат близнец тоже нотисер, получается. Я тогда вам даю скидку в 100 процентов! В честь этого невозможного совпадения! И скажите, – Бармен подвинулся ближе к Ангелу и прошептал,– вы же пойдете еще в магазин?
– Ну надо домой вначале, потом может зайду куплю чего-нибудь…
– А можете зайти тогда в этот магазин, – бармен протянул визитку Ангелу. – Там будет мой брат. И передадите это. – Бармен достал пустой лист бумаги.
– Ну, вы же бесплатно, получается, угостили вином. Пойду в этот магазин, тем более, – он посмотрел на визитку, – он рядом с моим домом находится.
– Замечательно, – бармен улыбнулся. – Вы меня сильно выручите.
Ангел встал и направился к выходу. По пути он заметил осколки бокала и посмотрел на бармена. «У него вроде уборщиков нет, да и угостил дорогим вином. Может стоит помочь ему?»