Чтение онлайн

Замерев в центре зала, украдкой смотрю на восседающего на троне шатена с горящими холодным огнем глазами.

Он высок, широк в плечах. Гораздо крупнее своих братьев. На лице легкая щетина, придающая ему мужского шарма. Поза расслабленная, но от нее меня пробивает дрожь. Он словно хищник, спокойно наблюдающий за своей жертвой и в любой момент готов к броску. По правде говоря, я никогда таких мужчин не видела. От него веет тяжелой энергетикой. Мне хочется сжаться и спрятаться.

Но ведь меня учили хорошим манерам. Присев в поклоне, учтиво опускаю голову. Приветствую его.

– Доброго дня, ваша светлость.

Таренель едва заметно приподнимает бровь. Я не понимаю его эмоций. Окаменевшее лицо не выражает их. Замечаю только как он лениво постукивает по широкому подлокотнику трона.

– Дарий, Алексиан, оставьте нас, – произносит мужчина, обращаясь к своим братьям, что стоят у меня за спиной.

Те с кивком быстро покидают зал. Двери с гулом захлопываются и я вздрогнув, поднимаю глаза на Таренеля.

Мужчина поднимается и неторопливо спускается с постамента.

– И как же ты оказалась в наших землях, Белоснежка?

Закусив губу, опускаю голову.

– Говори, – негромко, но с нажимом произносит он.

От его спокойного голоса меня пронимает дрожь.

– Я…вынуждена была сбежать из родного дома, – стараюсь собрать остатки решительности и избегаю смотреть в его глаза. – Моя мачеха хотела меня убить. Она довела страну до нищеты. Я сбежала не только чтобы спастись, но и найти помощь.

– И помощь ты решила поискать в моих владениях? – усмехается Таренель.

Мужчина неторопливо обходит меня по кругу. Слишком близко, внимательно рассматривает, как неведомую диковинку. Сердце беспокойно бьется в груди.

– Нет. Я не знала, что окажусь в лесах Валории. Я плохо ориентируюсь. Вышла случайность. Пожалуйста, позвольте мне уйти.

Он игнорирует мою просьбу, задумчиво произносит:

– Плохо ориентируешься, но покинула дом. Забавно. И глупо.

– У меня не было другого выхода. Поймите.

Мне очень сложно храбриться. Аура мужчины давит, чувствую, как задыхаюсь и как решительность в голосе придает меня. А на глазах наворачиваются слезы.

Таренель какое-то время молчит, заставляя меня нервничать еще больше.

– Я слышал, ты считаешься одной из самых красивых девушек в мире и за это твоя мачеха тебя ненавидит.

Вряд ли в эту секунду меня можно назвать красавицей. Волосы спутались патлами. Из них торчат репьи и ветки с листвой. Платье помялось, испачкалось. Не уверена, что за время моего побега мне удалось под палящим солнцем сохранить белизну кожи.

Пожимаю плечами и снова опускаю глаза.

– Думаете, причина ненависти моей мачехи – глупость?

– Не думаю. Я хочу убедиться, что ты действительно соответствуешь легендам и слухам.

– Что, простите?

– Разденься. Хочу тебя увидеть, – без капли смущения произносит мужчина.

Испуганно смотрю на мужчину. На лице ни одной эмоции, глаза кажутся черными и бездонными, как сама тьма.

Я не верю услышанному. Раздеться перед совсем незнакомым мужчиной?

– Вы…шутите? – с надеждой уточняю у него.

– Я никогда не шучу, – холодно цедит он. – Раздевайся. Хочу знать, стоишь ли ты того, чтобы оставить тебя здесь и не отправлять обратно к твоей сумасшедшей мачехе.

Это какое-то безумие. На лицо падает прядь, скрывая то, как раскраснелись мои щеки от стыда и унижения.

Я в безвыходном положении. От волнения мне не хватает воздуха.

Встречаюсь с глазами мужчины и в них вижу свою гибель. От него зависит моя жизнь. Ему ничего не стоит лично передать меня в руки королевы и тогда мне не жить.

Особенно, если она узнает, что я украла ее артефакт.

– Решай, принцесса. Я даю тебе три секунды на раздумье. Раз…

Чувствую, как горит лицо. Опустив ресницы, дрожащей рукой прикасаюсь к ленте лифа платья.

– Два.

Судорожный вдох. Выдох. Тяну за ленту и шнуровка легко поддается. С остальными застежками приходится возиться.

Таренель не сводит с меня глаз. Пристально наблюдает и все во мне подрагивает. Он словно бы уже меня раздел.

Наконец последняя застежка расстегивается и платье падает к моим ногам. Я остаюсь только в тонкой сорочке, подчеркивающей все изгибы.

– Это тоже снимай, – правитель небрежно кивает на полупрозрачный шелк. Прикусываю губу, опуская низко голову. Мне хочется сгореть на месте от стыда.

Самое ужасное, что я в этот момент ощущаю, как сосочки твердеют и отчетливо выделяются через ткань.

Боже…у меня нет другого выхода. Глаза щиплет и я всеми силами стараясь не дать себе заплакать, развязываю тонкую тесьму. Медленно стягиваю с плеч свою шелковую защиту и предстаю перед врагом моего покойного отца обнаженной по пояс.

Налитая грудь от частых вздохов колышется, Тело дрожит. С трудом сдерживаясь, опускаю руки.

Физически чувствую на своей предательски возбужденной груди мужской взгляд. Он как клеймо, обжигает кожу, заставляя горошины сосочков напрягаться и становиться чувствительными.

– До конца раздевайся.

На мне остались панталоны. Снять их это слишком. Меня охватывает немая паника и дрожь.

Тяжело сглотнув сухой ком, абстрагируюсь. Мне надо думать о выживании. Только о нем. Моя честь этому не способствует.

Зажмуриваюсь, чтобы ничего вокруг себя не видеть и снимаю последнее, оставшись полностью голой перед ним.

Таренель обходит меня. Взгляд темных глаз скользит по обнаженному телу. В этот момент возникает чувство, что он прикасается ко мне. Заставляет испытывать странные и совершенно противоречивые эмоции.

Не знаю почему, но у меня между ног начинает необычно потягивать.

Боковым зрением замечаю, как его рука дернулась в сторону моего бедра, но мужчина остановился, сжав кулак.