Чтение онлайн

Вова Дьяченко был классическим представителем калининградской приблатненной шантрапы. Бросив, не доучившись двух лет, школу, он с радостью влился в одну из уличных банд, работавших на солидных перегонщиков машин. Обладая чрезвычайно неуживчивым характером и феноменальной наглостью, Дьяченко постоянно попадал в переделки. И то, что так или иначе должно было произойти с ним, случилось одним прекрасным майским вечером. Изрядно подвыпив, Вова с компанией вломились на дискотеку, где и нашли приключения на свои тощие юношеские зады. Пьяненький Вова пристал к компании крутых мужиков...Побили их очень быстро, но на свою беду, вошедший в раж Дьяченко, запустил в обидчиков пивной бутылкой. Он не попал ни в кого из людей, злодейка судьба приготовила ему другой сюрприз — бутылка грохнула на капоте пронзительно красного «Феррари», разнеся вдребезги лобовое стекло...Единственным вариантом спасти себя от инвалидного кресла, а родителей от неминуемой продажи квартиры, была возможность скрыться на пару лет за воротами воинской части. Этот случай немного посбивал с него спесь и укоротил жажду к приключениям, но попав в девятнадцатый год, Дьяченко моментально потерял тормоза. Поэтому, с радостью воспринял предложения Кузнецова примкнуть к его компании.

Дьяк подошел к проходному двору за пять минут до означенного времени. Из темного провала подворотни пахнуло вонью переполненных мусорных баков. Включив карманный фонарь он двинулся в глубь , распугивая здоровенных серых крыс, стараясь ступать по небрежно брошенным посредине прохода доскам.

– Погаси фонарь!
– раздался у него за спиной глухой голос.

– А...что?
– Дьяченко вздрогнул от неожиданности и попытался направить луч света в сторону говорившего. Сильнейший удар вышиб фонарь из разом онемевшей руки, впечатывая Дьяка в осклизлую кирпичную стену.

– Еще раз попытаешься сделать подобную глупость — убью!
– стальная, словно слесарные тиски, рука сжала его горло.

– Передай Кузнецу что бы приходил сам.
– На Дьяка надвинулась темная фигура в армейском плаще-пелерине с наброшенным башлыком. Свободной рукой человек вытащил из-под плаща сложенный вдвое конверт и впихнул его Дьяченко за пазуху.

– А теперь пошел вон, недоносок!
– глухо произнес незнакомец и мощным рывком швырнул Дьяка к выходу из подворотни. Дьяченко рухнул на спину у мусорных баков и зашелся в надрывном кашле, пытаясь протолкнуть хоть немного воздуха сквозь саднящее горло. С трудом поднявшись на дрожащие ноги он заметил удаляющуюся высокую фигуру с плоским блином офицерской фуражки на голове.

Сутра Дмитрий решил наконец разобраться со скопившимися бумажными делами. Безжалостно оторвав адъютанта от светского трепа с приятелями и бросив всех наличествующих писарей-вольноопределяющихся за пишущие машинки, он с головой зарылся в кипы ведомостей, приказов и требований. Заскочивший в штаб Пятнаковский изобразил на лице непримиримую готовность и живейший интерес к столь важной работе, крутанулся по кабинетам и исчез, оставив после себя запах дорогих сигар и легкий душок перегара. Было совершенно ясно, что искать Пятака- дело гиблое и Дмитрий протяжно вздохнув, стоически уткнулся в кипу бумаг на столе. К концу третьего часа битвы с бюрократическим цунами, залился резким звоном полевой телефон. С трудом разыскав аппарат под ворохом папок, Дмитрий поднял трубку.

– Здравствуйте, Дмитрий Игоревич! Это Фомин Вас беспокоит, - раздался в трубке густой бас полицейского.

– А...Аристарх Платонович, рад Вас слышать, какими судьбами?

– Вы уж простите великодушно, господин полковник, я бы не стал Вас беспокоить, но...Тут возникли некоторые обстоятельства...Не могли бы Вы уделить мне эдак с пол часика, для приватной беседы?

– Хм-м, - Дмитрий с ненавистью обозрел бумажные развалы на своем столе, - Часа в четыре, у меня, устроит?

– Премного благодарен!
– пророкотал Фомин, - Только давайте не у Вас в штабе, а...скажем в кофейне, у городского сада?

– Лады, буду там в четыре, - Дмитрий бросил трубку на рычаг и обреченно потянул из кучи очередную ведомость расхода боеприпасов.

В этот час, заведение было практически пустым. Лишь у окна расположились две грибообразные, в допотопных капотах, старухи. Они потягивали ядовито-зеленого цвета ликер и бубнили о чем-то по- французски. Фомин поджидал Дмитрия в дальнем углу шелестя свежей газетой.

– Добрый день, Аристарх Платонович! Чем обязан нашей встрече ?

– Приветствую, господин полковник, прошу, садитесь!
– Фомин отодвинул газету и протянул Дмитрию здоровенную, как лопата, ручищу.

– Прежде всего, премного обязан, что Вы сыскали время для встречи со мной, уважаемый Дмитрий Игоревич! Вы конечно помните наш разговор, у меня, в департаменте? И наверное помните, что было у нас подозрение о не чистых на руку э-э-э....моих сослуживцах?

– Да, конечно помню, - утвердительно кивнул головой Дмитрий.

– Так вот, теперь это уже не подозрения, а вполне реальный факт. Но вот какая штука получается, мздоимцы то не токма у нас, в полиции, завелись, но и в ваших армейских кругах, дорогой полковник! Собственно по-этому я Вас сюда и пригласил, подальше от любопытных глаз, знаете ли...

– А факты? Факты у Вас есть ?

– Конечно, милостивый государь, как же без них! Вот давеча мой агент сообщил, что Игнатович, известнейший купчина, богатей, целый эшелон керосина в Киев отправил. Казалось бы, что такого? Торговля возрождается, да только заковыка-та в том, что неделей раньше из Одессы к нам тоже был отправлен состав керосина, для дивизиона аэропланов. Отправить отправили, да только получить не смогли, не пришел он! Растворился керосин по дороге...И вдруг всплыл, но уже в Киеве, чудеса да и только! Груз воинский, а потому знать когда и куда он пойдет могли только в интендантском управлении, в штабе армии. И фактов таких, вагон да маленькая тележка!

– Так в чем же дело, Аристарх Платонович! Сообщайте Двигубскому, это по его ведомству проходить должно. Это уже диверсия, своего рода!

– А как же, батенька, конечно сообщили. Я, к слову, его тоже просил компанию нам сегодня составить, - усмехнулся Фомин.

Входная дверь кофейни тренькнула колокольчиком и на пороге возникла фигура человека в элегантном осеннем пальто, с бамбуковой тросточкой в руке.

– А вот и он! Легок на помине!
– Фомин привстал и помахал вошедшему рукой.

– Бон жур! Господа заговорщики!
– Двигубский сверкнул белозубой улыбкой пожимая руки присутствующим, - Против кого злоумышляем?!

– Ах, Алексей Михайлович! Какое там, так, сидим дедукцию развиваем — заулыбался полицейский.

– Да знаю я вас, небось Пинкертона давно за пояс засунули! Рад видеть вас, господа, очень рад!
– Двигубский небрежно сбросил пальто на спинку стула и подсел к столу.

– Итак...

– Да вот, я тут господину полковнику, вкратце, ситуацию обрисовал. И по керосиновому делу и так, вообще...

– Угу, тогда я продолжу. Видите ли Дмитрий Игоревич, моя служба провела, назовем это предварительным следствием, по интендантскому ведомству. Запутано там у них все, до крайности! Но ясно одно, те, кто за этим стоит, обладают недюжинными способностями в аналитике. К примеру, состав с топливом для аэропланов исчез на подходе к Харькову, на сортировочной станции. Да так, что концов найти невозможно! Какой-то стрелочник стрелку не туда перевел, маневровый паровоз состав растащил и все в таком духе. А кинулись проверять — стрелочник запил, да и угорел в бане с перепоя, машинист маневрового в кабаке подрался и нож в печень схлопотал, а станционный смотритель и вовсе, под поезд угодил, когда спешил пожар в станционном здании тушить. И пожар интересный — только его кабинет да будка телеграфиста и выгорели...Так что картинка складывается, более чем забавная, господа, более чем...
– Двигубский откинулся на спинку стула.