Белый гонец
Шрифт:
– Но Анастасия Семеновна… Я просто хочу помочь отцу!
– Да разве же этим помогают? – упрекнула Градова.
– Ты только принесешь ему новое, уже ничем не поправимое горе…
– Но ведь он сам в опасности, Соколов по наущению этого Градова в любой момент может убить его, а он даже не слышит меня! – выкрикнул Ник.
Градова на минуту задумалась:
– Да, Соколов действительно во всем доверяет Градову. Но… кажется, я знаю, как можно тебе помочь. Да, пожалуй, не только тебе, но и всей Покровке…
– Покровке? – раздались нетерпеливые голоса.
– Как?
– Скажите!!!
Градова собралась наконец с мыслями и уже уверенно сказала:
– Все дело в том, что есть человек, которому Соколов не просто доверяет, а безгранично верит. А это, поверьте, очень большая разница.
– Кто же он? – негромко спросил Григорий Иванович, и в полной тишине послышалось:
– Его отец. В свое время министр. Прекрасный, верующий, удивительно добрый человек… – голос красивой женщины заметно потеплел.
– Правда, он сейчас в Москве – Градов специально безвыездно держит его там под видом всевозможных лечений, чтобы тот не узнал, что тут творится… Так вот, если сообщить ему о той интриге, которую сплел Градов между твоим, Ник, отцом и его сыном, а также сказать, что он хочет сотворить с Покровкой, то думаю – вся правда сразу выйдет на Божий свет. Одна беда… - Градова тяжело вздохнула. – Из-за того, что я была когда-то женой Градова, он до сих пор не хочет даже разговаривать со мной. Но и тут, кажется, есть выход. Я поговорю с его внучкой. Дочкой Соколова – Ритой. У нас с ней неплохие отношения. Но главное, что, в свою очередь, отец Соколова верит и слушается только ее! Так что, не торопись, Ник! – попросила она.
– Не губи хотя бы ты свою судьбу! А вы простите меня, если это, конечно, возможно…
И, низко поклонившись всем, она вышла.
– Вот тебе и Гадова… - с невольным уважением покачал головой Стас и покосился на недовольно кашлянувшую Лену: - Что, что-то опять не так?
– Конечно, - с возмущением прошептала та в ответ: - Какая же она Градова и тем более Гадова?! Она – Радова!
8
Даже дядя Андрей и тот неожиданно встал и крикнул…
Григорий Иванович снова посоветовался с отцом Михаилом и объявил, что на сегодня заседание штаба закончено.
– Как это закончено? – возмутилась Наталья Васильевна.
– Надо же что-то делать?
– Что?- устремились на нее десятки пар глаз.
Женщина, не зная, что ответить, пожала плечами и села.
– Стасик!
– толкнула локтем Стаса Лена. – Выручай! Может, хоть твоя наука спасет Покровку?
– Какая еще наука? – уточнил расслышавший ее слова Григорий Иванович.
– Да так… - поднимаясь, пробормотал Стас. – Историческая геополитика. Это такая наука для того, чтобы некоторые исторические примеры, то есть опыт предков, помогли людям успешней справляться с современными их проблемами!
– Так-так! – одобрительно кивнул Григорий Иванович. – И что же в данном случае может предложить эта геологическая историополитика – конкретно Покровке.
– Историческая геополитика! – поправил Стас и предложил: - Ну, скажем, Новгородское вече…
– Это нам и без того скоро предстоит на сельском сходе! – поморщившись, решительно отказался Григорий Иванович.
– Тогда подвиг Минина и Пожарского! – с воодушевлением продолжил Стас, но тут же сник: – Нет, и это не то… Еще – есть пример: триста спартанцев, против которых тоже была неравная сила… постойте-постойте… - вдруг забормотал он. – А, может, нам пример с Великим Новгородом подойдет?
– А это еще что такое? – вопросительно посмотрел на него Григорий Иванович.
– Ну, в двенадцатом веке почти все русские князья, несколько десятков вооруженных дружин - огромное по тем временам войско - выступили против Великого Новгорода. Силы тоже были неравными. И в самом Новгороде, как и у нас, были нестроения между людьми. Поэтому город, по сути дела, был обречен. И тогда люди возложили всю надежду на Бога и Пресвятую Богородицу. Они отслужили молебен, обошли Крестным ходом с Ее иконой все крепостные стены и… Там есть несколько очень интересных подробностей, - честно предупредил Стас.
– Но я скажу лишь итог: как признают сами историки – только чудо спасло город, и враг отступил, несмотря на свое подавляющее преимущество. Так же, правда, несколько позже, во время нашествия Тамерлана, по молитвам народа перед Владимирской иконой Божьей Матери, была спасена Москва, а с ней и вся Россия. В благодарность за спасение во время Смутного времени, в 1612 году был установлен праздник в честь Казанской иконы… Затем люди молились перед Калужской иконой Пресвятой Богородицы, и Наполеон не смог войти в Калугу…
Стас готов был говорить теперь без конца, но уже и этого было достаточно.
– Надо же! – подивились люди и, перебивая друг друга, загомонили:
– А мы чем хуже?
– Крестный ход, говоришь?
– А что, если и нам обойти с иконой Покровку?
– Правильно! Что наши предки – глупей нас, что ли, были?
Даже дядя Андрей и тот вдруг встал и крикнул:
– Надо бить во все колокола!
– Прямо сейчас? – с готовностью поднялась Лена.
– Подожди! – остановил ее отец Михаил.- Успеешь еще поработать… во время Крестного хода! – Он посмотрел на Стаса и одобрительно сказал: - Идея, действительно, хороша. Я бы даже сказал, единственно правильная идея! Поэтому объявляю всем сейчас, и другим передайте: после праздничной службы на Успенье Пресвятой Богородицы состоится молебен и Крестный ход!
Собрание наконец было закончено.
На выходе все пожимали руку Стасу, как взрослому.
– Ну что, - довольно сказал тот, оставшись наедине с Леной. – Давай опять прогуляемся? На этот раз по самой длинной в Покровке дороге!
– Ой, Стасик, да я бы с радостью! – вздохнула та и умоляюще взглянула на Стаса: - Но давай лучше пойдем к нам домой и по самой короткой дорожке. Ведь тебе с Ванькой поговорить надо. Он тебя так ждет, так ждет! Помириться хочет…
Глава вторая
Общая тайна
1
Всех объединила эта великая общая тайна…
А Мономах тем временем рассылал все новых и новых гонцов с приказами ковать оружие, готовить к скорому отплытию ладьи, собирать обозы. Едва не падая от усталости, он сам успевал следить за всем, вникая во всякую мелочь, которая могла обернуться большой бедой во время такого похода.
Словно волны от ветра на озере, далеко расходилось после тех приказов по всей Руси множество ратных дел.
В кузницах, отложив мирные работы по изготовлению плугов, борон и кос и уж тем более новых серпов, взялись за наконечники стрел и копий, боевые топоры и кольчуги.
Плотники день и ночь пропадали возле стругов, готовя поставить их на воду, как только сойдет с Днепра лед.
Торговцы съестным, под наблюдением княжеских людей, отбирали лучшие продукты, чтобы войско за все время столь дальнего и долгого похода не нуждалось ни в чем.
Особенно жарко было в Переяславле. Именно сюда стекались дружины со всех княжеств.
Вспомнив еще в Киеве про свою встречу с Сувором, Мономах без труда договорился со Святополком собрать крупный отряд из отборных пешцев и по-новому, как настоящих ратников, вооружить большими щитами, обитыми железом, а также боевыми топорами и копьями…