Чтение онлайн

— Нужно заполнить бланк разового пропуска, — пробубнил тот, что игрался с дубинкой. Различать их как-то по-другому невозможно. Однотипные горы мышц без выразительных черт лица или одежды. Иногда мне казалось, что их не набирали с улицы, а клонировали прямо в подвале.

— Роман Валерьевич, подержите коробки.

Я едва успел сложить руки, Мохова переложила ношу не глядя, вывела аккуратную подпись на белом листе бумаги.

— Я буду ждать у лифта, — радостно зашагал по коридору. Ну и пусть, что разобрался с охраной не сам, получить помощь от Даши намного приятнее. Она догнала меня у раскрытых створок, изящно заскочила в кабину.

— Что вы тут делаете? — в меня врезался строгий пронизывающий взгляд секретарши из-под аккуратных маленьких очков, она была в деловом костюме нежно-розового цвета. Я тащился от Моховой каждый раз, когда видел.

— Да ещё и в таком виде... — она добавила, чуть поморщив маленький носик. — Юрий Борисович сказал, что вас продержат в больнице ещё пару дней. За неё, между прочим, заплачено.

Я не знал, что сказать, все эти претензии обоснованы, по сути, но не подразумевали каких-то конкретных ответов. Я расплылся в заигрывающей улыбке:

— Мой внешний вид — это вынужденная мера.

— Ох, какой ужас! — она закатила глаза, тяжело вздохнула. — Ну хорошо, но я передам Юрию Борисовичу, что вы на рабочем месте, и сделаю вам новый пропуск, старый конфисковали?

В который раз изумился проницательности этой молодой особы, которой ещё нет и тридцати.

— Да, почти все мои вещи в плену у федералов. Новый пропуск — это хорошо, но вот говорить Борисычу о моём приходе совсем не обязательно...

— Да вы с ума сошли! Он из-за вашей проблемы всю Москву уже на уши поставил, юрист в пути.

— Да не надо юриста... — я устало прислонился к стене, руки начали уставать. — Зачем адвокат тому, кто невиновен?

— Вот вы это Юрию Борисовичу расскажете! — зажужжала Даша в своей привычной для этого манере. — Он из-за вас, между прочим, две важные встречи отменил! Компании грозят убытки. Сейчас директор работает в авральном режиме, без перерывов, а у него здоровье и так подорвано!

Я по-детски отвернулся к стене, встал в угол. Жаль, коробки мешают в полном объёме насладиться этим моментом. Здоровье подрывает? Да не беда, подправим. Убытки грозят? Так ведь еще не наступили. Впрочем, оставил эти мысли при себе, вопрос о моих взаимоотношениях с директором всегда оставался конфиденциальным по просьбе самого Борисыча.

— Роман Валерьевич, я же с вами серьезно говорю, а вы ребячитесь! — Мохова стреляла мне в спину негодующим взглядом. Я тяжело вздохнул, отсчитал последние этажи, и как только лифт остановился, воспользовался замешательством Даши, первым ловко юркнул к открывшимся дверям.

— С вами вообще можно серьёзно разговаривать?

Мы вышли на этаж компании. Красивая вывеска, массивная керамогранитная плитка под ногами, черная со светлыми прожилками. Под высоким потолком скромные, но изящные люстры.

— Конечно, я серьёзен. Как, кстати, ваша мигрень? — я бодро чеканил шаг, проходя ряды однотипных дверей, старался говорить вполголоса. Хорошо, что попал на работу в обед, все мышки по норкам и тихо хомячат, кто во что горазд. Впереди показался широкий приёмный зал, рабочее место Моховой.

— До встречи с вами всё было нормально, но сейчас опять заломило в висках.

Даша осунулась, потёрла лоб. Головная боль мучила её уже несколько лет кряду. Мне удавалось прекратить приступы, но мы так и не добрались до сути её проблемы. Каждый раз, когда боль возвращалась и Даша приходила на приём, приходилось успокаивать её одними и теми же словами:

— Забегите, как будет время. Я тут недавно вычитал про исследования основных причин мигреней у женщин, будем пробовать новую методику.

Врал, но как по-другому дать человеку надежду? Ложь во спасение. Как это ни странно, но зачастую обман действительно помогал.

— Вы точно уверены, что это не рак? — голос её сел, мы дошли до стойки, за которой Мохова несла рабочую вахту. Она проходила томографию головного мозга несколько лет назад, когда я только перевёлся в центральный офис с периферии. Ничего аномального у неё тогда не нашли, учитывая, что до моего вмешательства боли достигали такого размаха, что Даше приходилось брать больничные, я мог с уверенностью девяносто девяти процентов говорить, что ничего опасного в её голове, кроме фанатичной самоотдачи на работе, не было.

— Да нет, конечно! — я оставил коробки с едой. — В мозгу нет болевых нервных окончаний, если болит, значит, где-то нарушено кровообращение. Хотя по последним исследованиям это может быть, и гормональный сбой, заходите, прежде всего будем смотреть нервный столб позвоночника. Я думаю, у вас все-таки кровообращение.

— Там есть вены? — она провожала меня удивленным взглядом. Я уходил от рецепции к пожарным лестницам. Мой кабинет на втором этаже из арендованных компанией. Рядом с кабинетом Борисыча и залом для важных переговоров.

— Конечно, есть! — я подмигнул коллеге. — Будет время, обязательно заходите.

— Хорошо, — Мохова улыбнулась, и моё сердце дрогнуло, тая, заливало легкие горячим воском почти юношеской влюбленности. — У Юрия Борисовича сейчас переговоры, я сообщу о вашем приходе по их окончании. Простите, Роман, но я вынуждена.

— Ничего страшного, работа превыше всего, — прощаясь, я махнул ей рукой.

— О! У мисс «эротическая фантазия» начались эти дни? Опять? — Яр появился сбоку, двигаясь не отставая, хитро прищурился.

— Да уж... — я обреченно вздохнул, открыл дверь аварийного выхода. До кабинета мог бы доехать и на лифте, но ужасно не любил пользоваться ими лишний раз на пятидесятиметровой высоте. — Она, к сожалению, миссис...

* * *

Десять лет назад.

— Ну давай, тряси! — Димон насел на меня со спины, пристально смотрел за тем, как я беру в руки одеяло и расправляю его. Ничего не произошло. Кольцо не вылетело из наволочки, не ударилось о стену и не оказалось на линолеуме, как это было в прошлый раз. Пришлось встряхнуть одеяло ещё и ещё. Я обреченно присел на край кровати, закрыл лицо рукой. Наступило утро следующего дня. По расчётам Хворостова, мы выполнили почти все условия, и, по идее, перстень уже должен был вернуться. Димон схватил подушку, потряс ею в воздухе, провёл рукой по простыне. Пусто.

— Я же говорил... — мне не хотелось никого обвинять в настигшей нас неудаче, но теперь надо думать, как вернуть кольцо обратно.

— Может, действительно надо было начистить тебе физиономию, чтобы всё как в первый раз? — он нервно хихикнул, встав, прошёлся вдоль кровати. — Слушай, а может, у кольца не было возможности вернуться?

— Как это? — совсем потеряв логическую цепочку, я поднял на друга скептический взгляд. — Оно что, живое?

— Ну, ты сам сказал, перстень принадлежал колдуну, может, там заклинание какое? Может, нужны другие условия, чтобы оно подействовало, луна там, в фазе рака, например?