Чтение онлайн

Вот тебе на, там меня ждала та красавица, которой я вернул её красоту. — Господин, я пришла вас поблагодарить… — Дорогая моя, не стоит благодарности и самое главное, я сейчас как выжатый лимон, перед моим отъездом такая же благодарная как ты, я правда её вырвал из рук Нави, когда она готовилась принести её в жертву, вытянула из меня все силы и соки. Я сейчас ни на что не способен. И в ближайшие несколько дней мне надо восстановится. А если хочешь меня поблагодарить, то выполни свое предназначение со стражем, договорились? Она кивнула головой и боком, боком вышла из моей комнаты. — Ну, что убивец, — обратился я к тушкану, — тебе ещё поесть дать, или ты уже набил свой маленький животик на ужине? Тушкан свистнул, и я достал небольшой сухарик, и морковку, которые специально держал в кармане для своего белого жеребца. Тушкан бесцеремонно забрал у меня из рук подношения и устроился у меня на подушке, правда оставив мне немного места, куда я мог приклонить свою голову, показывая всем своим видом, что он тут главный, а я так, приложение к нему. Вот нахалюга.

Ночью меня никто не беспокоил и не будил. Проснулся я сам от того, что зверек уселся ко мне на грудь и начал громко хрумкать морковку, периодически смешно порыкивая. Дождавшись, когда он её доест, я встал, умылся и оделся для боя. У священного огня в храме собрались все жрецы и тихо молились. Я присоединился к ним и попросил всеблагого даровать нам победу малой кровью, а лучше совсем без крови. По окончанию моей молитвы огонь слегка взметнулся ввысь, а затем опал. Моя молитва была услышана.

Сотник, пользуясь, что ключника ещё не было в крепости, самолично расставлял служек по местам и давал каждому наставления. Практически у каждого служки я увидел двойной, а то и тройной запас стрел. Вскоре все было готово для непрошенных гостей и нам оставалось только ждать. Служкам, которые спрятались в винном подвале, я все подробно объяснил лично: — когда и как им действовать, что делать, если что то вдруг пойдет не так, как мы рассчитали. Себе место я определил в воротах крепости, на тот случай, если Навь попытается ворваться в крепость через них, вместе с обозом ключника. Вскоре все приготовления были закончены, и нам оставалось только ждать.

Пользуясь свободным временем я навестил своего коня, а заодно проверил целостность и сохранность своего седла и зашитых в нем камешков и золотых монет. Жеребец блестел, даже хвост и грива были расчесаны и аккуратно заплетены в косички, а хвост к тому же подстрижен. В яслях лежало отборное зерно, а в поилке плескалась свежая вода. Жеребец с благодарностью посмотрел на меня и потянулся за угощением. Кусочек горбушки с солью, благо тушкана рядом не было, был принят благосклонно. От ворот донесся крик:- Обоз показался, едут! Я торопливо потрепал коня по шее и почти бегом выбрался из конюшни. Уже выбегая заметил двух служек, что торопливо натягивали тетиву на лук, стоя за дверями. Тоже правильно. Вдруг Навь решит поджечь конюшню?

К моменту, когда я подошел к воротам и поднялся на смотровую площадку, обоз был ещё далеко. 4 телеги наполненные мешками с зерном, ключник и три служки сопровождения верхом. Судя по глубоким следам, что оставляли после себя телеги, нагружены они были основательно. Щека немного начала ныть. Скрытая Навь. В руку мне ткнулся холодный нос кхора. — Нет, ещё рано, — обратился я к нему, — твое время ещё не пришло. Жди моей команды. Щеку резанула сильная боль. Я повернулся в сторону оврага, что был в стороне от крепости. Там стала собираться Навь и много Нави. Я поднял руку в верх, подавая сигнал сотнику, что скоро все начнется и надо быть начеку. Спустившись вниз, я скромно отошел в сторону, что бы не привлекать внимания, но в то же время держать под контролем ворота. Судя по всему, рядом с обозом и в самих мешках Нави не было. Она вся сосредоточилась в овраге.

Я огляделся. Несколько женщин, ничего не подозревая сидели на скамейке возле входа в здание, где жили семейные и предназначенные с детьми. Два карапуза что то делали возле их ног. Вроде все в порядке, но сердце как то тревожно защемило. Конюхи, а если ключника должен был встречать один из конюхов- Навь, что бы принять лошадей? Я бегом бросился в конюшню. Быстро схватил первого попавшего конюха за руку и стал торопливо ему объяснять, что надо будет говорить ключнику, если он вдруг спросит про Трипса или его дружка. — Они оба сейчас сидят под замком в комнате и ждут наказания за то, что пытались распороть седло приезжего воина и похитить от туда его золото. Если все правильно скажешь, получишь золотую монету. У конюха заблестели глаза. — Все сделаю господин, не сомневайтесь.

Так же почти бегом я вернулся к воротам. И вовремя, они заскрипели, открываясь, и обоз неторопливо въехал во двор крепости. Телеги сразу же направились к воротам хранилищ, а из конюшни показался мой конюх. Он подошел к бородатому вознице, что важно восседал на первой телеге и что то ему сказал. Ключник, а это был по всей видимости он, кивнул головой и неприязненно посмотрел в мою сторону. Сработало.

Служки спешились и по заведенному здесь порядку тут же стали разгружать телеги с зерном и заносить их в хранилище. Ключник то же зашел в помещение. Мои нервы напряглись до предела, но было по прежнему тихо. Женщины сидели на своих местах, а дети играли возле их ног. Ключник вышел из хранилища и стал покрикивать на служек, торопя их скорее разгружать телеги. Ага вот в чем дело, — телеги перекрывали выход из хранилища. Вот первые две телеги освободились и их конюх повел в глубь двора, ключник опять скрылся в помещении и тут же как из под земли возле женщин и детей вырос сотник и что то негромко им сказал. Они подхватили детей на руки и бегом побежали к башне, дверь в которую была уже открыта. Судя по тому, что остальные женщины и дети не появлялись, — они уже заранее были спрятаны у стража. Нам оставалось только ждать…

Я стоял на смотровой площадке, держа готовый лук, и пристально вглядывался, не появятся ли где отряды Нави, что бы отвлечь наше внимание от места основного удара. Но по-прежнему только ветер гнал волны по траве. Хотя я и не обманывался подобной картиной. Вполне возможно, что отряд прячется где нибудь в овраге и только ждет сигнала. Послышался шум, разноголосый гам и на площадь перед башней выскочила толпа Нави, которая тут же разделилась на несколько отрядов и бросилась в разные стороны. Один понесся по направлению к воротам, второй к храму, а третий, самый большой к домам служек и предназначенных.

И вот засвистели первые стрелы, однако они Навь не остановили. Чем ближе Навь приближалась к намеченным ею целям, тем больше трупов оставалось на земле. Я отдал приказ кхору посмотреть хранилища и зачистить их, а сам начал методично стрелу за стрелой пускать в Навь, что бежала к воротам. Из 20 не добежал никто. Не лучше обстояло дело и с другими объектами. Только у ворот храма на некоторое время вспыхнула яростная рукопашная схватка, но и она быстро затихла. Было что то странным в том, что Навь решилась атаковать крепость такими малыми силами, — меньше сотни человек. Но взглянув за крепостную стену, я понял, что все таки основной удар должен был быть нанесен именно через ворота. Несколько сотен Нави со всех ног бежали к воротам. В руках у многих были лестницы, а отряд под прикрытием щитоносцев катил большой таран в виде бараньей головы. Атакующие превосходили нас более чем десятикратно, а с учетом того, что на стенах оставалось не более пяти служек, положение наше было критическим. Времени вызывать служек с мест их засады не было и я принял единственно правильное на тот момент решение, а именно встретить самому атакующих перед воротами крепости с наружной стороны.

— Следите за стенами, не дайте Нави прорваться во внутрь, — а сам, зацепив якорек с веревкой, быстро спустился с крепостной стены. Не особо целясь, я начал, максимально натягивая лук, пускать стрелы то в одну, то в другую сторону. Загремел гром, земля в тех местах, куда попадали мои стрелы, вздыбливалась, и с шумом осыпалась. Отряд щитоносцев был разбросан по земле, таран попал в глубокую яму, а я все стрелял и стрелял, не давая разрозненным отрядам Нави даже приблизиться к стене. Несколько стрел с рикошетом отскочили от моих доспехов. Я даже не заметил, откуда стреляли. Со стен и за стенами раздавались крики. О чем кричали, я не слышал, но догадывался, что и там бой продолжается. После того, как мне стало не в кого стрелять, я с помощью служек поднялся на крепостную стену. Те, кто остался в живых, как сквозь землю провалились, хотя и не думаю, что их осталось много. А на площади кипел жаркий бой. Видимо на помощь атакующим пришел второй отряд Нави, более многочисленный, а главное более подготовленный и защищенный. У многих в руках были щиты, а ещё большее количество было одето в доспехи.

Что то пошло не по плану. Или наших служек заметили, или они не сумели перекрыть решетку в винный подвал, да и кхор что то о себе не давал знать. Я спустился вниз, наказав внимательно наблюдать за подступами к крепости, достал оба своих меча и вступил в схватку. Моей целью было пробиться к входу в хранилища и перекрыть доступ Нави к площади. Не сразу, но мне это удалось. В дверях я столкнулся не просто с Навью, а с воинами Нави. Конечно их подготовка значительно уступала подготовке белого воина, но они брали количеством, нападая по трое, четверо и даже в какой то момент потеснили меня от дверей. Взвинтив темп и надеясь на прочность своих доспехов, я перестал защищаться, а только наносил разящие удары, как правило в горло и лицо, и очень редко в грудь, боясь, что мечи могут там застрять.