Чтение онлайн

— И чего с энтим демиургом стало? — заинтересовано вскинул бровь шаман.

— Палач за ним пришел, — криво усмехнулся Вирт. — В самый низ лестницы перерождений сбросил.

— Заслужил, — кивнул старый орк и задумался. — Ладно, выведу я вас вместе с двусущностным на Изнанку, но жертвы понадобятся. Трое преступников найдется? Но лучше шестеро.

— В тюрьме хватает приговоренных к смерти, — подтвердил Хрыз. — Так что найдем.

— Этих двоих разделить сначала нужно, — шаман показал посохом на все еще пытающегося вырваться из захвата артефакта Сайхара, он, похоже, сразу понял, что с тем случилось. Как говорится, опыт не пропьешь. — Только потом можно будет чего-то всерьез делать. Носителя второй сущности долго лечить придется, но выживет, хоть и ослабеет. Вот, сразу после разделения скормите ему энтот корешок, — он положил на стол небольшой узловатый корень. — Размелите и заварите кипятком, до киселя. Рвать его потом будет дальше, чем видит, но ему на пользу пойдет.

Ректор с благодарностью принял корень и спрятал в ящик стола, чтобы отдать целителям. Он очень надеялся, что разумный, с которым столько вместе пройдено, выживет и окажется невиновным. Что Халадан пользовался им втемную. Иначе придется казнить старого друга и соратника, а это очень неприятная обязанность. Как же Сайхар ухитрился так влипнуть? Однако времени на сожаления не было, следовало срочно готовить ритуал. Ректор без промедления принялся вызывать выбранных ритуалистов, прося срочно прибыть в ректорат. Также он отдал команду готовить главный ритуальный зал Академии, задействовав при этом все уровни защиты, чего никогда еще не делали, даже при изгнании высших демонов.

Над столом ректора возникли листы с полным описанием ритуала и опустились на его поверхность. Явно Кай постарался. Тимхок неплохо сошелся с этим ехидным духом, хотят насмешливость того порой превышала все и всяческие пределы. Не будь он сам с юности шутником, обиделся бы, наверное. Впрочем, сейчас не до обид.

Вскоре все присутствующие отправились в ритуальный зал — готовить ритуал, для чего пришлось вычерчивать сложнейшую схему. Благо, не с нуля — основные элементы на полу зала имелись стационарные, их нужно было только скомпоновать и объединить в единое целое. Благодаря этому справились часа за три, хотя потрудиться пришлось знатно.

Не прошло и получаса после этого, как прибыли ритуалисты, которых возглавлял не так давно справивший шестисотлетие гоблин Рыхлозуб, и принялись за изучение ритуала. После чего проверили схему и нашли целых три ошибки. На их исправление тоже понадобилось время. Затем Вирт доставил арестованного, который так и не прекратил попыток вырваться, хотя, когда у него спрашивали зачем, пожимал плечами, говоря, что это не он. Видимо, вторая, навязанная сущность все еще надеялась сбежать.

Помимо ритуалистов явились темные маги — в основном, тролли, наги и матроны-дроу из разных кланов. Они должны были обеспечить защитный периметр, который не позволит пленнику никуда деться. Однако Путник на всякий случай захватил с собой еще один удерживающий артефакт — он не был уверен, что сможет уйти на Забытые дороги сразу после разделения, хоть Кай и передал ему подробные указания, как это делается. Сила Халадана неизвестна, он вполне способен преподнести сюрприз. Лучше заранее предусмотреть все, что только можно предусмотреть.

Когда до начала ритуала осталась четверть часа, из тюрьмы доставили шестерых приговоренных к казни преступников — трех убийц, казнокрада, грабителя и насильника. Последних пришлось тащить, они выли и молили о пощаде. Слушать их, понятное дело, никто не собирался — когда совершали преступления, небось, не плакали. Убийцы, хмурые черные орки из клана Сломанных Топоров, шли сами, по их обычаям показывать трусость было нельзя — это против законов чести. Хоть и осознавали, что их ведут на казнь. На охраняющих приговоренных стражников воины смотрели с неприкрытым презрением. Однако при виде старого шамана все трое вытаращили свои небольшие желтые глазки и попадали на колени, принявшись стукаться лбами об пол. Похоже, тот пользовался в их среде огромным уважением.

— Вы нарушили закон и убили не способных защититься, — на родном языке негромко произнес старик, но Вирт его понял, он, оказывается, орок-дарх знал. — За это я заберу ваши жизни. Но не просто так! Вы отдаете их во спасение всего народа урук-хай и других народов Аталана. Гордитесь! Не каждому выпадает такая честь!

— Благодарим за это, великий отец! — еще раз стукнулись лбами об пол черные орки. — Мы не посрамим чести народа и клана, и умрем молча! Нас в чертоги предков ведь проводишь ты, не инородцы?

— Я, — подтвердил старый шаман. — Мне нужна ваша кровь, воины. А завтра я приду в клан, чтобы разобраться в происходящем — кто-то обманул вас и ваших вождей. Кто-то подлостью заставил вас пойти убивать тех, кто невиновен. Я выясню, кто это был, и воздам ему по заслугам. Обещаю это! Спите спокойно, дети! Вы будете отомщены.

— Нас натравили на невиновных?! — посерели воины, видно было, что это известие поразило их до глубины души. — Благодарим тебя, великий отец, за позволение сохранить честь и избежать позора!

Старик кивнул и дотронулся до лба каждого орка навершием посоха, благословляя. На остальных трех жертв, все еще извивавшихся в надежде спастись, он смотрел с величайшим отвращением — для его народа такое проявление трусости было совершенно невозможно. Впрочем, чего еще ждать от хумана, предавшего доверие ректората, полутролля и полугоблина? Последние двое явно выросли на улицах подземных уровней Стархейма. О какой чести там могла идти речь? Жалкие подонки. Однако жертв требовалось именно шесть, поэтому придется использовать их. Жаль, лучше бы все они были орками, а то эти будут визжать, как недорезанные свиньи — во время жертвоприношения рот затыкать нельзя. Но что делать, других нет. Впрочем, их очередь придет после разделения сущностей.

— Начинаем! — скомандовал Рыхлозуб. — Молодой человек, становитесь в центральную гексаграмму, именно вам ловить вторую сущность. Остальные тоже занимайте свои места. У нас осталось всего полтора часа!

Путник поежился и встал у изголовья Сайхара, которого уложили в центральную гексаграмму. Удерживающий артефакт все еще действовал, хотя чувствовалось, что осталось ему совсем недолго. Сущность, запертая сейчас в теле декана Классического факультета, отчаянно рвалась наружу, прекрасно осознавала, что если ее поймают, то ничего хорошего ее не ждет. О том, что ею займется Путник Перекрестка, она знала, и не могла не понимать, чем это чревато. Потому придется действовать жестко и грубо. Вирту самому это дорого обойдется, придется долго восстанавливаться в медкапсуле. Но ничего не поделаешь, никто другой нужное не сделает.

Прозвучал первый катрен ритуала, маги хором затянули литанию, линии схемы начали наливаться синеватым светом. Когда загорелась центральная гексаграмма, лежащий в ней Сайхар совсем уж бешено задергался, а затем взвыл от пронизывающей тело насквозь адской боли — ничего подобного он никогда не испытывал, самое страшное пыточное заклинание переносилось легче. Казалось, что из него потихоньку тянут все нервы, один за другим, и каждый поливают чем-то жгучим.

Ведя ритуал, Рыхлозуб удивлялся про себя, не понимая, кто смог его разработать — это был даже не ритуал, а нечто запредельное, затрагивающее первозданные силы, обращающееся напрямую к Свету, Тьме, Равновесию, Хаосу, Порядку и многому другому. Кто этот молодой человек? А он на вид именно человек, вот только в реальности таковым не является, любой сильный маг это видит. Слова о Забытых дорогах заставляли заподозрить в нем сказочного Путника Перекрестка. Но ведь Путники — это выдумка? Или нет? На Забытые дороги ведь никто другой выходить не способен, если судить по легендам. Видимо, все-таки Вирт Дар именно Путник. Что ж, в таком случае надо провести ритуал и помалкивать о своих подозрениях, сущности такого порядка не любят, когда смертные вмешиваются в их дела.

Вой двухсущностного в центральной гексаграмме сделался совсем уж нестерпимым, поднялся до надрывного визга, ввинчивающегося в уши каждого его слышащего, словно сверло. Над ним начала приподниматься возникающая из ниоткуда фигура седобородого старика в белой хламиде. Он дергался, отчаянно гримасничал, махал руками, но ничего не мог поделать — Вирт задействовал второй артефакт, и старика неумолимо тянуло к нему, невзирая ни на какое сопротивление.

Прозвучал последний катрен ритуала разделения, и потерявшего сознания Сайхара унесли к целителям — спасти его будет очень непросто. Гоблин уступил место старому орку, по знаку которого обездвиженных жертв поместили в специально подготовленные пентаграммы на схеме. Вирт занял место за рвущимся из плена артефакта Халаданом. Тот сверкал глазами и хрипел какие-то невнятные угрозы, но ничего поделать не мог — артефакт божественного уровня оказался ему не по силам. Радетель окидывал пленителей ненавидящими взлядами, шипел что-то сквозь зубы, выплетал сложнейшие плетения, но они не выходили за границу действия артефакта.