Чтение онлайн

– Как вы там, помощь не нужна?

– Вроде пусто, всех выманили. А что не по рации?

– У Лехи, он на том краю смотрит. Во дворе пока никого нового, а народ начал с балконов выглядывать.

– Что говорят?

– Ничего, высунутся и обратно.

– Ну, мы дальше!

Выше на площадке дверь лифта также закрыта, уже привычная проверка, и быстро проходим дальше. Чем выше, тем больше мыслей о сегодняшнем сне, третьем этаже и выстреле в спину. Вот и третий, оттуда несет таким запахом, что даже нам, через повязки и уже привыкшим к такому, не по себе. Пробую и здесь открыть окно, с трудом, но получается, еще немного относительно свежего воздуха с запахом дыма. И осторожно на площадку третьего этажа, где набрался силы этот «мобильный» зомбак. Плитку на полу не видно из-за остатков людей, костей, клочков одежды. Створки внутренних дверец лифта распахнуты, честно, мне не хочется смотреть, что там.

– Зверюга отсюда пошел, - негромко говорит Олег.

– Да, наследил изрядно!

Ни живых, ни оживших мертвецов здесь точно нет, вряд ли такой монстр допустит конкурента. Похоже, здесь людям, бежавшим сверху, не дождавшись лифта, и встретился оживший мертвец, поубивавший всех, ставших ему кормом... А в остальном на третьем все тихо и спокойно. Обошлось, можно забыть? Ну, уж нет, пока отсюда не выберемся, расслабляться нельзя. Может, включить «налобник» в режим стробоскопа? Заодно поведал товарищу об «эффекте Волнушкина», успешно примененном в паре зачисток. Олег одобряет, но сразу выключает свой, мигание двух фонарей дает такое мерцание, что только маскирует врага. Достаточно одному отвлекать, второму готовым к стрельбе.

Дальше оказалось почти просто, хотя напряжение не оставляло. Боялись и появления мертвецов, и неожиданного крика живого человека. Вот и пятый этаж, уже отработанная схема, дверь лифта, боковые двери, смотрим, готовы открыть огонь на любое движение. Понимаю, даже если это окажется живой человек, то машинально начнем стрелять... Так, правое крыло прикрыто, левое тоже, нам, судя по номерам квартир, надо в левое.

Олег сообщает парням по рации, что на месте, но сначала неплохо обезопасить себя сверху. Поэтому поднимаюсь на один лестничный пролет вверх, Олег в это время прикрывает меня, направив ствол дробовик на верхнюю площадку. Смотрю в мигающем свете на шестой этаж, дверь приоткрыта, никого нет, ни живых, ни мертвых. Мой товарищ поднимается ко мне, вместе поднимаемся выше, все-таки, вдвоем намного сподручнее в доме работать. Олег тянет за вытертую ручку двери, скрипит пружина, а я, отойдя на пару шагов, к ступенькам, готовлюсь встретить того, что там окажется. Но в свете «подствольника» и «налобника» вижу только пустой тамбур, разве что, на полу валяется пестрая матерчатая сумка.

Получается так, что все, кто хотел и мог, побежали вниз, и стали жертвами будущего «моба»? Что-то маловато мертвяков на такое количество жильцов, не исключено, что кто-то сидит по квартирам. Ну что, осталось всего три этажа. Может, пройтись для спокойствия и по ним, раз уж так дела пошли? Спрашиваю товарища, он тоже не против, предупреждаем по рации «вниз», что поднимемся до самого верха, «снизу» ответ, все в норме. Так и оказалось, оставшиеся лестничные клетки на этажах пусты, двери на площадках открывать не стали. На девятом распахнули окошко, чтобы хоть так вытягивало накопившийся смрад. Стали спускаться вниз, тяжело дыша, даже Олег похрипывает, несмотря на закалку. Все-таки, подниматься в броне, с оружием, да еще с двумя стволами пешком, это не то, что спускаться вниз.

Снова на пятом, ничего не поменялось, Олег подсвечивает фонарем, сам стучу в дверь, рукой, ботинком, затем прикладом, результата никакого. Неужели мы опоздали? Пока думаю об этом нейтрально, что нам придется спускаться вниз в одиночку, достаточно безопасно, по зачищенному нами же подъезду. Но просто так отступаться нельзя, как раз потому, что подняться сюда пришлось с боем. Дверь в блок деревянная, но замок солидный. Еще раз бью прикладом «Сайги», после чего Олег меня отстраняет.

– Смотри, сейчас еще случайно назад выстрелишь, мне башку снесет! Да шучу!

– Так что же с ней еще делать, Олег?

– Сам же мне рассказывал, забыл? Отойди немного.

Олег вскидывает свой «Рем», и стреляет в район замка, потом еще раз. Дверь, хотя и крепкая, но дробь выносит куски дерева и фанеры внутрь. Потом бьет ботинком по полотну двери и она уходит внутрь, почти неслышно, из-за звона в ушах, ударившись о стену. Сквозь пыль от штукатурки, поднятой выстрелами дробовика, едва видим в свете фонарей темно-синие крашеные стены подъезда, два деревянных ларя, велосипед, висящий на стене. Три двери, одной с каждой стороны, и одна в торце коридорчика, которая «наша», ведь номеров из-за пыли не разобрать? Скорее всего, правая, по логике, так и есть, потому что у Варвары минимум одно окно выходит на Большую Октябрьскую, другое на бывший хлебозавод.

Стучу по железной двери, кричу «Варвара Алексеевна, это Игорь, мы пришли вас спасти. Это помощь, спасатели!!!» Молчание... Усиливаю громкость, поворачивая регулятор на наушниках на полную, прислушиваюсь, ничего толком не слышу. От злости и отчаяния под изумленный взгляд Олега заорал сквозь косынку: «Живет моя отрада в высоком терему»… Сработало почти сразу, только хочу продолжить, в наушниках неожиданно громко раздается визг открывающегося замка. Плохо смазанный, скрипит так, что спешу убавить усиление в наушниках, но не успеваю. Жуткий крик: «Я же просила, не надо петь»!

Так и не успеваю найти колесико на наушниках, как открывается дверь. В свете фонаря вижу знакомое лицо, рыжие глаза, они, жмурясь, рассерженно смотрят на меня и на Олега. Стащил наушники, ожидая новый вопль, слегка оглушенный, не соображаю, что сказать. Выручает Олег: «Вы нас впустите, пожалуйста, только можно сначала ноги вытереть, а то мы запачкались по пути». У Варвары выражение лица буквально сразу меняется на деловое, и даже несколько раздраженное, вроде того, что «пришли незваные, да еще и на полу натопчут»!

– Там коврик под ногами, если посветить, увидите, - сказала Варвара, потом сообразила, что мы приехали за, ней чтобы забрать насовсем, решилась, - да проходите так.

– Милая девушка, - продолжил Олег, видимо, не решившись выговорить ее имя-отчество - если бы мы просто с улицы пришли, а то по мертвякам и всякой гадости ходили, это может оказаться не очень полезным.

И он, наклонив голову, посветил фонарем себе под ноги. Последовал его примеру, ботинки все в грязи, коричневой слизи, даже штаны местами запачканы. Оказалось, что у Варвары тоже есть фонарик, правда, батарейки уже подсели и он еле светил. Но все же она нагнулась посмотреть, потом отвернулась, потопталась в прихожей. Открыла верхний ящичек, нашла пакетик и протянула мятые синие бахилы, как в поликлинике.

– Вот, нацепите и можно спокойно ходить. С ребенком в больницу часто ходить приходится.

Пока нерешительно примерялись, как лучше это сделать, женщина ненадолго нас покинула, вернулась в желтых хозяйственных перчатках, вроде тех, что и у меня на кухне имелись. Потом снова попросила посветить вниз, присела и неловко обула нас в эти пластиковые мешочки, проследив, чтобы мы аккуратно перешагнули порог, не занеся грязь. Когда оба оказались внутри, поторопилась закрыть дверь, без наушников скрипа замка почти не слышно. После подъезда сначала казалось очень темно, потом разглядели свет, проникающий из комнат и кухни. Выключите фонари, глаза потихоньку привыкли. Наконец-то смогли стянуть повязки с лица и снять очки, предварительно протерев стекла влажной тряпочкой, принесенной заботливой Варварой.

Приготовился заранее, вовсе не ждал бурной радости, хорошо, ругать не станет за опоздание. Мне это уже войти в привычку, но Олегу еще в диковинку. Хотя он, почему-то, совсем не удивлялся ничему.

– Долго вы за нами ехали, уже не надеялась! – ладно, хоть не так зло, как в башне.

– Нет, просто справочник телефонный нужен, забыл в прошлый раз в Вашем рюкзаке - съязвил, не выдержав, ожидая резкого ответа.

– Мы со вчерашнего дня готовы, осталось самим одеться, - неожиданно миролюбиво ответила женщина.