Берега ярости
Шрифт:
Но лицо с приувядшей улыбкой яснее ясного говорило – занесло к нам не знай кого, теперь добра не жди. Я подтвердил его опасения, громко спросив:
– Где и когда я могу увидеть карго?
Стюард удивлено хлопнул глазами. Вот что бывает, когда делаешь не свое дело, угрюмо подумал я. Куда ни пойдешь, все тебе удивляются. Глаза вылупляют…
Я сцепил зубы. Как бы то ни было, мне поручено дело. Плохое оно или хорошее, но оно поручено штабом Космофлота. И я его выполню. Наилучшим образом.
Хотя для перевозки скафандров хватило бы и простого курьера. Из обычной почтовой фирмы. Стоило лишь запечатать контейнеры со стойками-держаками наглухо – и вручить коды доступа тому самому помощнику посла, что летит вместе со мной на Квангус. Конечно, не на бумажке вручить, а в самоуничтожающемся пакете с пломбой, запрограммированной открыться исключительно в месте назначения…
– Офис карго Хорица расположен на пятой грузовой палубе. – Наконец сказал стюард. – Вы застанете его там завтра после обеда. С утра господин Хориц, как и все мы, будет занят подготовкой к отлету.
– А чем он занят сегодня? – Спросил я.
Стюард сделал над собой усилие, и его улыбка вновь расширилась на два сантиметра.
– Сейчас, простите, уже поздно. Карго Хориц не работает по вечерам. Но вы можете приятно провести время в наших ресторанах и барах. А также в танцевальном зале. И…
– Обойдемся. – Перебил я. – Скажите, могу я не спускаться в ресторан, а заказать себе ужин прямо в каюту?
Стюард скорбно поджал губы.
– Разумеется. Но вы упускаете возможность насладится незабываемой роскошью и уютом наших…
– Переживу как-нибудь. – Утешил я его. – А в какой каюте расположился помощник посла Квангуса?
Миссия моя выглядела вполне официальной – коды от контейнера у карго частного рейса! Как это проглотила Плаба? – и поэтому я мог не шифроваться.
Стюард глянул вниз, на экран, вделанный в стойку.
– Каюта, оплаченная посольством Квангуса, находиться рядом с вашей, господин офицер. Номер сто тридцать шесть. Могу я сообщить ещё кое-что?
– Сообщайте. – Позволил я.
Он перегнулся через стойку и сказал, интимно понижая голос:
– На нашем корабле есть великолепные магазины готового платья. Там имеются мужские костюмы из шерсти и льна. Есть также вещи ручной работы – рубашки, галстуки…
Я глянул молча, он поперхнулся, закашлявшись. Выдавил, возвращая на лицо жалкое подобие прежней улыбки:
– Информационная лента на нашем корабле прикреплена к потолку, господин офицер. Для вашего удобства я включу белый курсор, он приведет вас к каюте. Ещё раз приятного отдыха.
Добравшись к себе, я бросил чемоданчик на пол возле двуспальной кровати и присел на пышное ложе.
Пора было подводить итоги.
Вывод первый – от этого дела дурно пахло. Вполне возможно, что меня с моими скафандрами послали лишь для прикрытия. И на Квангус от нас летит кто-то ещё. Может быть, этим же рейсом. Тогда моя задача – отвлечь все внимание на себя. Молодой неопытный офицер, только что вышедший из академии и оказавшийся не на своем месте, не может не наделать ошибок, это аксиома. И не может не привлечь к себе внимания…
Была ещё маленькая вероятность того, что отгадка находится в самих скафандрах. Скажем, кто-то из Космофлота – или из той же Плабы – решил отправить на Квангус нечто. Отправить тайно. Скафандры высшей биологической защиты идеальное место для размещения тайника. Аккумуляторы и дезактиваторы – все это можно нашпиговать капсулами, места в которых хватит не только на чип, но и на бомбу из алзоиновой взрывчатки. Тридцати граммов этого вещества достаточно, чтобы разнести «Энн Люву» в клочья.
К этой версии мой случай тоже подходил идеально – известно, что прятать тайное следует на самом виду. Поэтому коды доступа к контейнеру открыто переданы карго, а в сопровождающие назначен желторотый юнец, только вчера окончивший академию. Чтобы всякий видел – Космофлот этим скафандрам никакого значения не придает.
Хоть так, хоть эдак, а выходит, что наше дело маленькое, подумал я. Отвлекающий маневр. Вот и будем отвлекать, господа офицеры. От души и старательно.
А в уме при этом будем держать наставления Гудка – о том, что выглядеть умным нельзя, а быть им надо.
Я разложил вещи из чемоданчика по полкам и вешалкам громадного шкафа, спрятанного в стене. Сходил и постучался в каюту сто тридцать шесть. Но никто мне не ответил. Видимо, помощник посла решил насладиться той самой незабываемой роскошью ресторанов и баров, о которой с таким придыханием рассказывал стюард.
Поразмыслив, я тоже решил туда наведаться, вместо того, чтобы заказывать еду в номер. Раз уж меня послали для отвлекающего маневра, то посещение мест с незабываемой роскошью есть моя прямая и святая обязанность – где и показывать себя людям, как не там…
Я принял душ, поменял нательную футболку под кителем на свежую – и вышел в коридор, предварительно пообщавшись с визором в каюте. Районом основной дислокации мест с незабываемой роскошью, как сообщил визор, служила первая палуба. Туда я и направился.
Ужинал я в довольно фешенебельном ресторанчике под названием «Земной антик» – забавное местечко, где взгляд все время натыкался на какую-нибудь золотую финтифлюшку. Робот-официант, бодро катавшийся по залу под присмотром пары метрдотелей, предложил мне меню, где цена не была обозначена. Из этого я сделал вывод, что стоимость ужина уже включена в оплату за перелет – или узнавать стоимость того, что ешь, здесь считалось дурным тоном.
Но мне было все равно, за все платил Космофлот. И раз уж ему приспичило сунуть меня на это корыто для богатых идиотов, я имел полное право на возмещение. За крушение мечты стать когда-нибудь капитаном на собственном корабле, как минимум. Опять-таки, отвлекающий маневр, ради которого меня сюда послали, следовало проводить там, где он будет заметен.
Судя по количеству людей в позолоченном зале «Земного Антика», заметность мне тут была обеспечена. На синий мундир Космофлота оборачивались. Я поймал немало удивленных взглядов, как мужских, так и женских. И пару игривых дамских.
Еда, надо сказать, в особый восторг меня не привела – затейливо, многоцветно, каждый кусок в несколько вкусов, а по делу пшик, ни сытости, ни радости похрустеть каким-нибудь хрящиком. И порции младенческие, даже дно тарелки не прикрывают. Открой здешний ресторатор заведение в Гордеев-Бран, столице Руновы – быть ему банкротом.
Подчистив тарелки, я решил наведаться в танцевальный зал. Где он находится, мне сообщил все тот же каютный визор. Перед входом посетителей встречала парочка девиц в цветах обслуги «Энн Лювы» – алое с белым. Одна из них, хихикнув, протянула пояс. Я машинально взял, и так же машинально пробежался по нему пальцами. Вскинул бровь, нащупав нечто знакомое.