Берегитесь! Я колдую!
Шрифт:
– Никакие. Я же сказала.
– Не ври мне! – Вдруг зашипел герцог и потянулся всем телом в мою сторону, как-то странно подергиваясь. – Все знают что в моем заповеднике растут редчайшие растения, которые стоят огромных денег на магическом рынке! Итак, я в последний раз спрашиваю – какие растения ты собирала в моем лесу?
Я демонстративно вывернула карманы, затем хорошенечко потрясла свою блузку. Вот, дяденька, убедись, что ничего я у тебя не воровала.
– Выкинула, значит, пока Геарм вел тебя сюда, – кисло заметил герцог, откинулся на спинку кресла и замер, медленно двигая пальцами. Задумался. Я тоскливо огляделась еще раз. Да когда ж мне уже доведется просто пожить, безо всех этих приключений? Я согласна даже побыть служанкой. Но недолго.
– Сними-ка блузку. – Вдруг негромко велел герцог. Я удивленно подняла брови – это что-то новенькое. – Хочу взглянуть, может ты под ней что-то спрятала.
Подавив желание похоронить этого дурака под его же собственным креслом, я раздраженно стянула блузку и глаза герцога загорелись нехорошим огнем. Поспешно натянув ее обратно, я поняла, что совершила ошибку. Не к добру этот горячечный блеск в глазах герцога, ох, не к добру! Он склонил голову набок и как-то странно причмокнул губами. Затем кликнул стражника и приказал увести меня, добавив несколько слов невнятной скороговоркой, так что я не сумела разобрать их. По дороге я мысленно увещевала себя быть сильной и не расстраиваться при виде гнилой соломы, что наверняка будет в моей темнице. Однако жизнь преподнесла сюрприз – меня провели по длинной светлой галерее второго этажа, затем по роскошно украшенным коридорам и впихнули, наконец, в комнату совершенно не похожую на темницу. Странно это. И явно не к добру.
Осторожно обследовав две смежные комнаты, я выяснила, что одна из них – небольшая гостиная, а другая спальня. В груди глухо и тоскливо стукнуло. Ну вот. Начинается. И ладно бы я была гостьей роскошного красавца, как положено всякой приличной попаданке, но этот убогий язвенник совершенно не вызывал у меня симпатии. Кстати, вот вспомнила про него – а оно … то есть он, уже всплыл и вплыл. Пока я разглядывала спальню, тощий поганец оказался в гостиной. Он сидел в огромном роскошном кресле, закинув ногу на ногу и разглядывал меня так откровенно, что мне стало ясно – дело худо. Похоже этот дрищеватый повелитель леса то ли не женат, то ли вдовец, то ли просто любитель женщин. Я попятилась, оказалась в спальне и захлопнула дверь. В следующее мгновение она распахнулась с такой силой, что едва не перевернула стоящий рядом комод. На каком-то инстинкте я отскочила к противоположной стене и прижалась к ней спиной. Живой не дамся! Так что либо отвали, либо открой для себя радость некрофилии.
– Иди сюда немедленно! – Прошипел мужчина.
– Неа! – Для пущей убедительности я даже головой помотала. – Не хочу. Мне страсть как нравится эта стенка, я теперь тут жить буду. – Я демонстративно уселась на пол у стены, прижавшись к ней спиной.
– Тогда я возьму тебя силой, – он подошел ко мне поближе.
– О, давай, сделай такую милость, – спокойно кивнула я, – люблю, знаешь ли, эти игры в жесткач. Только чур не обижайся, когда я тоже начну жесткачить – мало ли на что я способна? Вдруг я какая-нибудь ведьма-извращенка?
Он остановился, будто споткнувшись.
– Хороший мальчик, – ехидно сказала я и улыбнулась. Герцога аж передернуло от такого обращения. Он развернулся и стремительно вышел, захлопнув дверь спальни. Вот молодец, давай, вали отсюда, а уж как покинуть твой негостеприимный замок я придумаю. Минуту спустя дверь снова распахнулась и ворвались два крепких мужика в легких доспехах. Они налетели на меня, подхватив под руки, протащили по спальне и сунули за какую-то дверь.
– Герцог велел, чтобы ты помылась, – сунув свою грубо вытесанную рожу заявил один из мужиков. Я от всей души запустила в него баночкой с какой-то мазилкой для тела. Раздался болезненный возглас, дверь захлопнулась, затем приоткрылась всего лишь на палец и обиженный голос скороговоркой проговорил:
– Приказ герцога – чтобы ты помылась и ожидала его в постели.
Дверь захлопнулась окончательно и бесповоротно.
– Стало быть, кто-то тут у нас хочет, чтобы я помылась? – Я прищурилась на длинные ряды разноцветных баночек, заполнявших аж целых три полки. – Ну-ну. Помнится, еще ни одна сволочь не сумела заставить меня сделать то, чего мне не хочется. А уж чего мне точно не хочется – так это выплыть отсюда эдаким нежным чистеньким облачком, которое, разумеется, немедленно засунут в постель, а дальше все будет по-взрослому. Не с этим уродцем, по крайней мере. Запомни, дядя, это я выбираю кто окажется в моей постели, а не наоборот.
Я с размаху вывернула все пять кранов и бронзовая ванна загудела, наполняясь. Напевая себе под нос «желтую подводную лодку», я принялась методично вытряхивать баночки в воду, одну за другой, пока не опустошила их все. Немного подумав, я замурлыкала себе под нос другую песню и принялась шнырять по шкафчикам. Хо-хо, что это у нас тут – магический очиститель труб? Годится! Так, а это видимо хренька для чистки ванн – так чего бы ее не добавить в ванну? Словом, в воде оказалось все, что я сумела отыскать. И тут началось! Неожиданно вода в ванне вспучилась будто какой-нибудь спятивший вулкан, затем забурлила бешенными пузырями и ударила в потолок. Ее беспокойная поверхность исчерчивалась разноцветными линиями, которые складывались в причудливые узоры.
– Йо-хоу! И бутылка рома! – Заорала я, ужасно довольная результатами своей практической химии. Или магии? Впрочем, похоже что в этом мире это одно и то же. Вспомнив о магии, я вытянула руки в сторону нервно подрагивающей массы, которая корчилась в ванне, поминутно меняя цвет, и строгим голосом заявила:
– А теперь ты будешь защищать меня! Стань моим верным охранником отныне и вовеки веков, аминь!
Масса вдруг осела, испуская пузыри, вонь и грязно-фиолетовое свечение, заполонившее ванную комнату будто пар. Фу. Ну и зачем мне такой охранник, скажите на милость? В дверь кто-то постучал, затем стук усилился, минуты через три в дверь уже яростно колотили.
– Занято! – Нараспев крикнула я.
Да уж, быть ведьмой, пожалуй, круто. Никогда еще я так не веселилась. Краем глаза я вдруг заметила какое-то движение. Резко развернувшись, я обнаружила, что из ванны довольно целеустремленно прет какая-то гадость темно-фиолетового оттенка, покрытая серебристыми блестками.
– Кажись, гель с блестками был лишним, – пробормотала я и попятилась. Гадость вылезла окончательно, заняв собой почти все свободное пространство. Она как-то по-собачьи встряхнулась и вдруг открыла глаза. Много глаз. По крайней мере с моей стороны их было не меньше десятка. Увидев меня, существо довольно заурчало и забулькало.
– Что б меня! – Еле выговорила я, совершенно потрясенная. – Вот говорила мне мама, что язык меня до добра не доведет – и на тебе! Живое, прямо живее некуда, подтверждение!
Тварь переливисто забулькала и двинулась ко мне. Я попятилась и уперлась спиной в дверь – в нее по-прежнему долбили и каждый удар неприятно отзывался в моей пояснице. Ах да, я ведь могу просто выскочить отсюда!
Я судорожно зашлепала по двери, не отрывая взгляда от созданного собственными руками существа.
– Харрошая … кстати, а ты кто у нас – девочка? Мальчик?
Наконец пальцы мои ткнулись в задвижку. Выдернув ее, я стремглав вылетела из ванной, едва не сбив с ног пару стражей, захлопнула дверь и навалилась на нее спиной. Герцог был здесь. Быстрым, почти неуловимым движением головы он дал понять своим помощникам, что они свободны. Стражники, коротко кивнув, покинули спальню, плотно закрыв дверь.
Герцог раззявился в широкой улыбке. Он развалился на кровати в исподнем, сверля меня острым взглядом. Дверь бухнула мне в спину и я услышала как тварь обиженно заклокотала.