Чтение онлайн

– Разведи огонь, – велел он и занялся лошадьми. Хорошее дело! А как я это сделаю?

Немного посоображав на тему откуда бы мне чудесным образом вытащить спички или зажигалку, так ничего и не придумав, я решила, что для начала следует набрать побольше хворосту. Набрав изрядную кучу, расчистив и углубив место под костровище и даже обложив его камнями по всем правилам, я снова зависла. Ну и как мне зажечь его?

– Абра, блин, кадабра, – вздохнула я, глядя на заготовку, – елочка – гори!

Плевать хотел хворост на мои вялые слова. Эх, подумала я, как все сложно в этой простой романтической жизни! По мне так куда приятнее сейчас было бы не разжигать сырые сучья, а завернуться в плед с чашкой горячего молока.

Когда Рандаргаст закончил с лошадьми и подошел к моему творению, он сначала онемел от потрясения.

– Что? – С невинным видом спросила я, отхлебнув молока, от которого валил пар. – Я не знаю как это зажечь. Но что смогла – сделала. У тебя есть чего-нибудь зажигательное?

Он как-то странно крякнул, затем негромко засмеялся.

– Ничего себе, ведьма! То есть сотворить себе эту тряпку и стакан молока ты смогла, а зажечь костер – нет?

– Это не тряпка, это плед, – поправила я его, медитируя над молоком, – и я буду в нем спать, потому что сие есть правильно и приятно. Так как насчет огня?

Он протянул руку к хворосту, но ничего сделать не успел – мир вокруг нас вдруг разорвался оглушительным ревом, с силой подул горячий ветер, разметывая камни и хворост.

– Пригнись! – Зашипел Рандаргаст, а я вдруг поняла, что у него за спиной кто-то есть. Потому что с той стороны к нам тянулось что-то неимоверно громадное, оно гневно пыхтело и дышало жаром. Рев повторился и тут я поняла, что к нам тянется морда, здоровенная зубастая морда с янтарно-желтыми глазами. Рандаргаст попятился. Я зачем-то принялась складывать хворост обратно.

– Ляг на землю! – Проговорил Рандаргаст сквозь сжатые зубы. – С ума сошла?

Дракон сунулся к Рандаргасту, но тот вскинул руку и что-то яростно вычертил в воздухе. Морда вскинулась, распахнула пасть, в которую спокойно вошли бы оба наших коня и мы впридачу, и так яростно заревела, что у меня зазвенело в ушах. Сожрет, панически подумала я, и даже не заметит. Или вдохнет. И тоже не заметит.

Дракон оскалился и попытался поймать Рандаргаста, но лишь бесплодно щелкнул зубами – тот успел отскочить. Я кинулась в сторону – не знаю куда и зачем, лишь бы подальше от громадных зубов. В результате этого суетливого бегства, я сунулась прямо перед Рандаргастом, едва не сбив его с ног.

– Уйди! – Зарычал Рандаргаст не хуже дракона. Странно, я всегда считала, что драконы существа разумные и просто так на людей не кидаются. И мне почему-то казалось, что у такого поведения должна быть причина. Медленно, очень плавно, очень спокойно я сделала два шага в сторону дракона и непроизвольно произнесла:

– Ну-ну, тихо, тихо!

– Джуди! – Шипел у меня за спиной Рандаргаст. – Уйди!

Я вскинула руку, не позволяя ему подойти ко мне. Но при этом нутром почуяла, что Рандаргаст прямо сейчас поднимает руки в магическом жесте:

– Нет! Не надо сейчас колдовать! – Яростно выдохнула я. Мне отчего-то казалось, что дракон меня не тронет. Хотя это, безусловно, был ужасно глупый поступок с моей стороны. – Погоди! Не надо шуметь! Наверное, что-то произошло … что-то, что очень разозлило тебя, да?

Я старалась разговаривать с драконом как с разумным существом.

– Ну же, спокойно, мой хороший, мы ведь тебя не трогаем. Что такое? Чего ты шумишь?

Неожиданно в моей голове зашумело, загудело, затем меня качнуло будто пьяную, закружилась голова. И этот гул начал складываться в речь, очень медленную, будто говорящему было сложно произносить каждое слово:

– Я … ранен.

Это дракон. Он говорит в моей голове.

– Смертельно ранен. Я должен … умереть. Уходите. Я не могу умереть … рядом с людьми. Покиньте … это место.

Морда опустилась на землю, затем завалилась набок. Дракон очень часто и шумно дышал.

– Джуди! – Негромко позвал Рандаргаст. – Отойди! Дай мне убить его, пока он не убил тебя.

– Он и так умирает. – Я принялась обходить дракона, который лежал ниже того места, где мы остановились. – Он просит нас уйти. Чтобы умереть спокойно.

– Просит? – Недоверчиво переспросил Рандаргаст, я кивнула.

– Иди лучше проверь как там наши лошади, а то вдруг они убежали. – Велела я, удивляясь тому, что не только веду себя спокойно, но еще и командую тут будто генерал.

Рана была чудовищной: что-то пропороло дракону наискось бок и левое крыло, изломав кости. Переломанное крыло висело обрывками, рана зияла на такую глубину, что в нее вошла бы моя рука по локоть. Густая, ярко-рубиновая кровь сочилась, светясь и мерцая. Я присела и осторожно потрогала край раны. Живот дракона часто-часто раздувался и опадал. Я слышала его хриплое рокочущее дыхание. Вдруг чьи-то руки обхватили меня за талию и осторожно потащили назад.

– Да отпусти ты! – Брыкнулась я, отпихивая подкравшегося Рандаргаста. – Уйди! Не видишь – ему плохо?

– Нам-то что? – Почти беззвучно проговорил он мне на ухо. – Я снова заседлал лошадей, пойдем скорее!

Развернувшись, я со всей силы пихнула Рандаргаста в грудь и снова повернулась к дракону. Он согнул шею, наблюдая за мной. В его глазах я видела невыносимую муку и гордость, которая не позволяла ему реветь в полный голос от боли. Мне вдруг стало его так жаль, что аж в носу защипало.

– Бедный! – Я осторожно погладила его по светлому брюху, притронулась к крылу. – Как же мне жаль тебя! Ты такой … такой красивый! Такой потрясающий! Как бы я хотела, чтобы ты сейчас был цел и невредим, без единой царапины! Как бы мне хотелось этого! Но я не знаю как …

Мир вокруг меня вдруг вспыхнул золотистым мерцанием, в котором мельтешили крохотные рубиновые искорки. Сияние окутало дракона и там, где были его раны, оно начало краснеть, вспыхивая ослепительно-алым, затем золотистое свечение поглотило красноту и медленно растаяло. Дракон всхрипнул, сопнул и вдруг перевернулся на живот.

– Я здоров, – с удивлением констатировал его голос у меня в голове. А я вдруг ощутила такую слабость, что брякнулась на землю прямо там, где стояла. Поразительно. Неужели мне удалось это сделать? Видимо, сопереживание и желание помочь были такими сильными, что у меня сработала магия. Немного подумав, я вообще легла на спину. Так гораздо лучше.