Чтение онлайн

И я не смог… не смог отказать ей в помощи. Ира просила прощения за свою выходку, чуть ли не рыдала, осознав свою ошибку. И мы как-то решили сделать вид, что этого инцидента не было.

А сейчас…

Мать его. От одной мысли, что Марина откуда-то об этом узнала, меня бросает в ледяной пот. Сжимаю кулаки и боюсь дышать.

Потому что своим дыханием могу показать Марине, что тоже не сплю. Но не могла же Маришка просто взять меня на понт? Это не её методы. Тогда откуда? Кто слил? Да и кто мог слить, если никто, кроме меня и Иры, об этом случае не мог знать…

Или мог?

Тогда какой смысл сливать меня жене? Если на меня был компромат, то логичнее сообщить о нем напрямую мне…

Или это сама Ира? Но зачем ей это надо?

Ах ты ж… голова взрывается от переполняющих её мыслей.

— Спишь? — шепчу, прижимаясь губами к уху любимой жены.

Она ворочается и мотает головой.

Поворачиваю Марину на спину, упираюсь ладонью в подушку. Перехватываю её взгляд.

— Мариш, ты у меня единственная.

Её ресницы дрожат, а я молюсь, чтобы она не плакала. Каждая слеза её как нож в самое сердце.

— Мне никто не нужен и не нужен будет никогда.

Она улыбается. Но эта улыбка какая-то обреченная. Или это злую шутку играют тени на её лице?

— Никогда не говори «никогда», — шепчет, чем добивает меня.

Прижимаюсь к её губам, чувствую, как они дрожат. Твою мать… самое последнее, что я хотел, — это как-то обидеть свою девочку.

— Это правда. Я люблю только тебя.

Отводит взгляд. Смотрит в окно и молчит в ответ. И это вышибает из равновесия. Обычно она отвечала тем же. А сейчас…

Мысленно матерюсь. Надо что-то делать. Как-то выводить Маришку из такого настроения.

— А может, в отпуск рванем?

Резко возвращает взгляд на мое лицо и удивленно приподнимает брови.

— А как же твоя работа? — её тихий голос заставляет мое тело напрячься.

Сам не знаю, почему с опаской отношусь к переменам в её настроении.

— Да к черту. Куда денется эта работа? Может, в отпуске и малыша заделаем, а?

Она на мгновение прикрывает глаза, а потом я вижу её улыбку.

— Хорошо, давай.

И эти два слова отправляют меня в персональный рай.

Марина

Кажется, у меня получается усыпить бдительность Наиля. И я понимаю, что не смогу с ним быть… после лжи. Когда у него был шанс все объяснить, он выбрал путь обмана. И это все мне доказало. Ещё раз…

Звоню папе Саше, пока иду по улице. Я стараюсь в последнее время избегать своего водителя, а Наилю говорю, что только гуляю по парку недалеко от дома. И надеюсь, ему не взбредет в голову приставить ко мне охрану.

— Да, дочь, — уверенный голос отчима меня мгновенно выводит из астрала, в котором я нахожусь последние дни, — как ты?

— Привет, пап Саш. Хорошо, — выдыхаю, подхожу к зданию, где у отчима офис, — я тут мимо прохожу. Можно зайти?

Отчим фыркает.

— Спрашиваешь? Конечно можно. Нужно. Жду, даю распоряжение накрывать на стол.

Смеюсь, но смех похож на карканье вороны.

— Бегу.

Сбрасываю звонок и быстро поднимаюсь на его этаж. Там тихо, почти нет людей. Только три кабинета и приемная.

— Добрый день, — улыбается Виктория, помощница папы Саши, — Александр Дмитриевич вас уже ожидает.

Указывает рукой на дверь.

Я без стука вхожу и тут же оказываюсь в объятиях отчима. Вдыхаю его парфюм и словно в детство возвращаюсь. Окунаюсь в воспоминания, как он меня всегда успокаивал, просто обнимая, после очередной двойки или несданного кросса по физре. Говорил, что оценки не важны, главное, чтобы человек был образованным.

— Садись, — папа Саша выдвигает кресло, и я с выдохом усаживаюсь.

Перехватываю на себе пристальный взгляд. Глаза отчима направлены на мой животик. Машинально прикрываю его ладошками.

— Это то, о чем я думаю? — на его лице расцветает улыбка.

Я и сама не могу скрыть радости. Мне так тяжело молчать о беременности, и так приятно, что её замечает родной мне человек.

— Да, только никто пока не знает. Боюсь сглазить, — пожимаю плечами и усмехаюсь, — глупо, да?

Отчим мотает головой.

— С чего бы это глупо? Вспомни маму. Пока живот не полез на подбородок, она делала вид, что просто толстеет.

И правда. После того как отчим напоминает, в голове тут же вспыхивает эта картина: как мама пыталась скрыться за безразмерными одеждами, только бы никто лишний не узнал, что у неё в животе Тим уже. На последних месяцах.

Это было так мило…

— Точно. Я как-то уже и забыла об этом, — прикрываю рот ладошкой и смеюсь.

— Наиль тоже не знает?

Испуганно смотрю в лицо отчиму и мотаю головой. Он поджимает губы. А у меня внутри все замирает в ожидании следующей реплики.

На нервах хватаюсь за первое, что попадается под руку. И этим чем-то оказывается армейская фляжка отчима, которую он переделал под копилку. Подарок сослуживцев, который папа Саша бережет как самую большую драгоценность. Задумчиво кручу её в руках, пока пытливый взгляд папы Саши блуждает по мне.

— Что между вами происходит, дочь?

И этот вопрос срывает все тормоза. Всхлипываю. Зарываюсь лицом в ладони.

— Папа, мне нужен адвокат, — с трудом проговариваю между всхлипами.

— Та-а-а-а-а-ак, — голос отчима становится намного ниже.

А значит, он чем-то серьезно обеспокоен. Ну как чем-то… я-то понимаю чем.

— Рассказывай.

Утираю влажные щеки. Задираю голову и вглядываюсь в стальные полосы на потолке.

— У него есть другая, — сразу перехожу к сути, — и мне нужно посоветоваться с адвокатом, чтобы выйти с наименьшими потерями из брака.

— Ты уверена?

Опускаю взгляд и уверенно киваю.

— Абсолютно. У меня есть доказательства.

Отчим потирает подбородок, смотрит куда-то за мою спину и думает.

— Ну, допустим, толковый адвокат у меня есть. А ты прям решила разводиться?

Киваю.

— Не могу я вот так закрывать глаза на его неверность.

Отчим кивает на живот.

— И детей скрывать?

Закусываю губу до боли, и на глазах снова выступают слезы.

— А ты предлагаешь ему рассказать? Чтобы потом вообще не получить развод?