Чтение онлайн

Карим в эту ночь был по-настоящему счастлив. Его радость не помещалась внутри, а выливалась наружу. Он шутил, громко смеялся, обнимал и тискал жену. В эту ночь они уснули только под утро. В первый раз со дня женитьбы эти двое чувствовали себя счастливыми.

Саида не стала сильно расстраиваться тому, что Карим будет жить отдельно. Говорит же: «Буду приезжать!» Раз так надо, пусть едет. Саида в деревне не остаётся одна. Тем более, скоро у неё будет ребёнок. Сын у неё родится, чувствует это Саида. Ей и за стариками надо ухаживать. Привязалась она уже к ним сильно, особенно к Бибинур-иней. И мужа любит Саида, но он оказался очень грубым, резким человеком. « Что досталось, то и досталось!» – успокаивает себя Саида. Конечно, ей рассказали и о Зульфии. Возможно, мучается Карим, пытаясь забыть свою возлюбленную. Если на самом деле так, будет лучше, если уедет в Утямиш. Дай Аллах ему здоровья!

Сноха моя – друг мой!

В тот день, когда выпал первый снег, Карим уехал в Утямиш. Саида осталась жить с тремя стариками в Ишкуаке. Шенгерей, сначала сильно расстраивавшийся из-за отъезда сына, успокоился. Понимал, почему сын оставляет молодую жену одну. Видел же, как сын переживает, ходит мрачный и чёрный, как сажа. Очень молод, конечно, Карим. Не в состоянии ценить умную, работящую, скромную жену с хорошим нравом. Ему нужны бурлящие чувства, страсть! Он хочет любить! «Станет постарше, остепенится, оценит спокойную семейную жизнь и вернётся», – надеялся старик. Пусть поживёт один. А домашние тут и без него проживут! Может, ещё и легче всем станет. До отъезда Карима Саиде надо было угодить четверым. Среди этих четверых самый требовательный, самый капризный – Карим. «Если всю неделю Карим будет в Утямише, Саиде точно легче будет», – думал Шенгерей. Сама Саида тоже не висла на муже с мольбами: «Не уезжай!». Молчала. Очень терпеливая женщина оказалась.

После отъезда Карима, действительно, жизнь сильно изменилась. Стала течь ровно и спокойно. В доме установилась непривычная тишина. Устал Шенгерей в последнее время от шума и скандалов в доме. Карим часто норовил обидеть Саиду, почти всегда неся напраслину. Шенгерею трудно было молчать в таких случаях. Хотелось защитить бедную женщину. Очень жалел её. Сдерживал себя из последних сил. Но иногда не выдерживал, подключался. Только в таких случаях Карим вспыхивал ещё больше, как если б в костёр добавили керосину. Тогда попадало и самому Шенгерею. В семье возникал огромный скандал, потому что Латифа тоже не любит молчать в таких случаях. Начинали орать все втроём, никого не слушая. Молчали только двое – Бибинур и Саида.

Такие скандалы для Шенгерея не проходили бесследно. Начинало прыгать сердце, в глазах становилось темно. На следующий день лежал, обессиленный. Ему уже нужна спокойная, размеренная жизнь. К тому же в последнее время Латифа стала жаловаться на сильные головные боли. Как не зайдешь со двора домой, всегда одна и та же печальная картина: две его жены лежат на двух кроватях. Нерадостное явление! А старик Шенгерей сам старается вообще не лежать днём в постели. Колхозную лошадь у Шенгерея забрали, в лес и на поле он теперь ездить не может, но с самого раннего утра до поздней ночи что-то делает во дворе и дома, чем-то занимается. Он изо всех сил старается помочь Саиде. Смешно сказать, Шенгерей теперь выполняет даже те работы, которые в молодости не стал бы выполнять ни за что, считая, что эти работы недостойны его, что они роняют авторитет настоящего мужчины. А вот теперь они с Саидой все домашние дела стали выполнять вместе. Если Саида вычищает сарай, то и Шенгерей копошится рядом с вилами. Если Саида чистит дорожки во дворе от снега, Шенгерей опять тут же, с лопатой, помогает, как может. Если Саида стирает, то Шенгерей таскает воду, выливает грязную воду, вешает бельё. Если работа такая, что Шенгерей не может быть полезным, он просто сидит рядом и смотрит, как выполняет работу Саида. Ему очень нравится быть рядом с ней. Он любит смотреть, как она что-либо делает. Какая бы не была работа, она приступает без лишних слов, без всякого недовольства, без всяких лишних движений. Берётся, и делает. Глядишь, уже всё сделано! Шенгерея удивляет и восхищает ещё то, что к любой работе она относится ровно: нет такого, что к этой – она приступает с радостью, а к этой – с нежеланием. Ко всякой работе отношение одинаковое – сделать. Надо же быть такому!

Поскольку много времени проводили вместе, сильно подружились. Шенгерей рассказал ей всю свою жизнь, от начала до теперешних дней. Саида внимательно слушает – ей интересно. Вопросы задаёт. Она привыкла к разговорам с мужчинами – с отцом проводила всё своё время. Постепенно Шенгерей стал делиться самым сокровенным, чем не делился никем. Рассказал Саиде, как он переживает за сына Хаджипа, как ненавидит его жену Бану за то, что в войну ходили слухи о её распутстве. Рассказал о своих подозрениях, что, возможно, она и сейчас погуливает, потому что сын Хаджип часто уезжает в командировки.

Дожив до восьмидесяти лет, никогда не думал Шенгерей, что его закадычной подругой будет сноха!

Карим, сославшись на то, что много работы, приезжал редко. Но, когда приезжал, все занимались им. Все, кроме Бибинур-иней, угождали ему. Карима надо было искупать в бане, все его вещи перестирать, угощать его, не переставая, всякими домашими вкусностями, наготовить и дать с собой. Даже за это короткое время, пока был дома, Карим успевал много раз обижать Саиду. Цеплялся к каждой мелочи. Страдала, наверное, Саида, но виду не подавала. Всё молчала. Удивлялся Шенгерей: «Что за женщина?»

Этой же зимой Зульфия тоже вышла замуж. Её забрал один шофёр из довольно большой деревни за шестьдесят километров от Ишкуака. Говорили, что этот мужчина уже в годах. В один из приездов Латифа сказала сыну об этом. Карим ухмыльнулся. Вышла, так вышла. Кариму всё равно. Это уже в прошлом. Погасло уже пламя любви к Зульфии у Карима. Вон в Утямише полно одиноких женщин! Нисколько не уступают Зульфии. Женщин очень много, а Карим, вот такой – он один!

Наступила весна. На деревьях набухли почки. В эти солнечные дни Саида родила здорового, крепкого мальчика. Шенгерей был просто счастлив. А ведь у него внуки от детей первой жены Бибинур уже взрослые девушки и парни – чего б ему так радоваться? Ан нет, радовался так, как будто впервые в жизни стал дедушкой! И внук был очень хорош! Шенгерей не мог налюбоваться на него! Как раз такой, каким он себе представлял в мечтах! Вместе придумали мальчику имя – Сабир. Шенгерей сделал внуку очень красивую резную люльку. Стал с удовольствием нянькаться. Вся жизнь Шенгерея сосредоточилась на внуке. А Саиде пришлось, оставив маленького ребеёнка, выйти на работу в поле. Весной работы в колхозе особенно много! В обеденный перерыв прибегала домой, кормила малыша, переделывала самые необходимые домашние дела, и убегала до вечера. Альхамдулиллях, здоровье крепкое у снохи!

На работе Саида подружилась с одной женщиной по имени Хадиджа. Она почти такого же возраста, как Саида, у неё тоже маленький ребёнок. Как-то она сказала Саиде, что в деревне ходят слухи о том, что Карим в Утямише гуляет. От таких слов Саиде трудно стало дышать, закружилась голова. Ничего не ответила своей подруге, промолчала. Продолжала работать, как ни в чём не бывало. Но эти слова прочно застряли в голове и никуда не уходили. Обижалась на мужа: Саида тут ухаживает за его пожилыми родителями, растит для него сына, а он – гуляет? Есть на этом белом свете хоть какая-то справедливость? Внутри горел огонь, очень сильно хотелось плакать, но терпела.

Вечером дома слишком много хлопот – на время забыла о своем горе, бегом переделывала всю домашнюю работу. Но стоило лечь в постель – обида, наполнявшая душу, стала вырываться наружу: хотелось рыдать в голос, бить подушку, жаловаться на свою судьбу хоть кому-нибудь, да хоть просто темноте. Но у Саиды нет такой возможности. Стоит шмыгнуть один раз носом, старики сразу же услышат, сядут в своих постелях и начнут расспрашивть, что случилось. Полный дом стариков! Приходилось терпеть. Сна ни в одном глазу. Долго лежала, не зная, что делать. Потом тихонечко встала, оделась и ушла во двор. Свежо и приятно на улице. «Всё равно не могу уснуть. Чем валяться в постели, страдая, пойду-как лучше покопаю огород, а то скоро сажать картошку, а огород не вспахан», – решила Саида. Взяла лопату в сарае и пошла копать. Следом вышел одевшийся в бишмет Шенгерей: «Что случилось, Саида? Почему ты не спишь?» Саида промолчала, продолжая копать. Шенгерей больше не задавал вопросов. Вынес из дома табуретку, сел на краю огорода, поплотнее укутался в бишмет, и то ли уснул, то ли погрузился в думы.

Саида работала до рассвета. Копая землю, думала, как ей жить дальше. Было сильное желание оставить Карима, уйти из этого дома, забрав своего ребёнка. Но как оставишь стариков одних? Вон как любят Шенгерей и Латифа и Саиду саму, и её ребенка. Никогда не обижают. И как оставишь Бибинур-иней? Они очень пострадают, если уйдёт Саида. В чём они виноваты перед Саидой, чтобы их так наказать? И потом, как сына оставить без отца? И, самое главное – куда уходить? В родительском доме ей с её сыном точно нет места, это Саида хорошо понимает. Разведённая женщина – это позор, это – большая редкость и большое несчастье и для самой женщины, и для её родителей. Правда, если отец узнает, что Карим гуляет, он очень рассердится, это точно. Отец Саиды наверняка никогда не изменял матери. Во-первых, он – человек очень верующий. Во-вторых, он очень верен своей семье. Да-а, в родной семье у Саиды отношения совсем другие, конечно. Отец Саиды вообще никогда не повышает голос, как-то умудряется решать все вопросы тихо, без крика и брани. А уж на жену он, тем более, никогда не кричит. Так-то оно так, но, если Саида разведётся из-за того, что Карим гуляет, и вернётся домой, отцу и матери это совсем не понравится. Остаётся терпеть!

Копание земли немного успокоило сердечную боль. Устала сильно. Зашла домой, умылась, подоила корову, покормила своего ребёнка грудью, покормила стариков и отправилась на работу. «Ладно, гуляет Карим – это его решение. У меня есть ребёнок. Мне надо ухаживать за стариками – они нуждаются во мне. Пусть будет так. У него – своя жизнь. У меня – своя», – решила Саида.

Нам другую не надо!

Саида с нетерпением и с сильным волнением ждала приезда мужа. Но Карим не приехал ни на выходные, ни на праздники. Саиде ничего не оставалось, как ждать, ухаживать за стариками и растить сына.