Берсерк. Живущий вопреки
Шрифт:
Я кивнула головой и быстрым шагом вышла из кабинета.
Оставшись в одиночестве, командующий еще некоторое время что-то обдумывал, а затем открыл еще один файл. Это была фотография. Берег озера, небольшая поляна и на ней двое - весело ухмыляющийся парень и равнодушно-задумчивая девушка.
Его сын мог стать серьезной проблемой. Или идеальным решением проблемы.
***
Икари Синдзи. Школа Токио-3.
Шел урок физкультуры. Сегодня была сдача нормативов по бегу на дистанцию три километра. Один из самых легких зачетов на мой взгляд. Там не требовалась какая-то особая физическая подготовка. Требовалось просто бежать. Не останавливаясь. Не сложно, учитывая что бежать нужно было около десяти минут. Хотя отдыхал я потом почти полчаса. Собственно я и сейчас отдыхал. И время от времени поглядывал на соседнюю площадку. Там в бассейне занимались плаванием девчонки из нашего класса. И там же была Рей. Она уже полностью выздоровела и сейчас плавала наравне со всеми. Хотя правильней сказать - лучше многих. Я ухмыльнулся. На этих выходных убедил Аянами съездить на море. Та подозрительно быстро согласилась. И что интересно - мне не пришлось нести всякую чушь о полезности данного действия. И это было хорошо. Завтра у нее реактивация Евы, а послезавтра мы с ней уже едем на море. Можно сказать - все идет просто отлично!
Можно. Вот только одна деталь все портит...
Я пристально смотрю на Рей. Та только что вышла из бассейна и сейчас вытирала голову полотенцем. Все движения были вполне человеческими.
"У Ангелов и Евангелионов совпадение с человеческим ДНК 99,98%".
Интересно, а какое совпадение с человеческим ДНК у Рей? Списать две сотых процента разницы на синие волосы и ярко-красные глаза, каких не бывает ни у одного альбиноса? Или разница еще меньше? Кто ты, Рей? И не в этом ли причина твоей замкнутости, что ты знаешь о своей природе? Не в этом ли причина схожести ощущений, испытываемых мной в контактной капсуле и рядом с тобой?
Тут рядом со мной плюхнулись Тодзи и Айда.
– Все любуешься на свою Аянами?
– Тодзи был в приподнятом настроении.
– И как далеко у вас с ней уже все зашло?
Класс уже больше недели как заметил, что после школы мы всегда теперь куда-то вместе уходим. Естественно слухи пошли самые невероятные. Повесить бы этих болтунов за длинные языки...
Я пожал плечами.
– Все так же. Дальше леса не заходили. Но в выходные поедем на море.
– Икари, ты прекрасно понял, о чем я спрашиваю!
– глаза Судзухары горели нездоровым любопытством.
– Хватит валять дурака!
Я молчал.
– Знаешь, с тобой общаться лишь немногим проще, чем с ней!
– Да, мне проще общаться с людьми постарше, - я вспомнил вчерашний разговор с Рицко и ухмыльнулся. Затем перевел разговор в другое русло.
– Как дела у твоей сестры?
Тодзи сразу стал серьезней.
Четыре дня назад ее перевели из реанимации и мы тут же сорвались к ней. Все втроем. Судзухара правда на нас орал, что мы мол там не нужны. Но и я, и Кенске были непреклонны. И у каждого из нас были свои причины, чтобы идти. Единственное, что нас объединяло - это аргумент в споре с Тодзи. Если он не идет с нами, то мы идем отдельно.
Этот поход в больницу я запомнил надолго.
Сестра Тодзи - Тани - была всего на год младше своего брата. И ее действительно можно было назвать симпатичной. Раньше. Сейчас она представляла собой достаточно неприятное зрелище. Бледное, изможденное лицо; темные синяки под глазами; гипс, целиком покрывающий обе ноги; перевязанное бинтами туловище. Как сказали врачи, ей на ноги упала бетонная плита, только чудом их не отрезав. Роль чуда выпала куску бетона, упавшему чуть раньше и послужившему своеобразной подпоркой для упавшей сверху плиты. А потом на нее упали еще несколько обломков помельче. Итог: сломанные ребра и внутренние повреждения.
Таков был итог моей победы над Ангелом.
Когда мы пришли, она спала, так что поговорить с ней не получилось. Чему я в глубине души был рад. И ненавидел себя за это.
После больницы Судзухара вежливо нас с Кенске послал, сказав что хочет побыть один. Мы все поняли. Единственное, что я ему напоследок сказал, так это то, что если он хочет, то всегда может набить мне морду. Тодзи хотел. Но почему-то не стал.
И сейчас я внимательно слушал, что он скажет.
– Врачи говорят, что поправится...
– Тодзи хмуро на меня глянул.
– А что еще они могут сказать?
Я молча кивнул головой. И действительно, что еще можно было сказать?
***
Домой я вернулся уже вечером. Теперь я часто возвращался поздно. Поначалу Мисато была недовольна моими отлучками, но потом я приспособился делать обед с вечера. После чего моя соседка сменила гнев на милость.
– Ну как прошел вечер?
Разговор происходил на кухне. Мисато только что вышла из душа и была одета... Скажем так, по-домашнему. Проще говоря одежды на ней было ровно столько, чтобы не выходить за рамки приличий, но не больше. Легкий короткий топик, опять-таки короткие шорты и все. Про трусы ничего не скажу, но лифчик она не одела точно. Я это четко видел.
Перевожу взгляд на свою тарелку с едой и пытаюсь не краснеть. Разглядываю продукты, из которых состоит мой обед, будто пытаюсь найти в них несуществующий дефект. И равнодушным тоном отвечаю:
– Хорошо прошел. В эти выходные мы едем на море, - подпускаю толику заинтересованности в голос.
– Вы бы не хотели съездить с нами?
"Аянами это было бы полезно. Да и вам тоже. Вы ведь не только мой командир, но и ее".
– На море говоришь...
– задумчиво произнесла Мисато.
– Молодой человек, а вы подумали, что ваша подружка может там слегка подгореть?
Я кивнул.
– Сегодня я купил соответствующий крем.
– А купальник ты ей тоже купил?
– в голосе Мисато теперь слышалось неприкрытое ехидство.
– И какой размер?
Я чуть покраснел, представив Рей в купальнике не того размера, но ответил все же спокойным голосом.
– У нее есть купальный костюм. В школе-то она не нагишом плавает.
– И много ты видел на пляже девочек в школьных купальниках?
Я задумался. Как-то не хотелось признаваться, что я не слишком часто бывал на море. А когда был, то предпочитал уединенные места.
"Блин! Аянами ведь тоже не любит, когда вокруг много народа! Что делать?"
Ответ пришел почти сразу - надо взять с собой Мисато и попросить ее показать уединенный уголок. Стеба, конечно, не оберешься, но лучше уж так.
– Ладно, Синдзи, не беспокойся! Костюм я ей подберу. Тебе какой нравится - открытый или совсем открытый?
– Мисато начала веселиться. Ну что ж, мы тоже можем.
– Меня сейчас стало больше интересовать, какой будет на вас, - я окинул ее наглым оценивающим взглядом, изо всех сил стараясь не покраснеть. Вроде удалось.