Чтение онлайн

 - А чего ваш гений добивается?
– спросил Савелий.

 Широши с несколько наигранным удивлением натянуто улыбнулся.

 - Известно чего, власти.

 - Власти?
– недоуменно переспросил Савелий.

 - Да, абсолютной власти. Он вбил себе в голову, что предназначен стать абсолютным монархом мира и неуклонно движется к этой цели. Ничто другое его не интересует. Он видит себя во главе единого мирового государства, скорее всего исламского, ибо исламский фундаментализм, по его убеждению, превосходно соответствует абсолютистской власти.

 - А такое возможно?
– Хотя Бешеный и сталкивался с чеченскими боевиками-ваххабитами, но в перспективу, нарисованную Широши, ему верилось с большим трудом.

 - Друг мой, сегодня на Земле возможно буквально ВСЕ. Борьба Добра и Зла обостряется - никогда не забывайте о многочисленных последователях и наследниках Шакала. Кстати, первый ваш дублер погиб в Москве от руки его человека.

 - Так этот ваш Гиз исполняет волю Шакала?

 - Все намного сложнее. Сам Шакал не успел с ним встретиться, а среди его наследников Анри мало кому по зубам. Но сама идея подчинить мир одному, пусть гениальному, но безумцу, людям Шакала в высшей степени любезна, и они будут участвовать в любых акциях, чтобы ее воплотить.

 - А в чем задача людей этого Шакала? Напомните мне в двух словах.
– Савелий почувствовал, что перед лицом подобной угрозы миру он не может оставаться в стороне.

 - Ничего необыкновенного: подогревать в людях наиболее низменные страсти, разжигать любую рознь, желательно с обильным кровопролитием, иными словами, творить повседневное ЗЛО. Нынешнее обострение конфликта двух религий и культур - христианской и мусульманской - огромное поле деятельности для "шакали-стов".

 - Несомненно, - машинально прошептал Савелий.

 - Истоки этого противостояния уходят в глубь веков в борьбу за священный град Иерусалим. Но суть в том, что религия сама по себе не может быть плохой или хорошей. И безгранично подло убедить соседа в том, что тот - плох, потому что мусульманин, или, наоборот, потому что он - христианин. Нагляднее всего эта подлость царит на землях бывшей Югославии.

 Савелий внимательно слушал длинный монолог Широши, не пытаясь его прервать. Он понимал, что близится тот миг, когда ему придется принимать решение и потому жадно впитывал любую информацию.

 - Любому ясно, что в царстве Добра, слугами которого мы с вами, Савелий Кузьмич, являемся, - продолжал Широши, - все религии сосуществуют в мире. А что мы видим сегодня? Настоящую войну незначительной части мусульман против христиан. Как это выглядит, вы сами знаете по Чечне.

 - Да уж, нагляделся досыта. Ладно, Чечня мне понятна, а почему Америка?

 - Вы вряд ли знаете, что духовный лидер Ирана, покойный аятолла Хомейни, злобный и фанатичный старец, неоднократно повторял: "Америка - большой шайтан, а СССР - маленький шайтан!" Вот они и начали с большого. Но будьте покойны, и маленькому "шайтану", которым теперь именуется Россия, уже приготовлены сюрпризы.

 - Тогда нам надо идти на более тесный союз с Америкой?
– полувопросительно высказался Савелий.

 - Союз под лозунгом "Шайтаны любых размеров, соединяйтесь!" - с некоторой долей грусти сыронизировал Широши.
– В перспективной политической логике это верно, но в реальности пока маловероятно.

 - Почему? Американцы же разумные, деловые люди.

 Широши громко расхохотался.

 - Я всегда терпеть не мог Америку: алчную, сытую, самодовольную, мнящую себя пупом Земли. Это негативное чувство к США я успешно внушил Гизу. Но, увы, Россию он ненавидит не меньше: кто-то из его предков погиб там во время похода Наполеона. Дело, конечно, не только в пристрастиях Гиза, осторожно скажем, пока...

 - Почему?

 - Невозможность искреннего и прочного союза России и Америки, уважаемый Савелий Кузьмич, кроется в том, что США, как и наш юный Гиз, хотят единолично господствовать над миром, а Россия не должна и не может согласиться на роль младшего послушного партнера.

 - Конечно, не должна!
– охотно подтвердил Савелий.

 - Таким образом, ясно, что равноправный и доверительный союз США и России в настоящее время невозможен. Хорошо, что они сегодня хотя бы не враги. А вы помните годы, когда две великие державы - СССР и США - находились в постоянной жесткой конфронтации?

 - Мальчишкой был, но, конечно, помню.

 - Мир тогда балансировал на грани ядерного конфликта, способного поставить под угрозу само существование рода человеческого. Сегодня же, когда СССР перестал существовать в силу целого ряда непонятных причин...

 Широши многозначительно замолк, словно рассчитывая, что Бешеный задаст вопрос, который и последовал:

 - Неужели распад СССР произошел в результате происков Шакала?

 - Думаю, что конкретное участие самого Шакала было не столь значительно, но любое разрушение всегда его радовало, - продолжил Широши.
– С исчезновением СССР эта жестко натянутая струна противостояния лопнула, и утративший баланс сил мир погружается в хаос.

 - Почему?

 - Недальновидные американские политические бонзы счастливы от того, что мир стал однополярным, и предвкушают безраздельное господство США в XXI веке, но события, которые, боюсь, неминуемо произойдут в Нью-Йорке осенью 2001 года, и то, что последует дальше, покажут чванливой и самодовольной Америке, какова реальная цена ее могущества и процветания.

 - Вы так в этом уверены, как будто сами эти американские акции готовите?
– В вопросе Савелия был очевиден подтекст, явно не понравившийся Широши.

 - Я, любезный Савелий Кузьмич, довольно много чего знаю. Мои враги не без основания считают меня одним из самых информированных людей на земле, но из этого никак не следует, что я принимаю участие в кровавых террористических акциях.
– Голос Широши был строг и суров.
– Грядущие десятилетия несут политический и экономический хаос, бессмысленные кровавые конфликты, в которых погибнут тысячи невинных людей.

 Широши вперил взгляд в темный экран телевизора, словно провидя за ним череду предсказанных им трагедий.

 - А какова наша роль? Можем ли мы остановить тех, кто эти мерзости готовит?
– Савелий и не заметил, как сказал "МЫ".

 Лицо Широши осветилось улыбкой.

 - Я просто счастлив, что вы так сказали - МЫ. Мы!
– Он еще раз со вкусом повторил местоимение.
– Если вы сказали МЫ обдуманно, - торжественно продолжил он, - то МЫ с вами можем очень многое, побольше, чем Маркс и Энгельс, ибо у тех была только теория, да и то малопродуктивная, а у нас есть знания и умение.

 Савелий внутренне не был готов к сотрудничеству с Широши. Это пресловутое МЫ вырвалось у него случайно и было несомненно плодом русского коллективного сознания и мышления. Говоря МЫ, он имел в виду совсем не Широши, а Богомолова, Андрея Воронова, Константина Рокотова, Андрея Ростовского, может быть, даже Майкла Джеймса. Но отступать было уже поздно и глупо - слово не воробей! А кроме того, пророчества Широши не на шутку его обеспокоили. Ведь в Нью-Йорке живут его любимые жена и сын!