Бешеный жив!
Шрифт:
Отдав должное грузинским блюдам, отменно приготовленным хозяином, Савелий рассказал о сути задания, которое им предстоит выполнить, впрочем, пока не называя имени Марселя.
- Насколько достоверны сведения о том, что готовятся террористические акции на территории России?
– спросил Томаз.
- Они достоверны, а вот конкретные доказательства их достоверности мы и призваны предотвратить, - сурово произнес Савелий.
- Взорвать атомную электростанцию может только либо безумец, либо...
- ...отмороженный фанатик веры, - закончил за него Савелий.
– А таких в Чечне, уверен, вы знаете не хуже меня, более чем достаточно.
- Не могу не согласиться с вами, - вздохнул Томаз.
- Если нет возражений, то давайте перейдем на "ты", тем более, мне кажется, мы все трое побывали за Речкой, а это сближает...
– Бешеный улыбнулся.
- Коль скоро вы об этом упомянули, то признаюсь, что немало лет назад горячо поддержал представление Василия к ордену Боевого Красного Знамени за уничтожение одного крупного командира душманов.
– Николадзе пристально посмотрел на Зарайского.
- Я вас... тебя, товарищ старший лейтенант...
- Уже майор, - поправил Томаз.
- Поздравляю.
– Васек-Беспалый крепко пожал ему руку.
– Так вот, я вас...
- Тебя, Василий, тебя, - снова поправил Николадзе.
- На "ты", так на "ты". В тот день, никогда его не забуду, именно ты и проводил с нами инструктаж и снабдил сведениями о том, где может находиться этот бандит. Остальное, как говорится, было делом техники.
- Послушать тебя, так ты тогда словно к теще на блины сходил. А ведь этот Алимхан постоянно находился в окружении пятидесяти своих головорезов, и ты трое суток неподвижно лежал в засаде, дожидаясь, когда тот на мгновение засветится в твоей оптике.
- Так ведь это и есть техника, - несколько смущенно упирался Васек Беспалый.
- Ладно, ребята, пора от дорогих воспоминаний перейти к насущным делам, - прервал Савелий.
– Исходя из рассказанного мною, какие будут предложения? Особенно хочется услышать тебя, майор.
- Насколько я понял, этот отморозок находится пока в Панкисском ущелье, и нам нужно найти способ либо выманить его оттуда, либо самим достать его.
- Точно, - кивнул Савелий.
- Как будем добираться в осиное гнездо?
- На "Лендровере", - ответил Савелий.
- Нормально, - задумчиво кивнул майор.
– Наиболее перспективно, мне кажется, одновременно поставить на две лошадки.
– Он сделал небольшую паузу.
– Во-первых, попробовать выйти на него, во-вторых, сделать нечто, что заставит его самого выйти на нас.
Савелий с интересом взглянул на нового знакомца: примерно об этом он и сам подумывал, узнав от Оксаны, что Марсель использует в качестве прикрытия торговлю наркотиками.
- Есть одна идея, - проговорил Бешеный и рассказал о том, как намерен сыграть на официальном занятии интересующего их "об®екта".
- На это нужны большие деньги, очень большие, - заметил Николадзе.
- В деньгах проблемы нет, - заверил Савелий.
- А у вас, Серафим и Василий, есть какие-то легальные документы, должности?
- В Чечне с моими документами лучше сразу перейти на нелегальное положение и никому их не показывать, - улыбнулся Василий.
- А у меня только это.
– Савелий достал свое удостоверение, которое внимательно изучил Томаз.
- Подходящая отмазка, думаю, что и там, при соответствующих пояснениях, пройдет.
– Он вернул удостоверение.
– А для тебя, Василий, надеюсь, сумею кое-что придумать, только позволь сделать твою фотографию на память.
– Он подмигнул.
- Анфас, профиль и... фас, - уныло пошутил Василий.
- Хватит и анфас, - в тон ему ответил Томаз.
Он достал из ящика стола "поляроид", сфотографировал Василия и, убедившись, что карточка получилась, сказал:
- А теперь разрешите покинуть вас на час, максимум на полтора. Душ, телевизор, напитки и кровати в вашем распоряжении: прошу не скучать.
Майор вернулся как обещал: ровно через полтора часа.
- Я сохранил свою легенду, которой пользовался в чеченскую кампанию.
– Томаз показал удостоверение исламской организации "Священный джихад", базирующейся в Великобритании.
- Томас Петерсон?
– прочитал Савелий.
– Очень удобно, значит, нужно привыкать только к ударению. А какой документ будет у Василия?
- Я связался со своим знакомым, который поможет нам на первых порах в Чечне для обрастания связями, он и предложил выправить ему удостоверение частного охранного чеченского агентства "Дети Аллаха".
- Неужели такое есть?
– удивился Савелий.
- Сейчас фирмы не существует, но об этом никому не известно, - с усмешкой ответил Томаз.
– Хотя в свое время слышали о ней многие: это агентство участвовало в охране Дудаева.
- Серьезная фирма, а документ не сильно отличается от настоящего?
- Обижаешь, командир.
– Он протянул удостоверение.
– Во-первых, у меня сохранился настоящий бланк удостоверения за подписью самого Гелаева, что же касается детальной проверки, то даже если у кого-то и сохранились списки этого агентства, в чем я сильно сомневаюсь, фамилия и имя этого человека там будут Алимжан Харисович Хамдамов.
- Но Василий же не знает чеченского, - напомнил Савелий.
- А он и не должен его знать, потому что родом из Кисловодска: мама - чеченка, а отец - татарин.
- Надеюсь, настоящий Алимжан нам не встретится?
– спросил Василий.
- По официальной версии он пропал без вести, на самом деле погиб.
– Томаз выразительно провел рукой по горлу.
– Родители умерли, других родственников нет.
- А мне нравится иметь с тобой дело, дорогой Томаз, - одобрительно проговорил Савелий.
- То ли еще будет!
– довольно улыбнулся майор и деловито добавил: - Я не в курсах, насколько вы продумали проблему оружия, и на всякий случай принял кое-какие меры: по прилете нас встретит мой бывший заместитель и снабдит всем необходимым. Хорошо бы нас встретили на том "Лендровере".
- Зачем?
– не понял Савелий.
- Мысль одна пришла...
В Минеральных Водах их действительно встречал, причем прямо у трапа, здоровенный мужчина лет сорока, под два метра ростом. Увидев Томаза, он радостно бросился к нему и крепко обнял, похлопывая по спине и приговаривая:
- Сколько же мы с тобой не виделись, командир!
- Хватит, задушишь, медведь!
– пытался высвободиться из об®ятий майор: было видно, что этой встрече он тоже был рад.
– Познакомься с моими друзьями Серафим и Василий - наши ребята, - и чуть тише добавил: - Афганцы.