Чтение онлайн

Где-то там, за недосягаемыми границами, находилась её комната с кроватью внутри. Где-то там, в самых непроходимых далях, ещё дальше, чем находился край планеты. Миф, в который сейчас и поверить-то было трудно. А огоньки перед глазами блестели прямо здесь, перед ней. Положив руки на стол, она закрыла глаза, и только щека коснулась тёплой кожи, как лампочка сознания в голове временно погасла.

Проснувшись, Мия сразу поняла, что находится не у себя в комнате. Здесь было совсем по-другому, стоило только осмотреться.

Наибольшее внимание привлекала молчаливая фигура перед ней. Незнакомка читала книгу и что-то в этом человеке точно казалось невесомым. Девушка в бледно-голубом платье сидела на стуле, но в этом не было никакой естественности. Ей бы парить, ходить по воздуху и перелистывать страницы, не прикасаясь к ним, таким лёгким был её образ.

Мия не отрывала взгляда от неизвестного ей человека. Она замечала, как загадочная фигура то и дело отрывает взгляд и смотрит на неё, а затем снова возвращается к книге. Не из-за смятения и не из-за того, что хотела показаться незаметной. На этом лице неловко было представить даже робость, не говоря уже о стеснении. Взгляд оставался молчаливым и взрослым. Сама девушка явно относилась к той, куда более отдаленной части жителей замка, которую Мие хотелось назвать «старшей». И Вилсон вместе с Фридой принадлежали к ней, и даже Хлоя. Их объединяло что-то общее, непонятное. Не плохое, но туманное, о чём становилось страшно даже спросить. В компании Эстер и остальных ничего такого даже близко не приходило на ум. Эти различия играли в голове яркими красками. Простота одних и таинственность других.

Девушка согнула страницу книги пополам и закрыла её. Она обратилась к собеседнице тихим голосом, словно по-другому говорить было запрещено.

— Твои волосы в ужасном состоянии. Тебя бы следовало постричь, Мия. Постричь и переодеть в новую одежду. Но главное — искупать.

— У меня нет другой одежды. — Ответ оказался таким же тихим.

— Знаю. Неприятно ходить в одной и той же одежде несколько дней подряд. Поэтому сейчас тебе лучше зайти в ванну и привести себя в порядок. Вот сюда, — она указала на дверь у выхода. — Лучше очень тщательно покупаться. А затем переодеться в это. Оно чистое. — Незнакомка протянула бумажный пакет, в котором лежала бежевая ночная сорочка. — А после этого я приведу твои волосы в порядок. Надеюсь, ты не будешь против.

После этих слов взгляд говорящей упал на книгу. Она начала рассматривать обложку и медленно водить по ней пальцами. Мия кивнула и несколько раз поблагодарила. Ответа не последовало, поэтому она молча встала с кровати и зашла в чужую ванную комнату.

— Я до сих пор не знаю, как тебя зовут. — Сложно было не растеряться.

— Глэдис.

После короткого ответа снова возникла тишина. Непросто было сказать что-то уместное, но банальные фразы из разряда «приятно познакомиться» здесь казались совершенно лишними. Оставалось молчать.

Мия сидела на стуле прямо посреди комнаты. Возникло чувство, что в этой комнате всегда так тихо. Словно на двери при входе висела табличка: «Словам вход воспрещён». Мия ничего не говорила, как и человек, который её стриг. Впервые за всё время в замке появилось сомнение, что стоит произносить хоть что-то. Тишина ощущалась чуть ли не физически, и только звуки, которые издавали ножницы, не делали её всеобъемлющей. Не слышалось ни дыхание Глэдис, ни даже собственное, словно это могло нарушить немоту. Когда надоело смотреть в одну и ту же точку, взгляд сам начал искать то, за что бы мог зацепиться.

В комнате практически отсутствовал настоящий свет. Лампа за спиной не считалась — её включили только для стрижки, всего на пару десятков минут. Но ей здесь было не место, и Мия знала, что стоит только переступить порог, как лампа пропадёт. Её спрячут, может даже разобьют и выкинут, потому что жёлтый свет уродовал это место. На самом же деле темноту разбавлял только сумеречный свет снаружи, но он едва просачивался сквозь облака. Даже несмотря на свет лампы, казалось, что в помещении не было насыщенного цвета — всё разбавлял синий, который становился практически чёрным в самом дальнем конце комнаты, но имел яркий холодный оттенок у окна.

Через зеркало можно было рассмотреть человека за спиной. Глэдис была высокой, волосы её прямыми, помада на губах имела синий оттенок, но на лице — ни намёка на улыбку. Её оттенки были мягкими и даже тусклыми, а цветастость оказалась чужда. В серых глазах читалась отрешённость, а в ней то ли сдерживаемая скорбь, то ли полное самообладание. По первому взгляду никак не скажешь, сколько подводных камней и секретов у таких людей.

Ножницы издавали один и тот же звук. Глэдис продолжала молчать, а свет снаружи всё так же погибал, отдавая власть темноте. В комнате не было лишних вещей. Ничто из увиденного не раскрывало Глэдис как человека, не показывало её интересов и казалось прилипшим к стенам и полу. Здесь отсутствовал какой-то уют, но именно в этой комнате его искать не имело смысла. Вместо него ютилось одиночество, о котором никто не привык говорить и которое не являлось чем-то лишним. Тут не оставалось места больше, чем для одного человека, а Мия оказалась скорее почётной гостьей, но временной.

И почему-то возникло чувство, что даже если тебя обнимут и ты ляжешь под самое тёплое одеяло, то в этой комнате тебе будет всё равно холодно.

— Всё, — шепнула Глэдис, и Мия дрогнула. — Не бойся. Тебе, кажется, идёт.

Девушка на пару секунд отошла и вернулась с маленьким зеркалом, которое можно было повертеть в руках. Мия оценила результат работы: волосы стали короче, но выглядели куда более ухоженными. Когда она родилась, то кожа побелела, глаза стали серыми, но волосы остались такими же, первородными. Однажды, когда она поднесла лепестки мака к своим прядям, они слились из-за схожести цвета. Можно было считать, что красный импонировал ей с первого дня жизни.

— Спасибо большое. Я перед тобой в долгу.

Ответом стала улыбка, пусть и не широкая. Мие приятно было увидеть, что этот человек испытывает радость от её слов. Она улыбалась по-своему, не как кто-то из тех, с кем уже довелось познакомиться.

— Нет, не в долгу. Я при возможности поеду и выберу тебе больше вещей.

Тут же захотелось спросить, не составит ли это труда, но Мия решила отталкиваться от того, какие ощущения вызывал человек перед ней. С Глэдис, кажется, всё работало немного иначе, чем с другими. Она предложила не в надежде услышать отказ, не просто ради вежливости. Мия благодарно кивнула.

Снова наступила эта тишина, время в которой текло медленнее. Несколько секунд, которые можно было разобрать на кадры. Взрослая женская ладонь коснулась девичьей щеки, аккуратно, стараясь не обидеть. А взгляд приковывал к себе и словно что-то обещал, чего юность пока не могла понять. Осознанный и уверенный, он казался по-своему запоминающимся. Бледно-голубая загадка, не способная обидеть и отвыкшая от речи. Это была серость в лучшем понимании этого слова.

— Возьми. Это чистые вещи всего на пару дней. А пока иди. Экономь время.

Мия не глядя взяла пакет и вцепилась в него пальцами. Она кивнула, и стоило только переступить порог комнаты, как окружающие звуки вернулись, словно никуда и не пропадали.

Лёжа на своей кровати практически неподвижно, запросто можно было ощутить, как ноет всё тело, а энергия окончательно пропадает. То ли это всё ещё сказывался эффект странного чая, то ли просто день выдался очень сумбурным. Здесь царило спокойствие и больше ничего. Пока что. Тишина нарушилась тихим стуком, а затем ручка двери повернулась.