Чтение онлайн

Отвернувшись от Дженни, она прошагала через всю гостиную и остановилась перед окном, выходящим в сад. Чуть постояв, заговорила снова:

– Ты ведь всегда буквально из кожи вон лезла, чтобы привязать меня к нему и к его дому, да?

– Не говори ерунду, Бетт! – вспыхнула Дженни. – Я всегда думала лишь о том, что лучше для вас с Лорной, и уж конечно и в мыслях не держала подтолкнуть тебя на какой-нибудь опрометчивый шаг.

– Опрометчивый! Ха-ха-ха, вот так потеха! А хочешь кое-что знать? Она резко развернулась и прошагала к Дженни. – Все беды в мире из-за таких доброхотов, как вы с Полом! Уйди я от него много лет назад, у каждого из нас еще оставалась бы надежда на личное счастье. Но нет, добропорядочный доктор Хиггинс и мысли не допускал, чтобы его бросили. Да и ты еще вечно подтявкивала, напоминала, что мое место рядом с ним и с Лорной. Что ж, ну а теперь, коль скоро ты у нас завтра уезжаешь… Ты ведь завтра отбываешь? Дженни не ответила, и Бетт продолжила: – Так вот, я решила сказать тебе, что все твои усилия пошли насмарку, потому что очень скоро достопочтенный доктор Хиггинс навсегда вылетит из Фелберна вверх тормашками; и дома своего он тоже больше не увидит! Я ведь всегда тебе говорила, что утру ему нос, верно? Вот наконец мой час и пробил.

– Господи, Бетт! Что случилось?

– Сейчас объясню, – заявила Бетт, останавливаясь возле камина. – Ты ведь всегда по нашему здоровячку слюнки пускала, да?

Сердце Дженни оборвалось.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – еле слышно пролепетала она.

– Знаешь, – недобро усмехнулась Бетт. – Отлично знаешь. Ты его всегда святым считала, тогда как я была исчадием ада. Скверной девчонкой. Верно?

Дженни глубоко, с нескрываемым облегчением вздохнула, потом сдержанно заговорила, уже нормальным тоном:

– Послушай, Бетт, я просто пыталась быть объективной, не принимать ту или иную сторону. Мне казалось, что так справедливее.

– Да, я знаю. – Бетт громко щелкнула пальцами. – Ты у нас столп справедливости. Однако все это время ты считала, что я во всем виновата. Зло исходило только от меня. Послушай же теперь, что я тебе скажу… Хотя… – она приумолкла, потом закончила злорадным голосом: – Может, это для тебя и не новость, если он с тобой делится.

Во рту Дженни внезапно пересохло. Затаив дыхание, она ждала.

– Ты знаешь, что у него есть любовница? – мстительно спросила Бетт. Что он ее уже много лет содержит?

Дженни показалось, что ее проткнули раскаленным ножом; она даже покачнулась, но удержала равновесие.

– Что, знала или нет? – вызывающе спросила Бетт.

Дженни с трудом покачала головой из стороны в сторону; потом, словно подстреленная птица, проковыляла к креслу и опустилась на него.

– А хочешь знать, кто она? – не унималась Бетт. Придвинув к себе другое кресло, она присела на краешек и вперилась в Дженни. – Айви Тейт.

– Айви! Та самая Айви, которая…

– Да, та самая Айви, которая… работала в моем доме три года. Представляешь? Вот гадюка! – Глаза Бетт засверкали, кулачки сжались. – Я готова была убить мерзавца! Собственными руками задушить. Айви Тейт – самая обычная, заурядная, дешевая, потасканная мещанка! Впрочем, он получил то, что заслуживает. Я ему и прежде это в лицо говорила: он весь пошел в своего деда, сборщика металлолома и прочей рухляди. Почему, по-твоему, он не хотел переехать в богатый район и практиковать там? Да потому что рядом с приличными людьми ему делать нечего! Отхожий Тупик – другое дело. Тут ему самое раздолье. С людьми вроде Мэгги Свон. "Ах, Мэгги, милая Мэгги…" Ноги этой стервы ноги в моем доме не будет! Я ее выброшу еще прежде, чем он у меня отсюда вылетит! Мэгги! Вот гадина!

– Но… какие у тебя доказательства? – Дженни сидела с низко опущенной головой, говорила она медленно, с трудом выговаривая слова. Она чувствовала себя вконец разбитой. Господи, как она могла быть такой наивной и глупой? Огромный и яркий мужчина – конечно, он не мог обойтись без женщины. И как ей это только раньше в голову не пришло? Боже, какая она дура! А Пол? Все эти годы встречался с женщиной, а ее… ее оттолкнул…

– Доказательства? О, их у меня предостаточно. В последнее время я трижды звонила ему в клуб, чтобы передать телефонограмму, но всякий раз мне отвечали, что он уже уехал. Тем не менее домой он заявлялся только в одиннадцать, а то и позже. Я бы, правда, особого значения этому не придала, если бы Джеймс не сказал…

– Джеймс? Неужели ты можешь поверить Джеймсу Ноулсу? – воскликнула Дженни.

– Да, я верю Джеймсу Ноулсу, – отрезала Дженни. – Во всяком случае, куда больше, чем этому дылде. Но это неважно – глазам-то я своим могу верить, надеюсь? А я, если хочешь знать, его выследила. Джеймс мне сказал нечто вполне невинное. "У Пола есть один больной, который живет за городом, – сказал он. – В Мур-Лейне, по дороге на Бекли. Я видел его там несколько раз". Услышав про Мур-Лейн, я сразу насторожилась. Сама-то я никогда там не была, но вспомнила, что именно в Мур-Лейне жила Айви Тейт, а Пол ездил потчевать ее больного мужа. После этого она и появилась в нашем доме. Так вот, я проверила его книги: Айви числится среди пациентов, хотя ничем вроде бы не болеет, да и лекарств он ей не прописывает. Вот я и решила его выследить. Трижды за последнюю неделю я дежурила поздно вечером на выезде из Мур-Лейна, и вот, представь себе, воочию увидела, как он выкатывает оттуда на своем автомобиле. Мерзавец, так и прибила бы его на месте!

– И что ты собираешься делать? – безжизненным тоном спросила Дженни.

– Что делать? – переспросила Бетт, воинственно оскалив зубы. – Я уже начала военные действия. Больше всего на свете он мечтает получить новое назначение. Так вот, я устроила так, что он его уже не получит.

– О нет, Бетт! – не выдержала Дженни. – Только не это. Как ты могла?

– А вот так! – ощерилась Бетт. – Теперь он у меня попляшет.

– Но тебе-то это зачем? Ты же и себе могилу роешь. Если он не получит, эту практику, тебе ведь тоже рассчитывать не на что.

– А ты не знаешь, что Пирсоны предложили ему двадцать тысяч фунтов за дом? Они хотят установить здесь еще один холодильник. Да и городские власти хотят расширить территорию Технического колледжа. Предложение Пирсонов он отклонил, но посмотрим, как он теперь запоет.

– Но зачем вам двадцать тысяч фунтов, Бетт, если он останется без работы?

– Речь идет не только о двадцати тысячах, Дженни. Он должен получить еще десять тысяч по страховке, которую оставил ему покойный папаша. И еще пятнадцать тысяч у него в старых акциях, цена которых, должно быть, выросла уже вдвое. Но мне не только эти деньги нужны. Нет, я хочу, чтобы он вообще без ничего остался, чтобы последние штаны отдал! Я уже давно мечтаю выгнать его из этого проклятого дома. Прежде я даже не надеялась, что мне удастся лишить его практики, но теперь, когда я подам на развод из-за того, что он связался с другой женщиной, да к тому же еще и с собственной пациенткой… Да. Я по ночам представляю, как он стоит перед членами совета… И еще одно я точно знаю: сегодня вечером он свою драгоценную Айви не увидит, я приготовила ему иную судьбу.

– Что ты имеешь в виду?

– О, ты только потерпи немного – сама увидишь.

– Ты просто обезумела, Бетт. А про Лорну ты хоть подумала?

– А при чем тут Лорна?

– Как она ко всему этому отнесется?

– Не знаю, Дженни, да и знать не хочу. Мне сейчас не до Лорны. Тебя это тоже удивляет? Девчонка в последнее время совершенно распустилась, почти совсем не разговаривает со мной…

– А знаешь из-за чего, Бетт?

Глаза Бетт гневно сверкнули, но Дженни показалось, что в них мелькнул страх.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ты сама это знаешь, Бетт, ни к чему вдаваться в подробности. Не хочу причинять тебе боли, но неужели ты сама не понимаешь, что пора бы уже и образумиться?

Бетт хрипло задышала. Потом, встав с кресла, она попятилась на пару шагов и лишь тогда сказала:

– Вот что, моя милая, я долго держалась, но теперь, пожалуй, скажу! Так вот, я тебя ненавижу даже больше, чем его, поняла? Ненавижу!

Дженни вздрогнула; не столько из-за этих страшных слов, сколько из-за перекошенного лица Бетт и нескрываемой злобы, с которой они были произнесены.