Чтение онлайн

Богдан нашёл ещё пятерых желающих присоединиться к егерям. Вернее, четверо из них не знали, что хотят присоединиться, но подходят нам по навыкам и умениям. А один был самым настоящим добровольцем.

Решили назвать будущих спецназовцев — взводом застрельщиков, дабы не привлекать излишнего интереса. Понятие обтекаемое, заодно шпионы не должны обратить внимание. Можно и пластунами их назвать, но по мнению Якова нашим новичкам до этого звания как до Луны сракой. В чём я с ним полностью согласен.

Не успел обрадоваться, что дела с десятком наладились и с ротой тоже есть подвижки, как народ повалил нескончаемым потоком.

Волков решил не мелочиться и привёз сразу всех людей, о которых я его попросил. Вернее, кроме одного, который должен был прибыть в ближайшее время.

Дворец практически опустел, если сравнивать с тем столпотворением, что творилось совсем недавно. А скоро в столицу собирается перебираться Блок. Оставляет только своего наиболее талантливого в ученика-хирурга, Вольфганга Вольфа. Я этого товарища с волчьим именем и фамилией выпросил строго для егерей. Травм, думаю, будет у них немало. Заодно и сам со своим окружением буду пользоваться.

Вольфганг был молчаливым крепышом немного за тридцать, говоривший с сильным акцентом. Начинал, как и Блок в армии. Нельзя утверждать, что он был полноценным учеником Блока. Правильнее сказать, что врач повышал свою квалификацию у более опытного коллеги. В плане хирургии Вольф был хорош и ранее. У Ивана Леонтьевича он ознакомился с новинками в виде гигиены, обработки инструментов, наркоза, перевязочным материалом и всякими мелочами. По словам Блока, Вольф не просто хороший, а талантливый врач, но ещё авантюрист, независимый и крайне неуживчивый человек. Чего он тогда делал в армии не понятно. Должность доктора егерей Вольф принял без раздумий. Чем мне ещё понравился немец, тем, что взял себе в ученики одного из солдат моей роты, имевшим склонность к лечению. В перспективе хотели обучить ещё несколько человек. Солдат тоже надо лечить, мелких травм в армии хватает. Также к нему в ученики напросился местный парнишка Макар Бахарин. Макар был сыном свободного крестьянина, работал помощником аптекаря в Питере. Парнем он был любознательным и активным, чего в аптеке не ценили. Знаний особо не давали, зато с затрещинами и подзатыльниками дефицита не было. Он ещё в столице напросился к Блоку, а потом как-то перешёл в подчинение к Вольфу. В Новгороде остался с радостью, благо семья живёт здесь же. Отец его перешёл из крестьян в мещане и занимается торговлей.

Гостей разместили в отдельные комнаты, уж этого добра пока хватает. Сначала решил переговорить с Волковым, а потом уже с его креатурами.

Разговор состоялся поздно вечером. Я сегодня ужинал у губернатора и вернулся поздно. Так что гостей не видел, перекинулся только парой слов с Иваном Сергеевичем, который сам посетил усадьбу.

— Ваше Высочество, — начал Волков без предисловий, — Хочу начать по нашим иностранным делам. Я обдумал полученные от вас указания и отправил в Бремен и Голландию человека с посланием и рекомендациями. Сейчас зима и навигации по Балтике нет, поэтому гонец поехал через Пруссию в составе небольшого каравана немецких купцов. Перемещаются они не очень быстро, но надеюсь, к началу февраля гонец доберется до Боде и в середине месяца до Вирсмы. Ответ мы получим уже с началом навигации, скорее всего в апреле.

— Так же хочу сообщить, что я взял на себя смелость и внёс небольшие правки в ваши рекомендации. Яннесу я сразу поручил купить две или три голландские лодки, они называются "palingaak" и перегнать их в Берген. Эти лодки предназначены для перевозки улова. Правда сейчас действует морская блокада со стороны Англии, что создаёт дополнительные трудности. С другой стороны будет проще найти экипажи и не станут англичане гоняться за каждой небольшой лодкой. Они сейчас нуждаются в продовольствие, как вы заметили, и затея с рыболовством должна получиться. Деньги Вирсме так же отправлены. Ему хватит на покупку нескольких лодок, дома в Бергене, найме экипажа и организации производства по солению рыбы. Не будем ограничивать себя торговлей только с Англией, рыба нужна всем и это хороший способ заняться разведкой, перевозить корреспонденцию и запрещённые товары. Дело это не на один год, но я написал Яннесу, чтобы тот не мелочился и сразу начал строить большую компанию.

— Вы сделали правильно, что внесли изменения. Я не совсем разбираюсь в реалиях этого промысла. А что по Боде?

— По купцу я тоже внёс изменения. Не нужно ему открывать банк в Норвегии. Это действительно глубокая провинция, не уверен, что там вообще знают о существование банков. Со временем откроем там филиал. К тому же надо учитывать, что банк привлечёт к себе внимание, а нам нужно поддерживать связь и наших людей будет легко определить. Нужен большой город и желательно в недружелюбной для России стране, чтобы совсем запутать противников. Я предложил Боде перебраться в Стокгольм. Достаточно большой город, там повышенная деловая активность, крупный порт и Швеция наш традиционный враг. И связь поддерживать гораздо проще.

Я выслушал небольшую речь Волкова и начал понимать, какой шикарный подарок сделала мне Екатерина, просто царский. Я получил не только хорошего специалиста, но ещё умного человека, который может взять инициативу на себя. Сергей Иванович тем временем продолжил.

— С самой покупкой банка тоже не всё так просто. Банков в немецких землях сейчас не так много и они в основном принадлежат монаршим домам или жидам. Покупать какой-нибудь итальянский или голландский банк неразумно. Боде получит ваши записи по работе банка, дополненные моими рекомендациями и просто откроет новый банк в Стокгольме. Война уже подбирается к Северной Германии, поэтому он сможет сразу нанять работников для нового банка. Сомневаюсь, что тамошним жителям придутся по нраву французские порядки, ещё и ограбят до нитки. Конечно всё будет под видом братства и свободы, — улыбнулся Волков.

— Мне очень понравилось, что вы самостоятельно приняли такое решение. Приятно иметь дело с умным человеком. Значит, ждём апреля и новостей из Норвегии и Швеции. И меня только что посетила мысль. Если у нас возрастёт объем корреспонденции, то не имеет ли смысл для ускорения её передачи, купить своё судно? Не отвечайте сразу. Обдумайте это дело и позже сообщите ваше решение.

Волков кивнул в знак согласия и продолжил своё отчёт.

— Весточку в Сибирь я отправил обоим интересующим вас людям. Что касается людей, приехавших со мной, как вы и просили, нашёл фанатиков своего дела, — сказал Волков и улыбнулся, — Одному из них даже преклонный возраст не помешал быстро собраться и выехать с вами на встречу.

— Весточку в Сибирь я отправил обоим интересующим вас людям. Что касается людей, приехавших со мной, как вы и просили, нашёл фанатиков своего дела, — сказал Волков и улыбнулся, — Одному из них даже преклонный возраст не помешал быстро собраться и выехать с вами на встречу.

— Рудознатец Эрик Краузе, — начал говорить Волков и прервался, увидев, что я улыбаюсь, но после моего кивка продолжил, — Родом из Саксонии. Окончил университет в Дрездене, давно на русской службе. Человек образованный и увлечённый работой. После последней экспедиции на Урал был очень холодно встречен в Академии. Пишет какой-то научный труд, подробностей я не знаю. Очень хочет доказать нашим академикам, что его идеи обошли стороной незаслуженно.

— Честолюбие, помноженное на обиду это хорошо. Кто следующий?

— Михаил Фролов, горный инженер. Племянник того самого Козьмы Фролова[2], который построил на Алтае чудо-плотину и ещё множество механизмов на Урале. Был в столице по делам, так же делал доклад в Академии.

— И тоже остался неудовлетворён отношением? — спросил я с усмешкой?

— Нет. Авторитет Козьмы Фролова в горнозаводских и гидротехнических делах столь велик, что не могли они встретить его прохладно. Заслуги Фролова оценены Её Величеством и с его работой знакомы во многих странах Европы, — с гордостью произнёс Волков.

Я слегка завис. Никогда не слышал про такого инженера. Хотя о многих ли наших изобретателях и конструкторах помнят потомки в XXI веке? Эти жертвы ЕГЭ скоро таблицу умножения без калькулятора не смогут посчитать. А на вопрос, кто такой Ломоносов и Менделеев ответят в лучшем случае, что это герои Marvel.

— Ранее я не очень интересовался нашими изобретателями, есть грех. Но если вы говорите, что привезли ученика самого Фролова, то значит, он стоит моего внимания.

— Благодарю за доверие, — видно, что моя лесть Волкову понравилась, — Ещё я имел смелость пригласить инженера Кулибина[3]. Личность противоречивая, в Академии к нему относятся весьма скептически, уж очень он навязчив своими проектами. Да и его манера ходить в русском кафтане с бородой до пояса, кроме, смеха ничего не вызывает. Хотя как-то сделал полезное дело, отремонтировал часы «Павлин», которые граф Потёмкин привёз из Англии. И вообще, умеет удивить своим механическими подделками. Фейерверки у него лучшие, за что и ценят его в столице. Я что-то не то говорю, Ваше Высочество?