Чтение онлайн

— Не может быть, — не поверил я.

— У меня и адрес его где-то сохранился, но такая разруха, — хитрый дед сокрушенно покачал головой, — ничего найти не могу. Надо ремонт делать, но без спонсорской помощи не поднять все самому.

Я достал из кошелька тысячу рублей и положил на стол.

— Хочу пожертвовать на ремонт музея.

— Спасибо, благодетель, — улыбнулся Борис Борисович, — на Овражной улице он живет, дом 3. Это почти у самого леса.

Я вышел из музея и зашагал по дороге в сторону автобусной остановки. Прошлый раз тяжелые покосившиеся чугунные ворота были закрыты на замок, но сегодня они были распахнуты настежь. За ними можно было разглядеть облезлую дверь и стену, расписанную свастиками и собачьими головами. Рядом с воротами на низкой скамеечке развалился толстый бритый парень лет 20-ти. Он курил и пил дешевое пиво из банки. Хлопнула дверь и к нему подошел худой дерганный субъект в кожанке, из-под подвернутых потертых джинсов торчали высокие шнурованные ботинки. На завсегдатаев «качалки» они походили мало, и, если бы не бритые головы и характерная одежда, их можно было бы принять за обычную уличную шпану.

— Здорово дядя, — окликнул меня толстяк, — не боишься по городу в таком плаще ходить?

— Нет, — ответил я и быстро зашагал по дороге.

— Эй, дядя, постой!

Я решил не останавливаться.

Чтобы добраться до автобусной остановки, мне нужно было пройти по открытому месту метров 10 и пересечь небольшой лесок, превращенный местными жителями в подобие городской свалки. Среди зарослей ольхи и черемухи лежали груды ржавого железного хлама. У самых кустов я быстро оглянулся и увидел, что мои новые знакомые решили пуститься за мной в погоню. Место было безлюдное и тихое, и похоже парни хотели поживиться за мой счет. Когда заросли укрыли меня от преследователей, я свернул с дорожки и спрятался за стоящим на боку кузовом старого «Москвича». Скинхеды появились через несколько минут. Они выбежали из-за поворота и остановились. Толстяк запыхался и тяжело дышал.

— Куда он подевался? — спросил тощий парень.

Дорожка в этом месте была прямая, как стрела, и далеко просматривалась.

— Здесь, где-то, — проворчал толстяк, — спрятался червяк.

— Ничего, — тощий хихикнул, — никуда не денется.

В глубинке молодежное движение может принять, какую угодно извращенную форму. Работы в городе нет, перспектив никаких и подростки, закончив школу, сбиваются в опасные стаи. Высокие идеалы ничего не значат, а принадлежность к группировке позволяет чувствовать себя в относительной безопасности. Мне не приходилось сталкиваться в Питере со скинхедами, возможно они довольно милые люди и не задевают прохожих по пустякам, но здесь передо мной оказалась обычная шпана, с которой нужно было держать ухо в остро.

Вечно прятаться в своем укрытии я не собирался, поэтому подхватил с земли увесистый железный стержень и вышел на открытое место.

— Здорово, фашисты!

Теперь я оказался за спиной своих преследователей. Они обернулись. Тощий сделал шаг назад и в сторону, и осклабился. Казалось, что мое появление их не напугало, а скорее позабавило. Меня они не боялись и можно было с уверенностью утверждать, что от рук этих мерзавцев пострадал не один человек.

— Палочку взял, — толстяк хохотнул и стал закатывать рукава рубашки, — ну, сейчас я тебя размажу.

Он пошел прямо на меня. Парень был явно не дурак подраться, если заедет в голову пудовым кулаком, то мало не покажется. Я поднял руку с железной палкой.

Не стоит доставать оружие для того, чтобы напугать хулигана, тем более если Вы не собираетесь пускать его в ход. Я был уверен в том, что этой парочке уже неоднократно пытались дать отпор. Возможно, какой-нибудь бедолага, так же, как и я, тоже хватался за первое, что попадется под руку. Для того, чтобы ударить человека нужно иметь характер и злость. Далеко не у всех, даже в критической ситуации, хватит на это силы духа, и мои преследователи хорошо это знали.

Толстяк шел прямо на меня, а тощий, которого я уже окрестил про себя «хорьком», стал заходить сбоку. Когда-то я занимался фехтованием, и сейчас в памяти сами собой всплыли слова учителя: «Рука с оружием подни-мается вверх со сгибанием в локте, острие описывает дугу над головой, кли-нок, следуя вдоль тела, заносится за левое плечо, кисть проходит над головой слева и…»

Одним словом, я сделал шаг вперед, мгновенно сократив дистанцию, и произвел классический круговой удар по голове слева. Видимо толстяк не ожидал, что я пойду в атаку. Он попробовал выставить руку, но опоздал, помешало выпитое пиво.

Череп у него оказался на удивление крепким, но от сильного удара, он охнул, сел на землю и обхватил голову руками. Я совсем не был уверен в том, что одного раза для него будет достаточно, поэтому, на всякий случай, врезал ему ногой. Он упал и защищаясь, выставил вперед руку.

«Хорек» удивленно уставился сначала на меня, потом на своего раненного товарища, и выхватил из кармана нож.

— Брось ножик, изувечу, — угрожающе сказал я.

С ужасом глядя на своего поверженного товарища, тощий бросил нож и отступил.

— Ты чего мужик, в натуре, — заблеял он, — ты же убил его наверно. Ты чего…

— Вы, поганцы, мужика у гаражей пришили?

— Ты чего, чего, — окончательно перепугался «хорек», — какого мужика?

— Которого якобы оборотень загрыз. Пришили и морду свою собачью рядом нарисовали.

— Не мы это, собака его загрызла, — завопил тощий. Он совсем побелел от страха, наверно решил, что я пришёл мстить за убитого.

— А морду собачью кто нарисовал?

— Да, мы ее везде рисуем, по всему городу.

Толстяк закряхтел и попробовал подняться. Задерживаться здесь мне совсем не хотелось, во-первых, не понятно, на что был способен «хорек», а во-вторых из «качалки», в любой момент, могло появиться подкрепление.

— Бери дружка и валите отсюда. Пойдете за мной, точно убью, — сказал я.

«Хорек» подхватил приятеля и с трудом потащил через кусты. Я подобрал выкидной нож, сложил его и убрал в карман, и часто оглядываясь, зашагал к остановке. Палку я выбросил по дороге. Ждать автобуса было небезопасно, мои новые знакомые могли вернуться, поэтому я поймал попутку и через десять минут был уже возле больницы.

Где находится Овражная я хорошо знал. Когда-то много лет назад на этой улице жил мой приятель Димка. Уже тогда большинство домов стояли пустыми, а теперь, наверно, и вовсе развалились и заросли ивняком. Улица эта шла от самого леса к старой водокачке. Прошлый раз, собирая грибы, я видел в зарослях, какие-то строения, но подумал, что кроме развалин ничего не найду. Кстати, именно там я последний раз видел Банника.

Если бы меня спросили, какого черта я слоняюсь по округе, высматриваю и вынюхиваю, я бы затруднился ответить честно. Наверно мне хотелось уйти от личных проблем, окунувшись с головой в никому не нужное частное расследование. В детективных романах все просто, произошло убийство, и задача главного героя состоит в том, чтобы найти виновного. В моем случае единственным подозреваемым остается собака, волк или непонятное сказочное существо. Кого мне искать и главное зачем? Даже если в доме лесника я обнаружу ужасную собаку, с мордой вымазанной кровью Пашки Грушина, что прикажете с ней делать?

Несмотря на первые заморозки, грибы еще росли и, когда я подобрался к покосившемуся забору, в руках у меня был почти полный пакет. Я свернул на неприметную тропинку и вышел к калитке. Вокруг дома росли высокие кусты черноплодной рябины и шиповника. Из-за забора раздавалось многоголосое тявканье и поскуливание.

— Добрый день! — крикнул я и потянул на себя сгнившую дверцу. Калитка легко поддалась, и я вошел в неухоженный сад. Стоило сделать несколько шагов, как со всех сторон, ко мне кинулись маленькие щенки разных пород и расцветок. Казалось здесь их собралось не меньше десятка. Я замер, с удивлением разглядывая этот забавный зверинец.