Беспощадная красота
Шрифт:
— Хорошо, — протягиваю я. — Тогда мы едем в другой аэропорт.
— Я не хочу, чтобы ты рисковал, — говорит мне Себ. — Я хочу, чтобы ты убрался из этого дома, потому что держу пари, они знают, где ты остановился. Особенно, если им разболтал тот маленький кусок дерьма, которого ты ударил. — Он делает глубокий вдох. — Надеюсь, у тебя была для этого веская причина.
— Он сам начал, — встревает Изабела, защищая меня. — И знаешь, возможно, я тоже наставила оружие на этого чувака. Если он злится, то это наша общая вина. Не только Нико.
На другом конце телефона раздаётся смех.
— Надо было догадаться, что с вами двумя, сорвиголовами, что-то да случилось бы. Ну что ж. Вот, пожалуйста.
— Она будет в безопасности, — обещаю я. — Я вытащу её отсюда. Если понадобится, мы будем переезжать каждую ночь, пока не станет безопасно вернуться. Я не позволю своей семье и пальцем тронуть её.
— И ты тоже, Нико, — говорит он. — Мы хотим, чтобы ты тоже вернулся домой. Не будь мучеником.
Я хмыкаю.
— Мы свяжемся с вами.
— Люблю тебя, папа.
— Люблю тебя, моя девочка. Будь осторожна. Помни о подготовке. Выбирайтесь оттуда живыми.
— Выбраться живыми, — повторяет она и кладет трубку.
— Одевайся. — Я встаю, хватаю её джинсы и швыряю ей. Она ловит их, но смотрит на меня так, будто я сошёл с ума. — Что? — спрашиваю я.
— Мы не собираемся… — Она смотрит на меня.
— Что?
— Заканчивать! Мы не собираемся заканчивать? — Она выглядит удивлённой, от того, что я осмелился предположить, что мы не будем трахаться прямо сейчас.
Она рехнулась.
— Одевайся. Собирай вещи. Мы уходим.
— Боже, ты такой зануда.
Я подхожу к ней и хватаю её за челюсть, когда она откидывается на кровать. Её глаза загораются, а зрачки расширяются. Я наклоняюсь ближе, нависая над её губами.
— Малышка, — шепчу я. — Я обещаю, что буду трахать тебя до тех пор, пока единственное, что ты будешь знать — будет мой рот и мой член. Но прямо сейчас нам нужно доставить тебя в безопасное место. Так что перестань дуться, одень свою задницу и пойдём, блядь.
Я быстро её целую, и моё эго раздувается, когда она наклоняется вперёд, желая большего.
Оставив её одеваться и собирать вещи, я бегу обратно и нахожу у двери свою одежду. Я засовываю свой всё ещё твёрдый член в узкие джинсы и молюсь, чтобы он опустился и избавил меня от дискомфорта до следующего раза, пока мы не окажемся в безопасности.
Я собираю вещи и время от времени зову Из, чтобы убедиться, что она не отвлекается. Я не удивлюсь, если она зависла с одной из своих игрушек.
Прекрасно. Теперь мой член снова встал.
— Куда мы направляемся? — Спрашивает она, когда мы встречаемся в коридоре с сумками в руках.
— Мы покинем город, — говорю я ей. — Я думаю, что оставаться в Дублине слишком опасно. Они ожидают, что мы явимся в аэропорт. Так что давай поступим иначе.
— Хорошо, — тянет она. — Так куда ты меня везёшь?
Я проверяю глазок, убеждаясь, что в поле зрения никого нет, а затем медленно открываю входную дверь, проверяя, что путь до такси свободен.
— Оставайся здесь, — приказываю я ей. — Давай я отнесу сумки, а потом вернусь за тобой.
Она вздыхает, но кивает, позволяя мне позаботиться о ней. Часть меня заинтригована тем, что она не сопротивляется. Ещё неделю назад Изабела сделала бы всё наоборот. Но, похоже, мой член сделал её покладистой.
Возможно, она начинает мне доверять, когда я говорю, что у меня больше опыта, чем у неё.
Солнце всё ещё светит и мне это не нравится. Если бы шёл дождь, было бы легче оставаться незамеченными — хуже видимость и никому не захочется торчать на улице Как только сумки оказываются в багажнике, я бегу обратно вверх по лестнице и ещё раз осматриваюсь, прежде чем проводить её из дома в такси, заставляя её бежать и нырнуть в машину.
Мне придётся найти что-нибудь получше. Когда мы устроимся, мы не сможем повсюду ездить на такси.
— Собираешься сказать мне, куда мы идем? — Снова спрашивает она, немного раздражаясь тем, что я не ответил на её вопрос ранее.
— Кинсейл, — говорю я ей.
— Это где?
— Юг. Дальний юг. Нам понадобится добрых три часа, чтобы добраться туда. Мы не можем добраться на поезде. Я не уверен, что они не будут следить.
— Это такси обойдётся в целое состояние, — шепчет она, широко раскрыв глаза.
— Хорошо, что ты можешь себе это позволить, принцесса. — Я подмигиваю ей, и мы замолкаем.
Кинсэйл — это маленькая портовая деревня под Корком. Он известен своими милыми, ярко раскрашенными домами и необычными ресторанами. Иногда он может быть чем-то вроде туристического города из-за расположенного там форта, но в остальном здесь относительно спокойно. Моя семья никогда не догадалась бы, что мы окажемся в таком месте.
И именно поэтому у меня там дом. Я купил его втайне несколько лет назад, думая, что, возможно, захочу уйти на пенсию в Ирландии, как только покончу со всем этим. Я подумал, может быть, мне захочется жить в месте, о котором никто никогда не слышал. Где-то, где тихо и спокойно.
Я вздыхаю и сутулюсь на сиденье, опуская голову обратно на спинку. Закрывая глаза, я возношу небольшую молитву Богу, в которого не верю. Я не хочу оставлять Изабелу одну, чтобы она сама о себе позаботилась. Но если дойдет до этого, я пожертвую собой. Она умная девочка. Если они заберут меня, она сможет вернуться домой.
Я просто очень, очень не хочу умереть от рук моего брата. Он — пиздецки тупой засранец.
Глава 18
ИЗАБЕЛА
Уже стемнело, когда мы добираемся до пункта назначения.
Большую часть пути мы ехали молча, оба погружаясь в сон и периодически просыпаясь. Я отправила сообщение родителям, уведомив, что у Нико есть безопасное место, куда он меня везёт, и что я позвоню, как только мы прибудем. Но, честно говоря, последнее, что мне хочется делать, это звонить и отчитываться. Я вымотана, всё ещё возбуждена после вчерашнего и отчаянно нуждаюсь в душе.
— Как ты нашёл это место? — Спрашиваю я, пока он ищет спрятанный ключ.