Чтение онлайн

Алиса тут же сгруппировалась, почти как их учили тут. Вот только даже эта стойка была ужасной. Вся напряглась, сжала кулаки и выставила ногу вперёд. Типичная поза человека, который видел бои только в фильмах и на школьных занятиях. Как же хотелось треснуть ей по ноге, чтобы объяснить, что она труп, если будет так стоять.

— Забудь всё, что ты видела на экране. То, что показывает Хант, тоже тебе не подойдёт, — сказал я. — Широкие стойки, мощные удары, красивые развороты — это не для тебя.

— А что для меня?

— Вода.

Она нахмурилась:

— Вода?

— Твоя стойка — для неуловимости. Для того, чтобы тебя невозможно было поймать. Вода не сопротивляется — она обтекает. Не атакует напрямую — просачивается. И в итоге разрушает камень.

Я встал в базовую позицию.

— Смотри. Ноги на ширине плеч. Колени чуть согнуты. Вес на подушечках стоп, не на пятках. Руки свободно вдоль тела.

Алиса попыталась повторить.

— Нет. — Я подошёл и начал поправлять. — Плечи ниже. Ты напрягаешь трапецию — это замедляет движения рук.

Аккуратно коснулся её бёдер, направляя движение. Действительно упругие. Так, а ну-ка лишние мысли вон!

— Таз чуть назад. Так ты опускаешь центр тяжести.

Провёл рукой вдоль её позвоночника:

— Спина прямая, но не жёсткая. Представь, что тебя подвесили за макушку на нитке.

Она скорректировала позу.

— Лучше. Теперь главное — расслабься.

— Я расслаблена.

— Нет. — Я ткнул пальцем в её плечо. Мышца была твёрдой. — Вот это — напряжение. Напряжённые мышцы — медленные мышцы. Ты не можешь двигаться быстро, если твоё тело сковано.

— Но если я расслаблюсь, я же упаду.

— Не упадёшь. Баланс держится не напряжением, а правильным распределением веса. — Я вернулся на свою позицию. — Смотри.

Я полностью расслабил тело. Руки висели плетьми, плечи опущены, лицо спокойное. Со стороны могло показаться, что я вот-вот свалюсь.

А потом я двинулся.

Шаг влево — мгновенный, без подготовки. Шаг вправо. Назад. Вперёд. Каждое движение — из полного покоя в полное движение и обратно.

— Видишь? Расслабленное тело может взорваться в любом направлении. Напряжённое — сначала должно разжаться, а это потеря времени.

Алиса смотрела на меня с новым выражением. Пытаясь понять, как я это делаю.

— Теперь ты. Шаг влево.

Она шагнула. Криво, с задержкой.

— Ты переставляешь ноги. Не переставляй, а скользи. Стопа не отрывается от пола, она смещается.

Новая попытка была чуть лучше, но лишь чуть.

— Шаг вправо. Назад. Вперёд. Представь, что ты река, текущая по поверхности. Тебе не важно где, ты есть суть и форма. Для воды нет препятствий.

Двадцать минут мы отрабатывали лишь базовые перемещения. Влево-вправо, вперёд-назад, по диагонали. Каждый раз возвращаясь в нейтральную стойку. Лучше потратить больше времени на основу, зато потом у тебя будет отличная заготовка, в которую останется лишь вложить нужные умения.

К концу Алиса двигалась уже не так неуклюже. Всё ещё далеко от идеала, но прогресс был заметен.

— Странное ощущение, — сказала она, повторяя свои слова о дыхании. — Как будто я вообще не стою. Как будто… плыву?

— Именно. — Я кивнул. — Когда освоишь это полностью — тебя станет очень сложно ударить. Противник будет бить туда, где ты была. А ты будешь уже в другом месте.

— Ну а теперь пора взяться за самое главное. За твой дар.

Алиса напряглась. Это было видно по тому, как дрогнули её плечи, как сбилось на секунду дыхание.

— Я не контролирую его, — сказала она. — Видения приходят, когда хотят. Иногда за секунду до события, иногда — за минуту. Иногда вообще не приходят.

— Это мы и проверим.

Я достал из сумки теннисные мячики. Пять штук, яркие, хорошо заметные.

— Встань в центр зала. В базовую стойку.

Она послушалась. Вдох-задержка-выдох. Плечи опущены, колени согнуты. Неплохо, она сумела запомнить то, что я ей давал. Вот что значит мотивация. Хотя на долгой дистанции дисциплина всегда выигрывает у мотивации, но на короткой нет ничего лучше правильной мотивации.

— Сейчас я буду бросать. Твоя задача — уклоняться. Не ловить, не отбивать — просто не дать мячику попасть в тебя.

— Хорошо.

Первый бросок был очень медленный, прямо в плечо. Она увидела, качнулась в сторону. Мячик пролетел мимо.

Второй чуть быстрее, в бедро. Надо же, успела.

Третий, четвёртый, пятый. Ускоряю темп. Она начала пропускать, два из пяти попали в цель.

— Ты думаешь, — сказал я. — Я вижу, как ты анализируешь траекторию, просчитываешь, куда уклоняться. Не думай.

— Но как я тогда…

— Закрой глаза.

— Что?

— Закрой глаза. — Я собрал мячики. — Дыши. Не пытайся ничего делать — просто будь. Стань водой, почувствуй пространство вокруг себя и слушай своё внутреннее я.

Она закрыла глаза, но я видел, как напряглось её тело в ожидании удара. По-хорошему её стоило погонять часа три, прежде чем давать ей такое задание, ну да ладно.

— Расслабься. Вдох на четыре. Задержка. Выдох на шесть.

Постепенно она успокоилась, её плечи опустились, а дыхание выровнялось. Всё-таки она большая умница.

Я бросил мячик. Медленно, но без предупреждения.

Алиса качнулась влево. Мячик пролетел мимо её правого плеча.

— Открой глаза.

Она открыла. На её лице застыло удивление.

— Я уклонилась?

— Да.

— Но я не видела…

— Твоё тело знало. Твой дар знал. Ты просто перестала мешать им.

Дальше мы провели серию тестов. С закрытыми глазами она могла уклониться семь раз из десяти, а вот с открытыми — всего четыре.

Интересно. Её сознательный разум блокирует дар. Когда она думает — предвидение ослабевает. Когда доверяет телу — усиливается.

— Теперь кое-что другое.

Я начал двигаться вокруг неё. Медленно, меняя позицию.

— Глаза закрыты. Скажи, где я сейчас.

— Слева. — Правильно.

— А сейчас?

— Сзади. Справа от центра.

— Правильно. Ты слышишь меня или чувствуешь?

На секунду она замолчала, словно обдумывая ответ, а потом ответила:

— Не знаю. Что-то среднее. Как будто… знаю, что ты там. Не слышу, не вижу — просто знаю.

Восприятие намерения. Редкий аспект дара Зрящих. Она чувствует не только будущие действия, но и текущее присутствие. Это можно развить.