Чтение онлайн

— Так вот, стая нашла кое-что очень неприятное, и я собираюсь это уничтожить. Если ты будешь со мной, мне будет куда спокойнее за свою шкуру. Так что приглашаю тебя с собой.

— Доу, не томи. Рассказывай, в какое дерьмо ты хочешь меня вписать.

— Ты знаешь, как появляются разломы?

— Алекс, ты серьезно? Нашел время спрашивать, до экзаменов ещё дохрена времени.

— Дэмион, я действительно серьёзно. Это важно. — Он хмыкнул и начал говорить изображая из себя примерного ученика:

— Разлом — это разрыв в пространстве между нашим миром и Бездной, в который можем зайти как мы, так и выйти кое-что неприятное. Свежий разлом самая большая угроза для близлежащих людских поселений. Доволен?

— А ты в курсе, что разлом можно вырастить в людях?

— Гонишь?

— Могу поклясться чем угодно, и проблема в том, что волки нашли тех, из кого растят врата для новых разломов. Людей, в которых прорастает бездна. Да, это будут слабенькие врата, но с потенциалом роста.

— Погоди, а как же полиция, власти, гильдия и прочее? Не помню, чтобы ты раньше был альтруистом, Доу.

Я усмехнулся. Отморозок он или нет, но мозги у него работают отлично.

— Я и не альтруист. Просто одарённый лучше всего растёт в бою. Это раз.

— А два?

— А два — я не хочу проснуться от того, что рядом со мной из разлома лезут твари. Если оставить эту мерзость в живых, оно само к нам придёт. И не через год, а через пару недель. Я предпочитаю сам выбирать, где встречу неприятности.

— Ты так и не ответил про власти.

— Забыл, что рассказал тот ублюдок Штайнера? Их крышуют сверху. Кто сказал, что подобные или те же самые люди не крышуют и этих?

Дэмион молчал буквально пару ударов сердца. Я почти физически чувствовал, как он взвешивает за и против.

— Я в деле, Алекс. — Он сказал это тихо и спокойно, понимая, что скоро по его ледяному копью будет литься чужая кровь. Небо, в этом мире восемнадцатилетним пацанам не полагается так легко быть готовым убивать. Кайзер, у меня к тебе ещё один счёт. Ты сделал парня из благополучной семьи жестоким хищником. Хотя будем честны, за это я не имел с него никакого морального права спрашивать. Сколько учеников превратил в живое оружие я? Правда, и на мораль мне тоже плевать, так что к Кайзеру у меня новый счёт.

— Вечером встречаемся у Волков в Логове. Знаешь где?

— Найду.

— Тогда жду тебя в восемь.

На двери Логова была табличка «закрыто», которую я попросту проигнорировал. Тут пахло разлитым пивом, машинным маслом и горелой проводкой. Запах горелой проводки был явно свежим — не больше пары часов. Молот стоял у барной стойки, на которой расположилась разобранная автоматическая винтовка. Своими гигантскими ручищами он нежно смазывал каждую деталь и тихонько говорил:

— Это моя винтовка. Таких винтовок много, но эта — моя.

Моя винтовка — мой лучший друг. Она — моя жизнь.

Я должен научиться владеть ею так же, как я владею своей жизнью.

Без меня моя винтовка бесполезна. Без моей винтовки бесполезен я.

Я должен стрелять метко. Я должен стрелять точнее врага, который пытается убить меня. Я должен застрелить его прежде, чем он застрелит меня.

Клянусь перед ликом Озарённого. Я и моя винтовка — мы защитники моей страны и моей стаи… Да будет так во веки веков.

Пока не останется врагов и не наступит мир. Слава Свету.

Здоровяк передёрнул затвор и посмотрел на меня в прицел винтовки, а потом аккуратно положил её на стойку и, улыбнувшись, сказал:

— Ты рано, Мертвец. Пиво будешь?

— Предпочитаю не пить перед делом.

— Твоё право, а я накачу чуток. Мы всегда шли на штурм укреплений слегка навеселе. Так уж не настолько страшно.

— Я смотрю, вы тут все армейцы. — Он не отвечал, пока не наполнил пивную кружку из крана и, чуть сдув пену, отхлебнул.

— Старики — да, а среди молодых много тех, кто не служил, но каждый из основного состава стаи оттоптал армейские сапоги. Восьмая штурмовая бригада императорской морской пехоты, мастер-сержант Хамерсет. — Он шутливо отдал мне честь кружкой с пивом.

— Это сколько же ты отслужил? — Я посмотрел на Молота совсем другими глазами. Этот здоровяк был не просто бойцом, он дослужился до высшего чина среди рядовых и сделал это в морской пехоте, которую в Империи считают элитой.

— Пятнадцать лет, пацан. — Он усмехнулся и, наклонившись, чуть тише сказал: — Я тебе этого не говорил, но Клык ушёл со службы с лычками капитана за дисциплинарное взыскание. — То, что глава Стальных Волков умеет держать в руках своих бойцов, я знал и раньше, но звание капитана вызвало у меня недоумение.

— Стой, а зачем вам всё это? Вы же могли нормально устроиться после армии, думаю, в той же полиции такие парни пригодились бы. — Молот заржал над моими словами.

— Кому мы нахрен нужны на гражданке? Мы нежелательные элементы, маргиналы и опасные ублюдки, мешающие спокойствию нормальных граждан. Именно поэтому Клык и собрал Стальных Волков. Здесь мы дома, Мертвец, и за этот дом оторвём башку любому.

— Кончай трепаться, Молот. — Из коридора на нас смотрели холодные глаза лидера стаи. — Убирай пушку и пни новичков, пусть тут всё приберут перед открытием. Мертвец, пойдём потолкуем.

В комнате уже сидел Гремлин, обложившись фотографиями, картами и каким-то монструозным аппаратом, от которого воняло горелой проводкой.

— Привет, Мертвец. Падай, — Механик кивнул на стул рядом с собой.

— Мы ждём твоего друга? — Клык потёр пальцами виски; судя по всему, он лучше меня понимал, что ночная операция будет крайне невесёлой.

— Да, скоро приедет. А что по вам?

— Четыре пятёрки, каждый вооружён штурмовой винтовкой и прекрасно умеет с ней обращаться. Гремлин — наше всевидящее око, он же контролирует операцию с базы. Ударный отряд под руководством Молота: у них два пулемёта и пехотный огнемёт на случай, если встретим паразитов, но сам понимаешь, это не панацея, если там есть одарённые. — Клык внимательно смотрел на мою реакцию. Вожак стаи нутром старого вояки чуял, что под маской молодого пацана скрывается убийца не хуже его самого.

— Именно поэтому ты позвал меня и Дэмиона.

— Всё так, Мертвец. Ты друг клуба, а твой товарищ — твой друг. Мы обговорили все нюансы с Гремлином и уже ищем тебе базу под байк. Что захочет твой друг за помощь — готовы обсуждать.

— А если он захочет войны с Кайзером? — Оба байкера посмотрели на меня так, будто видели впервые.

— Объясни? У нас с Кайзером ровно: он не лезет в наши дела и не позволяет толкать дурь на своей территории, а куда он её перевозит — не наше дело.

— Он на крючке у Кайзера и хочет слезть.