Чтение онлайн

Неторопливо, словно потянулась после приятного утра. С той ленивой грацией, от которой мужчины забывают что хотели сказать. Подошла и встала чуть впереди меня, чуть левее. Нагло красуясь перед ними.

— Алекс, и зачем драться с ним просто так?

Посмотрела на Райна. Сверху вниз, хотя он был выше на голову. Как она это делает — до сих пор не понимаю. Что-то в глазах, что-то во взгляде, от чего хочется проверить не стоишь ли ты на коленях.

— Надеюсь, у него есть хотя бы двадцать тысяч кредитов, а то выглядит он мягко говоря так себе.

Удар, но не по, а по статусу. Это было хуже чем всё что я сказал вместе взятое. Девчонка, которая стоит рядом с парнем в дешёвой куртке, сомневается что у баронского сынка хватит денег. Пощёчину можно вернуть. Сомнение в платёжеспособности — никогда. Первый принц за такое оскорбление казнил бы на месте, но первый принц был психопатом, а Райн Дарквуд всего лишь цветочным мальчиком с перстнем папочки и он не смог достойно ответить.

Парень с окровавленным псом на кольце рассмеялся. Запрокинув голову он смеялся глубоко и искренне, хотя может чуть-чуть зло. Смех человека, который ценит хорошее представление и понимает когда оно разыгрывается перед ним. Мне он определённо нравился.

Мира достала телефон, открыла банковское приложение и вывела на экране двадцать тысяч кредитов.

— Ставлю на Алекса. Если нет — мы уходим, а запись с камер попадёт в сеть вместе с тем как наследник Дарквудов пристаёт к девушкам на улице и не может ответь на ставку.

Тень дёрнулся, внутри татуировки и послал одобрение. На языке крысиных образов это означало что-то вроде «рыжая самка сильная, хорошая охотница, не трогать». Этот старый крысиный вожак определённо знал толк в женщинах.

Парень с псом уважительно присвистнул. Посмотрел на Миру, потом на меня. Мы не выглядели как те кто готов в любой момент расстаться с такой суммой.

Райн побагровел и стал больше походить на вареную свеклу, еще немного и его хватит удар. Мальчик так молод, но ему уже стоит уменьшить ежедневную дозу принимаемого алкоголя.

— Двадцать тысяч на победу моего бойца.

Всё. Обратной дороги нет, Хант хотел, чтобы я взорвался как сверхновая? Получите-распишитесь.

— Ближайшая официальная арена на Гербовой улице, — сказал парень с псом тоном человека, предлагающего прогулку до ближайшего кафе. — Буквально три квартала. Все по правилам, профессиональный арбитр, запись боя, чтобы никто не сказал, что судья предвзят, ну и конечно свидетели. Так что ни у кого не будет претензий. — Он говорил обоим, но смотрел на меня. — Артур Блэкхаунд, к слову. Раз уж мне выпала честь быть свидетелем столь интересной сцены, то позволю себе предложить быть вашим секундантом.

Представился. Вежливо, без понтов, даже протянул руку. Я пожал — сухая, крепкая хватка, мозоли на костяшках и ладони. Не цветочный. Совсем не цветочный. Настоящий рабочий пёс, такие кусают молча и не отпускают пока не услышат хруст. Ядро С+, не ниже, но скрывает свою силу. Стихия, сходу не определялась, похоже что-то из нетипичного.

— Алекс Доу. Школа сорок семь, Блэкфен.

Бровь парня резко пошла вверх.

— Блэкфен? — Короткая усмешка. — Тогда точно будет интересно, особенно если положишь зверушку Райна.

Мы пошли. Райн впереди со свитой и поединщиком, Блэкхаунд отдельно, руки в карманах, Мира рядом со мной. Она больше не держала меня за руку — режим сменился с «влюблённые гуляют» на «рабочий выход». Я это почувствовал по тому как изменилась её походка, стала чуть жёстче, шаг чуть шире. Тяньцзы на задании.

Вэйхолл разворачивался вокруг нас — каменная кладка, балконы с ковкой, витрины, запах хлеба и жареного мяса. Красивый город. Алисе бы тут понравилось, она бы ходила по этим улицам с широко открытыми глазами и я бы смотрел на это и радовался. Когда-нибудь. Скоро. Нужно лишь постараться.

А пока внук герцога Пен-Искара шёл драться за двадцать тысяч кредитов с наёмником баронского сопляка на официальной арене столицы.

— Двадцать тысяч, ты во мне очень уверена — сказал я тихо.

— После твоего рассказа, это лучшая инвестиция, — ответила Мира с легкой улыбкой. — Алекс, я видела турнир, ставка окупится через тридцать секунд и мы пойдем отпраздновать это событие в небольшой ресторан, а потом…

— А потом к демонам все дела, у нас почти вся ночь впереди.

— Кажется у тебя, сейчас все хорошо с мотивацией

Арена на Гербовой оказалась двухэтажным зданием, втиснутым между ювелирной лавкой и нотариальной конторой. Вывеска «Зал Чести» с позолотой, тяжёлая дверь с бронзовой ручкой, запах больших денег и старого дерева. Не подвал «Погребального Звона» с песком и тюками сена. Здесь аристократия бьёт друг друга цивилизованно — с арбитром, камерами и налогами с выигрыша, вот только это ничего не меняет. Мой тигриный брат прав, мы такие же звери, просто скрываем своё нутро под маской. Каждый хочет быть охотником, а не добычей, вот только не каждый готов показать делом, что именно он настоящий охотник.

Деревянный пол, потемневший от застарелых пятен пота и крови. Дерево постоянно тёрли, это было видно прекрасно, но кровь слишком глубоко впиталась в структуру волокон. Круг четыре метра в диаметре, огороженный натянутыми канатами. Зеркала в дорогих рамах, удобные мягкие скамейки и целый пучок камер со всех сторон. На стене — доска с правилами и список запрещённых техник длиной в полтора метра. Я пробежал глазами: запрещены — техники выше заявленного ранга, удары в пах, атаки после сигнала арбитра, воздействие на зрителей, целенаправленные смертельные удары. Всё как в старой доброй имперской бюрократии: хочешь выбить зубы — заполни форму и убедись, что бьёшь в разрешённую зону. Честно говоря, плевать, я пришёл сюда за победой, и если надо всё сделать красиво, то сделаем. Не первый и даже не тысячный раз, когда мне приходится доказывать свою правоту на арене.

В целом, конечно, это будет очень интересный опыт. В «Погребальном Звоне» по сути правило было лишь одно: не убивать. Всё остальное — на совести бойцов, но там нужно шоу. Здесь же показать, что всё происходящее легитимно. Цивилизация, хотя лично мне ближе старый добрый дикарский подход: кто сильнее, тот и прав.

Арбитром был седой бывший боец в свободном, чуть потёртом пиджаке, на котором были значки гильдии и графства, что подтверждало его статус судьи для подобных мероприятий. Его руки легко двигались по планшету. Сразу видно, что бумажная работа для него не в новинку, но при этом пудовые кулаки со сбитыми костяшками говорили о том, что он всё ещё опасный противник. Когда-то этими кулаками он дрался, и почти уверен, что дрался неплохо, но теперь его оружие — не кулак, а пальцы, которыми он считает чужие поединки и чужие деньги.

— Условия? — спросил он, не поднимая глаз от планшета.

Блэкхаунд шагнул вперёд и затараторил формулу, не запинаясь — явно не первый раз. Я слушал и параллельно осматривал зал. Второй этаж — балкон, три ряда сидений. Пустой. Значит, бои здесь не собирают толпу, это не развлечение, а формальность. Разрешение конфликтов между теми, кому закон позволяет решать дела кулаками. Удобная система. Хотя при императорском дворе подобные поединки заканчивались смертью в каждом четвёртом случае, и никого это не смущало, но там и нравы были куда жёстче.