Чтение онлайн

Трудность возникла на том этапе, когда потребовалось похитить красную ртуть у хозяев. Своих людей Корсар использовать не мог, поскольку об этом могло стать известно Яковлеву. Поэтому он, запросив досье Аббата у коллег, попросту завербовал его. А потом спровоцировал разборку в Мытищах, чтобы прикрыть ею поездку части боевиков группировки в Архангельск...

Аббат стал его представителем. Он хранил товар у себя, а вывезти за границу Корсар мог и самостоятельно. Но толстый бандит внезапно начал какую-то свою игру - привлекая уже Чуму и Рокки. Покушение на Цезаря, налет на "Дачу"... Никакие увещевания не помогали. Тогда Корсар подставил своего агента его сестре. И таким образом сумел восстановить порядок.

Вот только красная ртуть к тому моменту уже ушла за границу - хозяин обратился за помощью к Цезарю. Отговорить Корсар не мог, пришлось сделать вид, что помогает. Зная, что Цезарь начал разыскивать Визиря через Алияра который понятия не имел, где искать неуловимого бандита - подставил ему якобы помощника турка, некоего Джима Робертсона. На самом деле такого же разведчика, как и Корсар. Спроворил ему и филиппинского бандита, который согласился выдать себя за другого человека. Но за этот розыгрыш государство заплатило триста миллионов долларов, поскольку не могло допустить, чтобы деньги за всю партию получил Цезарь, действуя через голову Корсара... Корсар подписался вернуть эти деньги. Но как? Только через арест. Если Цезарь пойдет под суд, то легко добиться конфискации. Вот поэтому Корсар лично подложил ему в машину анашу.

А для отвода глаз подставил Хромого. Благо, тот и с Аббатом в свое время был знаком, и любовник-агент Коля проживал по соседству с будущей супругой Хромого... Поди докажи при таких условиях, что Коля не являлся агентом Хромого. Корсара там никто не видал, а вот Хромой появлялся частенько. Да и мотивов для предательства у него побольше - все-таки Цезарь его соперник.

Он сделал только одну ошибку. Не надо было брать Цезаря в Северном Чертаново. Потому что о существовании там "лежки" Хромой не знал и знать не мог. Как и о том, что Цезарь утром туда отправился. Зато Корсар был осведомлен в деталях. Он и предоставил Яковлеву для обустройства секретного убежища фээсбэшную конспиративную квартиру...

– Что, на самом деле?!
– изумился Слон.

– На самом, - мрачно подтвердил Яковлев.
– У нас их четыре. Они паленые, ФСБ их со своего баланса сняла. А мы из-за расположения перекупили. Идея Корсара была - а что, они надежные. Покупали из-под крыши концерна, так что все легально. А вот эту квартиру сам Корсар и порекомендовал. Ч-черт, я уже не знаю, что и думать... А кстати, Логинов-то где? Тоже Корсар его "сделал"?

– Насколько я понял, вот это как раз совпадение, - сказал Маронко. Логинов удрал сам. Он информировал Корсара о каждом шаге Саши, и сообразил, что на того готовится покушение - раз ждали случая, когда Саша без охраны появится. Инсценировал похищение и сбежал.

– А зачем Корсар сюда-то звонил?
– меланхолично удивился ВДВ.
– Дурак он, что ли - сначала нагадить, а потом справки наводить?

С Хромого потихоньку сползал лоск победителя. Маронко коротко покосился на него - мол, я тебя предупреждал. Эти парни будут придираться к каждой мелочи.

– Да черт его разберет, - пожал плечами Маронко.
– Может, надеялся, что его не вычислили. Я именно об этом спросить забыл.

– Бред какой-то, - неожиданно объявил Стефан.
– Думайте обо мне, что хотите, но я не верю. Если бы Хромой предал - да, никаких вопросов. Но Корсар?!

Нет, Хромой явно не тянет. И если бы сценарий составлял не Маронко, уже на этом этапе Хромого приговорили бы. Его бы просто поймали на словах. Не говоря о том, что Хромой половины не знал.

Подозрения возникли у всех. И на каждый вопрос пришлось дать вразумительный и убедительный ответ. Маронко объяснял, раскрывал "секреты", а сам одним глазом косил на Яковлева. Потому что стоит ему сейчас вспомнить про Вихрова или собственного агента Вегаса, и легенда Хромого сгорит. Бригадиры Цезаря просто откажутся от голосования при выборах нового лидера до тех пор, пока не выслушают хозяина красной ртути или пропавшего разведчика. А то ведь могут еще и расколоть союз...

– А теперь, господа, минуту тишины, - произнес Маронко.
– Убедительная просьба не перебивать меня. Та информация об Организации, которой располагал Корсар, является базовой. Если она пойдет в ход, нас ждут оч-чень серьезные неприятности. Единственное, что мы реально можем предпринять на данный момент - законсервировать большую часть Организации. И в первую очередь это касается Цезаря. Саша должен будет передать некоторые направления своей работы другим бригадирам - Вахо, допустим, - и сосредоточиться на ведении дел концерна. Только при условии его полного бездействия в криминале возможно избежать повальных арестов в его команде. Два месяца назад я передал ему практически все полномочия. Но, учитывая создавшуюся ситуацию, нам придется переигрывать. По той же самой причине я не могу взять на себя руководство. Нам всем придется уходить в тень. И я предлагаю вам подумать над кандидатурой Бориса как вероятного лидера Организации.

Шок. Общий шок. Яковлев расширенными глазами смотрел на Хромого. И, кажется, начал понимать...

– Валера, - окликнул его Маронко, - тебя я отдельно прошу не цепляться к деталям. Твоя преданность Саше известна всем, и сейчас ты начнешь отстаивать его интересы. Пойми - я думал не один час. Спасти его может только консервация. Если он останется у руля, он моментально "засветится". И тогда к тем наркотикам, которые нашли у него в машине, добавится ряд куда более тяжких статей. И тот шаг, который я предлагаю вам совершить, на самом деле продиктован именно пониманием истинных интересов моего сына.

Яковлев сник. А потом нагло осведомился:

– Так что, мне ему передать, что вы приказали голосовать за Хромого? А то ведь вы сами знаете, Сашка мне башку открутит за то, что я взял на себя ответственность в таком деле, да еще и пошел против него. Предлагаю подождать, пока его выпустят.

– Ждать мы не будем, - жестко сказал Маронко.
– Ни часа. Потому что до завтрашнего вечера нам уже необходимо переменить все, что только возможно. Для того, чтобы Борис мог это сделать, ему необходим статус лидера. Не хочешь брать на себя ответственность - хорошо. Это сделаю я. Можешь завтра Саше так и сказать. Я приказал вам поддержать Бориса. И, в частности, сообщить ему всю секретную информацию. Имена своих агентов, если желаешь, можешь утаить - но все остальное раскроешь.

– А это зачем?
– изумился Эйфель.

– Затем, что на Цезаря уже заведено уголовное дело!
– неожиданно взорвался Маронко.
– Затем, что он окончательно свихнулся и вообще ни о чем не заботится! Затем, что при его провале полетят все остальные! И если он не желает принимать меры безопасности, то это сделаю я! Вам все понятно или каждому отдельно объяснять, как Яковлеву?! Обнаглели, черти, м-мать вашу... Ваше дело - приказы выполнять, ясно?! Когда мне потребуется совет, я его спрошу, а сейчас извольте заткнуться и делать что сказано!

Вот так он не разговаривал никогда. Не орал, не унижал людей. Тем более, что они ничего особенного и не говорили. Притихли, опустили головы. На скулах у всех играли желваки. Стерпят, сейчас стерпят... А потом все припомнят. И его случайную обмолвку - можешь завтра Саше так и сказать - в том числе. Он ведь предлагал Яковлеву объяснять Сашке ситуацию с таким видом, будто сам уже встретиться не планирует.

Отповеди Яковлеву показалось мало. А парень молодец, стоит на своем до последнего.