Чтение онлайн

Насладившись крепким сном, подкрепившись сытным обедом, приготовленным заботливой Мартой, и облачившись в приличный камзол и новенькие кожаные сапоги, Василиск отправился в поход на край острова.

Бедолага не стал так шиковать, припрятав сдачу на чёрный день, и шёл впереди спутника в той же поношенной одежонке, легко смирившись со своим статусом слуги. Хотя путники и отличались по виду облачения, но их груз в холщовых походных мешках был одинаковым — по дюжине свежеиспечённых хлебных булок. Ярким отличием в их ноше был рыжий кот, восседавший на вещмешке за спиной Василия и зорко высматривавший притаившуюся опасность вдоль каменной тропы, бесконечной змеёй петляющей среди скальных круч.

— Поведай–ка мне, Бедолага, за счёт чего на Пустом острове живёт такая куча мужиков? — задал резонный вопрос Василиск, внимательно вглядываясь в мысли своего спутника.

— Некоторые рыбку ловят, другие овощи на огородах выращивают, — неохотно стал путать следы пират. — Опять же, «солнечный камень», мало–мало, удаётся на берегу подобрать после сильного шторма.

— А торговля рабами — разве не прибыльное дело? — уличил пирата Василиск, увидев картину, как чужое судно напарывается на специально установленный на каменной отмели искусственный риф с остро заточенными брёвнами, связанными в виде ежа и закреплёнными на дне камнями–якорями.

— Это дело не регулярное, всё зависит от штормов и неосмотрительных капитанов, — уклонялся от прямого ответа Бедолага, в его мыслях мелькали образы сорванных штормом деревянных ежей. — Да ещё от удачливости матросов, потерпевших кораблекрушение. Не каждый выплывет в бурных волнах и выберется на скалистый берег. Мы, конечно, стараемся спасти бедняг и выходить их…

— Чтобы потом подороже продать? — прервал его благостную речь Василиск, видя насквозь.

— Мы стремимся вернуть моряка его родственникам, — оправдывался работорговец. — Естественно, не бесплатно, ведь мы его выкармливали и выхаживали. А если некому морячка выкупить, то передаём его за разумную плату капитану проплывающего судна, чтобы он потом отработал у него какой–то срок, пока не оплатит долг.

— Ага, а те бедолаги и горемыки, которых не желают выкупать, остаются на островах Северного Архипелага, — понял, откуда у местных пиратов такие клички, Василиск.

— На острове остаются только доброхоты, которые не желают задарма батрачить на скупого хозяина, — гордо приосанился пират. — Мы тут все люди вольные, над нами властен лишь избранный морской братвой капитан.

— Так значит, лорд острова правит, пока может обуздать пиратскую вольницу? — уяснил Василиск шаткий статус Хитрована Билла.

— Пиратами нас считают лишь в Метрополии, а в Новом Свете подобных нам лихих морячков целые флоты, и с их силой считаются даже короли.

— Так чего же такие бравые парни мёрзнут на северных островах, подались бы дружно в тёплые южные моря?

— Там от своих чертей не протолкнуться, — сплюнув, отмахнулся Бедолага. — Мы себя и на Архипелаге королями чувствуем. Многие парни хаживали с Хитрованом Биллом в Новый Свет, но фортуна в южных морях уж дюже переменчивая. А у нас на Архипелаге доход, хоть и не большой, зато стабильный, и кровь свою зря проливать не надо. Братва у нас лихая, но не бесшабашная, каждый мечтает поднакопить деньжат и потом отправиться куда–нибудь в тёплые края, открыть собственную таверну или виноградник разбить с уютным домиком на горном склоне. — Бедолага мечтательно улыбнулся и глубоко вздохнул. — Семьёй обзавестись, детишек наплодить, а то у нас на островах баб–то молодых почти что нет.

— Теперь ясно, почему здесь такой однообразный демографический состав населения, — уяснил основной метод заселения острова Василиск.

— А чего, Василий, ты постоянно какими–то заморскими словечками бросаешься? — недовольно поморщился Бедолага, обернувшись к юноше.

— Видимо, они сами просачиваются из прошлой жизни, — пожал плечами потерявший память юноша и поспешил соскользнуть с опасной темы. — Объясни профану, почему вы до сих пор не продали мореходов из Диких Земель?

— Мы не можем найти родственников, желающих их выкупить, а капитанам такие неумехи и немтыри не нужны.

— Но ведь они профессиональные мореходы, а языку можно обучить.

— Вот сам и попробуй обучить дикарей цивилизованному языку и управлению сложной оснасткой современного парусника, — злорадно хохотнул Бедолага. — Тем более что учиться они совершенно не желают. Соседние лорды советовали Биллу продать их на плантации в Новый Свет, но цены на белых рабов там бросовые, уж слишком быстро мрут, а строптивые дикари ещё и склонны к бунтам и побегам.

— Однако же у вас они здесь смирно сидят, хотя и надежды на выкуп нет, — отметил Василиск, обращая внимание на противоречие.

— Куда дикарям здесь бежать? — Бедолага обвёл руками окружающие тропу скалы. — На соседних островах их поймают и отправят в рабы на галеры или за бесценок сбудут на плантации в южные земли. Морячков из Метрополии мы обычно сковываем цепями попарно, чтобы не рванули к проплывающему кораблю, а дикари на Пустом острове бродят без всяких оков. Хитрован решил, что так от работников будет больше пользы по хозяйству. А чтобы трудились с огоньком, Билл расплачивается с ними частью выращенного урожая. Хитрован у нас мудрая голова, умеет из всего серебряные монеты выжимать. Эта дюжина дикарей у Хитрована за целую полноценную артель впахивает. Наши местные не очень-то охочи в каменистой землице ковыряться, а дикари, хоть и лопочут всякую тарабарщину, с земледелием знакомы. Один из них даже особый сыр из козьего молока наловчился производить. На скалистых островах только коз и можно выпасать. А ещё дикарский капитан знатные копии морских карт умеет рисовать, Билл их на каждый проходящий корабль сбывает за весьма приемлемую цену. Раньше-то карты приходилось заказывать рисовальщикам в портах Нового Света, а теперь мы собственной продукцией торгуем.

Василиску стало понятно, как капитаны попадают в пиратские морские капканы: навигационные карты рисуют по заказу каждого островного лорда, и за неимением истинных всем мореходам приходится пользоваться подложными, ибо совершенно без них коварные мели не проскочить. Рельеф фарватеров между островами сложный, все подводные скалы ни на одной карте не обозначишь, а пираты ещё и специально ловушки подстраивают. Даже в тех проливах, где в прошлые походы удавалось проходить без проблем, островитяне неожиданно устраивают капканы в виде заякоренных остроконечных деревянных ежей. Приобретённые карты с указанными фарватерами успокаивают капитанов, заставляя идти полным ходом в опасных водах, а в испещрённые ложными мелями глубоководные проливы не соваться. Если бы не прибыльная скупка «солнечного камня», то в лабиринт Северного Архипелага никто бы и не совался, но выгода толкала на риск — на островах драгоценный товар был вдвое дешевле, чем продавался в Метрополии. А сразу выгрести весь «солнечный камень» с галечных пляжей не удастся, он малыми порциями выбрасывается из морских глубин только сильными штормами.

Неспешно беседуя, путники пришли в поселение, как и планировали, уже ближе к вечеру. Несколько каменных домов, больше походивших на длинные солдатские казармы, прижалось к скалам, высокой стеной обрамляющим маленькую зелёную долину. Каждый клочок земли был приспособлен под огороды, которые обустроили даже на узких террасах на склонах. На подступах к долине по горным склонам выискивало траву стадо коз. На гребне скалы со стороны моря выделялась на фоне неба небольшая квадратная башня.

— Маяк? — указав рукой на башню, предположил Василиск.

— Нет, сторожевая башня.

— А почему бойниц в стене не видать?

— Бойницы направлены на тропу, ведущую к берегу. Башня стережёт не долину, а прикрывает поселение от атаки морских разбойников. Бывали попытки налётчиков из Метрополии увести своих родичей, без уплаты за их содержание, и ещё при этом они надеялись чужим живым товаром разжиться задарма. Кораблю не удастся пристать к крутой скале, но в тихую погоду лодки могут пробраться между валунами на побережье и высадить десант. Там, за гребнем, единственная тропа, ведущая на вершину, а по обе стороны на несколько миль тянутся крутые обрывы, не влезешь. Потому лорды издавна используют этот край острова для содержания морских «гостей», ну и полезным трудом их можно занять в «Зелёной долине». Тут, хоть и плохонькая, а землица имеется.