Чтение онлайн

— Прошло много времени с тех пор, как мне прошлось хоронить кого-то.

— Это несправедливо.

— Это всегда несправедливо, — пробормотала Лили.

Именно по этой причине она презирала жизнь и уклад мафии и Синдиката. Убийство было просто еще одной работой. Человек был просто телом. Это был просто еще один день. Просто бизнес, за исключением причинения боли людям. Конечно, la famiglia устроит отличное шоу для семьи со всеми этими черными костюмами, словами раскаяния и поддерживающими объятиями, но это ничего не значило. Все это было ложью.

Такое случается.

Но нужно двигаться дальше.

Эвелина вытерла влагу под глазами.

— Папа такой… странный.

— Растерянный или сбитый с толку? — спросила Лили, приподняв бровь.

— Он странный, — тихо сказала Эвелина. — Он постоянно запирается в своем кабинете. Не отвечает на звонки. Даже Адриано не может заставить его обратить внимание на что-либо. И он в бешенстве… правда, действительно в бешенстве, Лили.

— Его жена была убита, — просто ответила Лили.

Лишь потому, что Эвелина не сердилась, или, вернее сказать, еще не дошла до этой точки в своем горе, не означало, что Райли Конти должен был достигнуть этого уровня с той же скоростью, что и его дочь.

Лили пожала плечами.

— Я думаю, что понимаю его гнев.

— На Терранса? — спросила Эвелина. — На Синдикат? Я не знаю, в этом просто нет смысла.

Для Лили это имело смысл. Она долгое время ненавидела Синдикат, после того как он забрал жизни ее родителей. Она не была уверена в том, насколько Синдикат был ответственен за смерть Миа, если вообще был, но, вероятно, это все, так или иначе, сводилось к чему-то, связанному с мафией.

Дэмиан прислонился к дверному проему, отделявшему частную комнату от главного зала церкви. Он слегка улыбнулся Лили.

— Уже скоро начнется, милая. Они лишь ждут пару людей, которые опаздывают.

Лили кивнула.

— Еще несколько минут, хорошо?

— Конечно.

Эвелина шмыгнула носом, когда Дэмиан вышел.

— В последние дни он много времени проводит рядом с тобой.

— Да, наверное, так и есть, — пробормотала Лили, в большей степени себе самой, чем своей подруге.

По правде говоря, Лили не возражала против постоянного присутствия Дэмиана. Это давало ей шанс узнать мужчину вне неловких обедов с людьми, которых ни один из них не мог выносить, и того, что он мог сотворить с ней в своей постели. Хотя они больше не трахались после того первого раза.

— На днях я слышала, как он говорил с кем-то по телефону насчет убийства Полетти или что-то такое, — сказала Лили. — Думаю, он использовал слово «месть». Это действительно так?

Эвелина поморщилась.

— Да.

— Что я пропустила?

— Я знаю столько же, сколько и ты, Лили.

Замечательно.

Неведение было блаженством.

Эвелина вновь разрыдалась, еще больше испортив свой макияж.

— Прости, я не должна была ничего говорить, — сказала Лили, стирая испорченный макияж с лица подруги.

— Ты не сказала ничего такого, чего бы я не знала. — Эвелина посмотрела в ту сторону, куда ушел Дэмиан. — Он много наблюдает за тобой, Лили.

— Неужели?

Лили не замечала. Всю прошлую неделю она была так сильно занята, пытаясь развлечь Эвелину и одновременно работать над деталями свадьбы, что ее внимание было сильно отвлечено. Она полагала, что может насладиться днем своей свадьбы, ведь такое будет лишь раз в ее жизни, и приняла решение самой сделать все, как ей хочется, и не позволять кому-то выбирать за нее.

Эвелина с Абриэллой во многом помогли. Даже со всей этой… неразберихой. Лили была благодарна им за это больше, чем могла выразить словами.

— Много, — тихо повторила Эвелина. — Я знаю, что ты не согласна выходить за него замуж и все такое.

— Я не против него, — призналась Лили. — Но мне не нравится все остальное и не знание причины этого.

Эвелина кивнула.

— В этом есть смысл.

— Мне повезло.

— Потому что ты нравишься ему?

— Потому что мой брат достаточно позаботился о том, чтобы выбрать того, кого я не смогу ненавидеть, — сказала Лили, наконец-то начиная осознавать это.

— Дино всегда был таким хитрющим.

Лили рассмеялась, но быстро успокоилась.

— Думаю, достаточно этого? Давай поговорим о чем-нибудь другом.

Эвелина покачала головой.

— Нет, так хорошо. Я не хочу больше плакать.

Лили взяла подругу за руку и крепко сжала ее. Это было лучшее, что она могла предложить Ив.

— Я рядом.

— Я знаю…

— Ты! — раздался из зала сердитый и злобный крик.

Лили вздрогнула от желчи и жестокости, содержащихся в одном простом слове. Она отпустила руку Эвелины и выглянула из комнаты, чтобы увидеть мужчин и женщин, выходящих из главных дверей церкви.

Терранс Трентини стоял вместе с дядей Лили и другими мужчинами, которых она не узнала. Он высоко поднял руки вверх и низко склонил голову. Босс Синдиката был одет для похорон, как и его внуки. Абриэлла, Алэсса и Джоэл молчали, но было очевидно, что они чувствовали себя некомфортно, отступив назад из-за крика. Райли Конти стоял в нескольких мерах от них, его лицо покраснело, а руки были сжаты в кулаки. Все его тело сотрясала дрожь. Горе, которое он, должно быть, чувствовал, волнами исходило от него.

— Ты, — вновь прошипел Райли.

Эвелина встала позади Лили в дверном проеме, на ее лбу образовалась морщинка.

— Видишь, он так зол.

Лили промолчала. Адриано сделал шаг в сторону отца, протянув руку. Райли отмахнулся от своего сына, пальцем указывая на Босса, с ненавистью произнося слова:

— Ты ублюдок! Я не хочу, чтобы ты был здесь. Мы не хотим, чтобы ты был здесь. Я никогда…

— Райли, перестань, — сказал Томмас.

— Заткнись, — рявкнул Райли, повернувшись обратно к Террансу. — Я попросил тебя лишь об одной единственной вещи, Терранс. Одной!

— Я не знаю, была ли это семья парня Полетти или нет, — спокойно сказал Босс. — И сейчас не время и не место обсуждать это, Райли.

— Одна единственная просьба, Терранс, и ты не смог ее выполнить.

— Я не начну войну, пока ситуация не ясна!

Райли мрачно усмехнулся.

— Оно того стоило?

— Пап, — сказал Адриано, схватив отца за руку. — Перестань.

— Не нужно, Адриано, — пробормотал Райли, отстраняясь от него.

Лили не могла не заметить, как люди, казалось, разделились. ДеЛука стояли в стороне ближе к Боссу. Конти собрались за спиной страдающего Райли. Большинство из Семьи Росси были рассредоточены между ними.