Чтение онлайн

— Ну, приветики, Бессмертный Двор. Хотели видеть? Так я здесь! — парень, широко улыбнувшись, шагнул в центр окружности, ограниченной стоящими вокруг тронами. — Шестнадцать Высших! Все тут! Какая мракова честь! И что вам надо от скромного фермера из пустошей?

Троны расположены пятью группами по три, плюс один отдельный, видимо, главный.

— Эдрик Колловски, сын Теодана и Нетрис Колловски, наследник майората Тенебрис, называемого также «латифундия Колловски», — провозгласил председательствующий. — Ты ли стоишь перед нами?

— Во плоти, скажем так, — уклончиво ответил человек в центре круга. — С кем имею честь?

— Бессмертный Двор не называет имён. Сегодня моя очередь возглавлять это собрание, и этого достаточно.

— Экие скромняги! — восхитился тот, что похож на Эдрика. — А чего вы такие… ну… несвежие-то? Неужто к бессмертию вечной молодости не прилагалось?

Эльфы (а особенно ондоры, самые долгоживущие из всех) внешне не меняются очень долго, и увидеть действительно старого эльфа мало кому довелось. Эти кажутся именно старыми. Белые волосы изменили оттенок и стали седыми, поредели, оставив своих владельцев почти лысыми, кожу избороздили морщины, а уши, по-эльфийски острые, вытянулись и кажутся непропорционально большими. Обычно эльфы так выглядят уже на самом склоне дней перед тем, как покинуть сей бренный мир, но у этих «склон дней», похоже, превратился в равнину, по которой они будут брести вечно.

— Мы не будем обсуждать это, — недовольно сказал председатель.

— А что будем?

— Эдрик Колловски! Мы вызвали вас сюда, чтобы задать несколько вопросов и озвучить приговор. Сразу предупреждаю, собрание Бессмертного Двора является высшей инстанцией Бос Туроха, и вынесенные им решения оспорены быть не могут. Ваше дело рассматривается им, в силу своей государственной важности, по упрощённой процедуре, вне рамок соревновательного процесса, в режиме высочайшего трибунала.

— Вообще-то у этого дурня… ой, то есть у меня, есть юридический представитель!

— На трибунале нельзя никого представлять, все являются лично. Также на трибунале нет адвокатов, присяжных и судей. Есть только мы, Бессмертный Двор.

— То есть что хотите, то и творите, понятненько…

— Наши решения абсолютны, неоспоримы и неотменяемы, поскольку наше слово и есть Закон.

— Любое?

— Да.

— Зашибись вы устроились.

— Не жалуемся. Итак, вы готовы ответить на вопросы трибунала?

— Валяйте, жгите, — тот, кого принимают за Эдрика, махнул обречённо рукой.

— Учтите, что один из нас подключится к вашему сознанию, чтобы проверять ответы на правдивость. Не сопротивляйтесь ему, и вам не будет больно. Почти.

Один из сидящих в каменных креслах протянул вперёд высохшую старческую руку, направив её в сторону Эдрика.

— Эй, мы так не договаривались! — возмутился тот.

— Ваше согласие не требуется, вы полностью в нашей власти, — ответил председательствующий.

— Ну, сами напросились…

Вытянувший руку эльф внезапно затрясся, закатил глаза и начал оседать в кресле.

— Что происходит? — спросил удивлённо его сосед. — А ну-ка я сам…

Он тоже вытянул руку, сосредоточился и тут же вскочил, тряся рукой, словно обжёгся.

— Это не он! Не знаю, что это, но это не…

— Бах! — грохнула винтовка.

Голова ондора разлетелась, как гнилая тыква.

— Что ты такое?! — закричал председатель.

В его руке начал формироваться фаербол, но разрывная пуля оторвала кисть вместе с предплечьем, сорвав заклинание. Вторая ударила встающего мага в живот, откинув обратно на трон, и он, замерцав, исчез в мареве телепорта.

* * *

— И что было потом? — спросил Эдрик замолчавшего Деса.

— Ты перестрелял их всех как степных патокурок. Им бы сразу свалить телепортами, но бессмертные стариканы пару тыщ лет не воевали, с огнебойным железом не сталкивались, решили, что закидают тебя магией. Но нешто мы магов не видали? На поле боя они хороши на дистанции, когда их прикрывает полк пехоты или крепостная стена. А вот так, глаза в глаза, ни мрака не успевают. Пуля быстрее каста. Так что, пока они сообразили ретироваться, каждый хотя бы одну пулю получил, а некоторые по две-три.

— То-то смотрю, патронов почти нет… А в некрополь-то я как попал?

— Да на шум привалила охрана снизу. Это вам не старички-колдунишки. Ребята серьёзные, у самих ружья есть, вот ты и свалил. Ну, то есть не ты… Ну, ты понял. Пробежал прямо по тросу, как цирковой табакси, у меня аж в патроннике ёкнуло! А потом раз — и вырубило. Магошок. Так что как мы оказались тут, я даже предположить не могу. Неужто правда в медной бочке с неба упали?

— Долго рассказывать, но в итоге — да, так и вышло. Почему не разбились, не спрашивай, сам не понял, но удовольствия от полёта я не получил. Послушай, Дес…

— Что, хозяин?

— А как ты всё это увидел, если был в чехле? Я точно помню, что застегнул его, прежде чем отрубился.

— Ну, ты… в смысле, тот ты, который не ты… когда почуял, чем дело пахнет, то чехол распустил, чтобы ружьё, значит, быстро достать…

— А до того? Дес, ну не могли они пустить в зал кого-то с ружьём наизготовку. Что-то ты мне не договариваешь, приятель. И, как я сейчас припоминаю, в прошлые разы было то же самое: ты рассказывал мне о том, что никак не мог видеть в прицел.

— Может, я догадывался!

— Дестинар Интендерис!

— Отстань. Я на твоей стороне!

— Тогда, может, расскажешь, что на самом деле происходит, когда я теряю память? Ты точно знаешь больше, чем говоришь!

— Не хочу!

— Вот, значит, как? А говоришь, что на моей стороне!

— На твоей. Меньше знаешь — крепче спишь! Я серьёзно, хозяин, не лезь ты в это, хуже будет! До сих пор, как видишь, обходилось, авось и дальше так будет…

— Дес! Кто вселяется в меня, когда я вырубаюсь? Говори, мраков демон!

— Не скажу! Не заставишь! Я тебе обязан подчиняться только как ружьё! Я оружейный демон! Я вообще не должен с тобой разговаривать! Нормальные хозяева демонического оружия только на спусковой крючок жмут!

— Я думал, тебе нравится!

— Мне и нравится! Быть ружьём мраково скучно, большую часть времени я просто торчу стволом вниз в тёмном чехле! Я даже сейчас ни мрака не вижу!

— Ну вот! — Эдрик вытащил ружьё из чехла и поводил им из стороны в сторону. — Доволен?! Увидел, в какой мы заднице? Теперь можешь рассказать мне, в чём дело.