Чтение онлайн

И я не «идиот». С чего мне вообще было предполагать, что этот человек – симулянт? Это же лишено всякого здравого смысла! Если цена веры в благоразумие людей – полторы тысячи рублей, я готов заплатить из своего кармана. А Багрееву так выражаться в отношении работников умственного труда некрасиво.

Решили просить приносить справку о диабете. Очевидное решение. Но кто бы мог подумать, что люди будут врать о таком.

3 августа

После случая с симулянтом меня больше не оставляли на собеседованиях одного, а вопрос-то всего полутора тысяч! Такое недоверие неприятно.

Саня в очередной раз взял отгул, и, к моему удивлению, в переговорке меня ждала доктор Говорухина.

– Валентина Дмитриевна? Не знал, что вы этим тоже занимаетесь.

– Знаете, странно, что я не занялась этим раньше.

– А у вас разве не частная практика?

Она лишь отмахнулась.

– Ерунда! Я могла поменять свое расписание почти в любой момент, у меня запись всего на две недели вперед. Каково же было мое удивление, когда я узнала, что вы уже месяц собеседуете людей, а специалисту по людским душам поучаствовать и не предложили.

По правде сказать, я чувствовал себя слегка некомфортно и даже уязвленно. В беседах с соискателями она сразу взяла вожжи в свои руки и говорила, не давая мне и слова вставить. Поначалу я не хотел себе в этом признаваться (надеюсь, это не отразилось на моем отношении к ней или хотя бы она ничего не заметила), но люди и правда шли с ней на контакт намного лучше, чем со мной. Они разговаривали, будто меня в комнате и вовсе нет, улыбались, смеялись. Уж не знаю, дело в том, что она психотерапевт, или в том, что она женщина (мне кажется, и то и другое важно), но это работало (я и сам доверяю женщинам-врачам сильнее, чем мужчинам, будто в них больше эмпатии или человечности).

Когда настало время обеда, я замешкался. Обычно мы с Саней ходили за наш столик в столовую, а без него я ходил туда один. Но пока я думал, стоит ли позвать доктора Говорухину из вежливости или лучше просто уйти, она сама попросила меня показать ей, где у нас можно подкрепиться.

– Так, значит, это все вы придумали? – спросила она за обедом.

– М?

– Ваш препарат и исследование.

Конечно, все это стало возможным потому, что институт разрешил мне эту работу, финансировал меня все эти годы, а его финансировало государство, Саня верил в мой успех и продвигал мои идеи в верхах, ребята с других проектов помогали мне, грызуны же и вовсе отдали за это свои жизни. Поэтому я ответил просто:

– Да.

Она улыбнулась.

По дороге домой я обдумал прошедший день и решил, что ревновать Валентину Дмитриевну к соискателям очень глупо. Человек делает работу для успеха нашего исследования лучше меня, и это прекрасно. Осознание эмоций и их причин – первый (правильный) шаг на пути к их исчезновению.

4 августа

Раз теперь к собеседованиям присоединилась доктор Говорухина, я думал, что мне хоть изредка удастся заглядывать в лабораторию. Я сказал Сане, что пора начать синтезировать вещества, но должного понимания не встретил.

– Насинтезировать еще успеешь, все равно веществам только тухнуть стоять. Сейчас от них никакой пользы. А вот у меня там бумаг скопилась уже целая гора! Да и в конце концов, это же твое исследование, твое детище, тебе и решать, кого брать, а кого нет.

Если бы только была возможность решать. Выбирать-то не из кого.

17 августа

Посетил очередную дыру от Севаняна. Помещение больше походило на наркопритон, чем на больницу. Еще и находилось в области.

И ради этого я пропустил нашу с Алисой культурную программу? Раз в месяц мы ходим в Александринский – традиция еще со студенческих времен. Жалко. Не денег (билеты-то по пятьсот рублей, можем себе позволить), но времени. И так-то со всеми этими новыми обязанностями мы стали меньше видеться. Наговорюсь за день, и вечером хочется просто помолчать. В итоге мы лежим, читаем каждый свое. Правда, в последнее время я все чаще даже не читаю, а просто лежу с книгой. Мысли перебивают чтение. Странно, вроде рядом, а скучаю.

23 августа

– Так о чем вы хотели поговорить? – Саня опять вернулся к своим обязанностям, и я был этому рад. Не то чтобы мне не нравилось работать с доктором Говорухиной, но обсуждать кандидата с другом намного проще.

– Слушайте, я тут прочитал это соглашение и не совсем понял, зачем нам нужны будут эти постоянные психологические тесты?

– Ну, возможно вы слышали, что сахар влияет на настроение и поведение…

– Нет, не влияет, это же миф. И вообще, знаете…

– К сожалению, вы нам не подходите.

Такое случается, хоть и не часто, что мы отказываем согласным. Причины бывают разными: плохая история с различными веществами, скверное состояние здоровья или преступное прошлое. В этот раз нам пришлось отказать из-за того, что человек не идиот и читает договор.

25 августа

По настоянию доктора Говорухиной мы добавили в анкету вопрос о причинах участия. На днях одна из кандидаток была настолько откровенна, что прямо указала: «У вас три месяца за бабло пасижу, а мать прадаст палученный по квоте инсулин». Не думал, что в стране такая печальная ситуация с инсулином. К счастью, находились и люди с более достойными причинами.

– Почему вы решили принять участие в нашем исследовании?

– Потому что это правильно. Хто-то же должен. Я вот, знаете ли, уже и почетного донора получивши. А тут мне подружка, мы вместе еще в техникуме учились, рассказала про такую возможность. Говорит, и сын ее ходит иногда. Я уж в одном исследовании поучаствовавши. Приятно сделать доброе дело. Если бы все делали хорошие дела, как бы хорошо жилось на свете. Но вот полгода уж прошло, теперь новое выбираю.

– Софья Валерьевна, вижу, вы работали продавцом в Гатчине, почему решили в Петербург из области перебраться? – спросила Валентина Дмитриевна не по анкете.

– Всегда любила культуру. Театры, памятники, набережные… Музеи еще. Ну и статус, конечно. В центре жить солидно.

– Здесь написано вы проживаете на Лесной.

– Да, все верно. А хде ваше исследование будет проводиться? Тут? – женщина еле заметно сморщилась.

– Мы еще ведем переговоры с несколькими организациями, выбираем место получше. Нам необходимо обеспечение нужным количеством медработников и оборудованием. Исследование будет проводиться в стационарном режиме, так что о местоположении можно не волноваться. Добираться вам придется только два раза. Туда и обратно.

– Советую вам Мариинскую. Там Достоевский родился и работал. Выхлядит она… солидно. И в самом центре!

– И там лучшие врачи! – вставила Валентина Дмитриевна. – Спасибо, мы уже рассматриваем такой вариант.

– Правда? Ой как здорово! – женщина просияла и воодушевилась. – Вы такие молодцы. И таким делом важным занимаетесь! Ох, и как бы я хотела, шобы детки больше не болели это заразой, шоб ее вообще не было.

– Мы не совсем этим занимаемся. Победить болезнь мы не поможем, но заметно улучшим жизнь больных, – пояснил я. – Мы будем проводить тестирование помпы. Вам должны были это рассказать раньше.