Чтение онлайн

Мой желудок сжимается. Я ненавижу мысль о том, что она какое-то время верила, что это на том ринге с ней был я. Но напряжение было высоким, и этот Владетель был там, чтобы сыграть роль меня.

— Он хотел отомстить за нее. — Она качает головой. — Я не могу его за это винить. Это моя вина.

Я встречаюсь взглядом с Киттом из-за опечаленной девушки между нами. Она медленно откидывается назад, по ее щекам беззвучно катятся слезы.

— Но он решил меня не убивать, — шепчет она. — Он мог бы. Интересно, если бы мы не встретились, сложилось бы все по-другому?

Пэйдин опускает голову мне на плечо, и на мгновение я забываю о присутствии брата. Китт отводит взгляд, его горло дрожит от эмоций. Возможно, это зависть, раздражение, и я ненавижу это. Видеть его таким неправильно. Быть с ним таким…

Пэйдин берет Китта за руку, притягивая его ближе.

Я слегка напрягаюсь, Китт делает то же самое при внезапном прикосновении. Но Пэйдин даже не моргает. Она просто смотрит на тело перед нами, прижимаясь к нам обоим.

Безмерная скорбь Пэйдин возвращает мое внимание к ней. Она цепляется за руку Китта, голова ее прижата к моему плечу. Я знаю ее гораздо лучше, чем все остальные. Я читаю каждую дрожь и каждое невысказанное слово.

Она хочет тишины. Хочет побывать наедине с этой скорбью. И когда она будет готова, ее жених и его брат будут рядом, чтобы помочь.

— Мы так и не попрощались с ней. — Шепчет Пэйдин про себя. — Но, по крайней мере, мы могли поделиться тем, как сильно любили ее.

Она долго не отпускает нас, прежде чем осторожно поднимает руку к стеклянному взгляду Владетеля. Она нежно прикрывает его глаза, даря мирный конец, которого он не получил на арене. Оцепенев, Пэйдин разглаживает жилет и откидывает с его холодного лба выбившиеся пряди волос.

— Позаботься о ней ради меня, — шепчет она, касаясь его бледной кожи. — Позаботься о ней, Мак.

Я почти не слышу, как она в последний раз грустно шепчет:

— Увидимся в небе.

Глава пятидесятая

Пэйдин

Я едва помню, как покидала подземелья.

Еще хуже помню возвращение в свою комнату.

Когда я узнала его, мне стало тяжелее.

У трупа было имя.

Мак.

Мак.

МАК.

Мертвым имена ни к чему.

Последняя частица Адины умерла на моих руках так же, как и она сама.

Он носил ее жилет, который теперь согревает его мертвое тело.

Мак.

Элли говорит, что сегодня утром узнала о том, что на арене был не Кай.

Я говорю ей, что знаю.

Думаю, я эгоистка, раз воскрешение Кая приносит такое облегчения.

Почему моя любовь заслуживает жить, а любовь Адины — нет?

Но теперь они вместе украшают небо.

Я начинаю понимать, что это и было его желанием.

Он лишь хотел увидеть ее в небе

Водопад белого струится по моему телу.

— Ты как, почти закончила? — с легкой тревогой спрашиваю я.

Заглядывая через плечо, Элли вздыхает, глядя на меня в зеркало перед нами.

— Тут, наверное, сотня пуговиц.

Я качаю головой, пока она наклоняется и возвращается к тщательной работе. Мой взгляд блуждает по платью, прослеживая изящную линию, прилегающую к телу. Мягкая белая ткань плотно облегает меня, а поверх нее ниспадает слой тонкого кружева. Скопления мелких цветов украшают платье, взбираясь по широким лямкам на плечах и спускаясь вниз длинными лентами.

Это идеальное воплощение чистоты.

И я не уверена, что именно я должна это носить.

— Готово, — объявляет Элли, выпрямляясь. — Ты будешь такой красивой невестой.

Я сглатываю, с трудом заставляя себя улыбаться.

— Но, — продолжает она мягко, не замечая моего дискомфорта, — мы еще не закончили. Если хочешь, я могу попросить портниху немного расширить лямки?

Часть шрама все еще выглядывает из-под ткани. Я провожу пальцами по изуродованной коже, глядя на странный контраст между нежностью и враждебностью.

— Может быть, — говорю я отстраненно. — Не уверена, что…

Легкий стук в дверь прерывает мой неуверенный ответ. Я резко поворачиваюсь на звук и улыбаюсь вошедшему. Калум стоит в дверях, слегка улыбаясь.

— Разве сейчас неподходящее время, чтобы пожелать будущей королеве всего наилучшего?

Я машу ему рукой, а Элли отступает, оставляя нас наедине.

— Нет, вовсе нет. Наоборот, я рада, что ты здесь.

— Да? — Он подходит ко мне, светлые волосы ярко блестят в лучах заходящего солнца, льющихся через окно. — Надеюсь, ради хороших новостей.

Моя улыбка едва заметна.

— Ну, видишь ли… — Я играю с кольцом на большом пальце. — Ты мне почти как отец. И я подумала, не мог бы ты…

— Для меня будет честью сопроводить тебя к алтарю, Пэйдин, — торжественно кивает Калум.

— Правда? — я выдыхаю. Впервые за долгое время снова чувствую себя маленькой девочкой. Снова чьей-то маленькой девочкой.

— Конечно. — Его пристальный взгляд скользит по элегантному платью, затем возвращается к моему лицу. Я замечаю, как он сглатывает. — Ты действительно похожа на свою мать.

Пока я не вспоминаю правду.

— Да, — вздыхаю я. — Я так и не рассказала тебе о дневниках моего отца.

Глаза Калума пристально смотрят на меня, словно выискивая скрытые мотивы. Он моргает, а его голос смягчается:

— Адам не был твоим отцом.

— Похоже, что нет. — Я качаю головой, взгляд опускается на кольцо на пальце. — Его жена умерла при родах, а через неделю у него на пороге появилась я. Просто еще одна ненужная Обычная. Так что… кто знает, похожа ли я на свою настоящую мать.

— Адам мне об этом не рассказывал. — Долгая пауза, затем он добавляет: — Он писал о чем-нибудь еще в дневнике?

Я качаю головой.

— В основном он описывал своих пациентов и рост Сопротивления. Но если там что-то и было, то на страницах, которые я использовала для розжига в Святилище Душ. — Я скептически смотрю на него. — Почему ты интересуешься?

Калум слегка улыбается.

— Просто любопытство старого друга.

— Хм. — Я играю кольцом. — Но ты считаешь, что я похожа на Алису, жену моего отца?