Чтение онлайн

Адам Грэй погиб, потому что король не мог допустить, чтобы народ узнал правду о своих недостатках.

— Когда началась Чума, Фавиан заставил всех Ученых поклясться хранить тайну, — рассказывает Китт своему Силовику, когда я возвращаюсь в реальность. — Никто не должен был умереть. Но, опять же, Чума и не должна была распространяться по всему королевству. Опасаясь, что его обвинят в тысячах смертей, Фавиан придумал легенду: якобы выживших избрал сам Бог, и потому они стали Элитой. С тех пор правда о Чуме передается лишь королям.

Я прижимаю ладонь к своей напряженной груди.

— Все эти встречи с Учеными… — бормочу я себе под нос. — Ты хотел, чтобы они создали новую дозу Чумы.

— И они сопротивлялись, — признает Китт. — Короли до меня хотели удержать власть, как и Ученые. Но ты разве не видишь, сколько Обычных заполонило королевство? — Его голос становится все более безумным. — Наши способности слабеют, Кай. С каждым поколением Чума в нашей крови размывается, и Защитная и Атакующая Элита становятся редкостью. Скоро мы не будем ничем отличаться от Обычных. Но теперь Ученые довели формулу до совершенства.

Я сдерживаю усмешку, когда король добавляет:

— Отец был слишком наивен, чтобы осознать, что каждый народ может стать Элитой. — Его губы кривятся. — Но я спасу нас от вымирания. И когда в каждом городе появится могущественная Элита, я стану намного сильнее Отца.

— Ты сошел с ума? — шиплю я.

— Подумай, что ты говоришь, — медленно произносит Кай. — Может, ты и сохранишь силу, но погибнут десятки тысяч, Китт. Половина населения каждого королевства будут мертвы. А скольких тебе придется подчинить силой, прежде чем они склонятся перед тобой?

— Ты сам это сказал, брат. Именно поэтому ты здесь. Чтобы спасти меня от жестокости. — Китт делает шаг ближе. — Мы отличная команда.

На лице Силовика появляется тень.

— Значит, как и твой отец, ты собираешься использовать меня как оружие.

— Я не использую тебя, Кай, — искренне отвечает Китт. — Мы работаем вместе. Используем свои сильные стороны.

Ответ Силовика — едкий:

— А я — смерть.

— Это дар, брат, — Китт поднимает руки, словно ожидая объятий, — вместе мы правим величайшей нацией, которую когда-либо видел этот мир. Все королевства будут верны мне — нам — за то, что мы укрепим их. — Он улыбается, и эта улыбка пугающе искренняя. — Отец всю жизнь готовил меня к управлению Элитой. Я заставлю Элиту встать в строй, а твои бойцы помогут мне. Жители окрестных городов сами захотят последовать за мной.

В комнате воцаряется тишина. Я выхожу вперед и останавливаюсь перед мужчиной, за которого вышла замуж.

— Это безумие. Китт, которого я знала… он бы понял, что…

Его резкий смех заставляет меня вздрогнуть.

— Китт, которого ты знала? — От приступа кашля у него перехватывает дыхание, но он все равно пытается рассмеяться. — Тот Китт был настолько наивен, что сказал отцу: ты не осмелишься меня предать.

Мой голос срывается:

— Ты знал о плане Эдрика относительно Сопротивления?

— Калум послал тебя найти тоннели под замком, а отец использовал меня, чтобы убедиться, что ты это сделаешь. — Он качает головой. — Я был достаточно глуп, чтобы думать, что ты не станешь меня так использовать.

— Калум не контролировал тебя, — говорит Кай. — Вы действовали заодно.

— Нет, он не контролировал меня. — Король едва сдерживает смех. — Но мне было удобно, чтобы так думали. Я знал о Калуме и его играх при дворе еще до смерти отца. Поэтому, когда ко мне пришел Чтец Разума с предложением продолжить отцовский план по уничтожению Обычных в Илии, я не был удивлен. — Китт делает шаг ближе, и Кай слегка смещается ко мне. — Сначала я тяжело переживал смерть отца, ты знаешь. Поэтому, когда Калум предложил жениться на Пэйдин, чтобы выманить оставшихся Обычных, я согласился. Но потом я нашел письмо отца. И оно напомнило мне, насколько ничтожны были его цели, насколько мало он заботился обо мне. Тогда, узнав о созданной людьми Чуме, которую можно было воссоздать, я понял, как похоронить его наследие под своим.

Меня начинает бить мелкая дрожь.

— И Калум согласился на это?

— Он понял, что мой путь куда действеннее. — Китт машет рукой, запятнанной чернилами. — Но стал мешать, когда я нашел письма в твоей шкатулке с украшениями. Если бы выяснилось, что я бастард, он мог растрезвонить это всему королевству. — Медленно его взгляд встречается с моим. — Но он был не единственным слабым звеном.

Кровь приливает к моим щекам, когда мне напоминают о моем королевском происхождении.

— Я не угрожаю твоему трону, Китт.

— Я видел, как весь Лут преклонил перед тобой колени, — шипит Китт. — Если трущобы узнают правду о твоем происхождении, они могут восстать, чтобы посадить тебя на трон.

— Это абсурд, Китт, — говорит Кай, и в его голосе звучит тревога. — Ты не в себе.

Король истерически смеется.

— Потому что я больше не тот «заботливый Китт», да? Потому что я оказался достаточно умен, чтобы разработать план, в который вы оба оказались втянуты? — Он делает еще шаг. Сейчас он — лишь оболочка того мальчика, которого я знала, с израненным разумом и ослабленным телом. — Должно быть, я мыслю нелогично, потому что никто не привык, что я вообще думаю.

— А как же Испытания? — выпаливаю я. — Кай, обучающий твоих солдат?

Вздох Китта полон раздражения.

— Для Кая это отвлекающий маневр и защита от упрямой королевской Элиты. Для тебя — смертный приговор.

Мое лицо бледнеет.

— Но ты бы просто так не умерла, — медленно говорит он. — Бандиты, команда, Владетель в Яме — никто из них не смог вычеркнуть тебя из нашей жизни. И это было прекрасно, ведь я собирался позволить справиться с тобой следующей дозе Чумы. — Его взгляд смягчается. — Я не чудовище. Я не хотел убивать тебя, Пэйдин, но теперь у тебя есть право на мой трон.

Мой желудок скручивает, угрожая выплеснуть содержимое на потрепанный ковер.

Этого не может быть.

Должно быть, я сплю и отчаянно пытаюсь вырваться из этого кошмара. Я отказываюсь верить, что моя жизнь вновь рушится у меня на глазах — всего лишь за один день.

Но это реальность. Я стою, дрожа, перед своим мужем, который использовал Испытания как способ убить меня. Испытания, которые, как правило, предназначены для демонстрации силы Элиты, которая не была дарована, а была создана. Способности, которые не делают тебя богом, они делают тебя успешным экспериментом.

Я не знаю, смеяться мне, плакать или кричать.

— Просто… успокойся, Китт. — Рука Силовика касается моей, когда он делает шаг вперед, заслоняя меня. — Это безумие. Я не позволю тебе это сделать. Ты не можешь погубить себя ради наследия.

Но Китт почти не слышит его.

Его взгляд падает на участок кожи, к которому прижался Кай.

— Даже сейчас, — шепчет он. — Даже сейчас. — Теперь уже громче: — Посмотри на себя, ты ее защищаешь. Она забрала у нас все, даже друг друга. Нам будет куда лучше без нее, брат. — Китт тянется рукой к эфесу церемониального меча. — Прямо как в прежние времена.