Чтение онлайн

Можно сказать ему правду, рассказать все, как было, и надеяться, что он поможет мне, не даст меня в обиду. Но как я могу довериться в таком? Как я могу знать, что тут же не окажусь на пути домой в компании мужчины, который жаждет мне отомстить?

— Алина, спишь?

Не отвечаю, поджимаю губы, лихорадочно соображая, что же делать? Как спрятаться так, чтобы никто, никогда не догадался? Не понял, что современная Алина не без странностей и набожная и затюканная Алина — это одно лицо.

Когда мы с сестрой играли в прятки, самым надежным местом было то, которое у всех на виду. То, о котором никто никогда не подумает.

— Алина, — Руслан явно выпил еще, а мне тоже нужно для храбрости. Хотя страх быть пойманной и вернуться в ту жизнь оказывается сильнее любого алкогольного напитка. Я откидываю одеяло, представая перед Русланом в одном нижнем белье. — Воу…

— Я думала, что уже не дождусь тебя, — протягиваю руки, а Руслан внимательно смотрит, словно я сейчас планирую его убить. Смогла бы? Ради себя, наверное, нет. Ради нее… Да.

— Ты пьяная?

— Я решительная. И я решила, что хочу тебя, — тяну руку выше и цепляю его за рубашку у ремня. Собираю в кулак и дергаю к себе. Закрываю глаза и погружаюсь в этот леденящий омут страха и воспоминаний. Когда Омар вот так же наваливался, прижимался к губам, рвал одежду. От него всегда пахло дешевым пойлом и сигаретами со смесью пота и мочи. Но Руслан другой, от него пахнет иначе, от него веет уверенностью и силой. И я пытаюсь включиться в процесс, пытаюсь не зажиматься, не реветь и не кричать от боли. Пусть даже так близко, пусть даже он весом прижимает меня.

Лучшего решения, чем стать его очередной девушкой, у меня нет. Никто никогда не догадается, что я смогла бы так легко лечь в постель с ним, не после всего, что Омар со мной делал. Нет, он будет искать одиночек, странных, нелюдимых девушек-брюнеток, а у меня есть мужчина. Я не одна. И он сверху, жадно прижимается к моей щеке, ведет губами по шее, лижет, прикусывает.

Леденящий душу ужас все еще владеет мною. Я не могу пошевелиться, я просто лежу и терплю эту пытку, надеясь лишь, что все поскорее закончится. Я всегда надеялась на «быстро». И сейчас. Но Руслан медлит, раздевает меня, рассматривает каждый уголок тела. От самой шеи до самых коленок.

— Бля, Алин, вот нахуя? — отрывается он от меня и садится на кровати. Ты же не можешь… Деревянная вон вся лежишь.

— А что, шутка про бревно в постели уже не актуальна? — поднимаюсь к нему, сама прикасаюсь к закрытому рубашкой плечу. Сначала ладонью, потом щекой.

Руслан посмеивается. Но качает головой.

— Я похож на дятла, который любит долбить бревна?

— Просто сделай это, — сжимаю его плечо, впиваюсь ногтями. — Мне это нужно.

— Нахрена? Я не насильник. Мне нужно, чтобы женщина и отдавала.

— А я отдам. Вот перестану бояться и все отдам. Даже в рот возьму, со временем.

— Вот это я понимаю обещание. Думаешь, у меня мало тех, кто это сделает и без обещаний?

— Да пожалуйста! — хочу встать, уйти, даже рада, что все так складывается. Может, это знак, что пора искать новое место для жизни? Новый город. Или страну.

— Да стой ты, — хватает Руслан меня за плечо и опрокидывает обратно на кровати. Я тут же сжимаюсь вся узлом, сглатываю и закрываюсь руками, словно меня сейчас ударят.

— Пиздец, Алин. Ну, какой тут секс?

— Классический. В миссионерской позе, — опускаю руку, вспоминая, что это Руслан. Он не тронет. Он может жизнь мою разрушить, но никогда не тронет. Он смеется, и я тоже улыбаюсь. — Просто сделай это.

— Под твои крики «помогите»?

— А я закрою рот подушкой. Через нее ничего не будет слышно.

— Пиздец, какие подробности. Окей, окей, не смотри так. Мы трахнемся, но сначала ты мне расскажешь.

— Зачем?

— Чтобы я знал, чего нельзя делать, Алин.

— Не бить, не принуждать, ни кричать.

— Охуеть. Но при этом "сделай это, Руслан, даже если я буду сопротивляться"? Я жду подробностей.

Ладно, будут тебе подробности. Я как раз недавно одну книгу на эту тему начала.

— Мы были молодыми и поженили нас рано. Я была влюблена, а ему просто хотелось выслужиться перед родителями. Хотелось денег. Он гулял, пропадал ночами, потом возвращался пьяный или обкуренный. Я хотела воззвать к его совести, просила остановиться, но ему было плевать. Он начал бить меня. Я терпела пару лет. Потом собрала вещи и ушла. Мы развелись и больше не виделись.

— А твои родители? Они все знали?

— Я не хотела их беспокоить… Они думали, что все хорошо. А когда я развелась, отказались от меня. Вот так я и переехала в Питер.

— Он только бил или насиловал тебя тоже?

— Бывало всякое. Ну, так что?

Руслан встает резко, достает телефон.

— Имя.

— Ну, нет. Это было давно. Он не из бедной семьи.

— Думаешь, я из бедной?

— Мне это неважно! Мне важно, чтобы ты достал уже свой идеальный член и вставил его в меня!

Алина

— Идеальный член? — смеется Руслан, и я боюсь, что он просто закончит все сейчас. Встанет и уйдет, оставив меня тонуть в чувстве стыда и беспомощности. Смогу ли я завлечь его настолько, чтобы потом он встал на мою сторону, защитил меня и спрятал? Или отвлечь его собой настолько, что он никогда не догадается, что я и есть та, кого он ищет.

Секунды текут, а Руслан продолжает давить на меня взглядом. Сползает с лица на грудь. Соски наливаются тяжестью, ноют, чуть сжимаясь от сквозняка.

Кадык Руслана дергается, а руки тянутся к воротнику рубашки. Потом резко падают.

— Раздень меня. Сама.

Я сглатываю лютый ужас, потому что мне придется переступить через себя, снова прикоснуться к мужчине. Самой.

Киваю и сажусь на кровати, чуть подползаю к Руслану. Тяну руки к его белоснежной рубашке. Трогаю пуговицы, не касаясь кожи. Высвобождаю петлю за петлей. Медленно, открывая для себя мужское тело. Ни тебе пивного живота, огромного ворса волос. Все, прям, так как показывают в рекламе. Руслан очень себя любит. Может потому что больше некого?